Мирошников. Дело о рябине из Малиновки - Идалия Вагнер

снова мимо лавки Ицковича. В свете газовых фонарей можно было рассмотреть, что Хаим все же не рискнул воспротивиться распоряжению и не снял свое пугало, и толпа глазеющих обывателей не уменьшилась.

Клавдия изнывала от долгого молчания, но сдерживалась изо всех сил и не проронила ни слова, помогая хозяину облачиться в одежду для визитов. Огладив хозяина и смахнув с него невидимые пылинки, она вроде уже приготовилась что-то сказать, но не получилось, поскольку Константин демонстративно отвернулся. Мирошников видел, что экономке очень хочется поговорить, но не шел навстречу, надеясь хотя бы на короткое затишье дома. Никогда он не думал, что будет так счастлив просто помолчать перед неприятным визитом.

Дом предводителя дворянства светился яркими огнями электрического освещения, как будто проходило какое-то значительное событие, но это была иллюзия. В доме ждали только его. Мирошников еще на миг задумался о квартире в доме с электричеством, потом решительно двинулся ко входу, где уже стоял лакей в ливрее.

Глава 13. Неожиданная развязка и находка

Видя, как навстречу к нему в ворохе юбок и кружев плывет хозяйка дома, Мирошников нацепил на лицо улыбку и мысленно построил перед собой бревенчатую защитную стену, как учили на лекциях по психологии в университете. За этой стеной следовало прятаться от негативных выпадов оппонента и его же неблагоприятных эманаций. Этот совет старенького профессора он хорошо помнил, но чаще всего забывал использовать. Сейчас же стена требовалась не просто бревенчатая, а каменная, бетонная, способная вынести сокрушительные удары дамы, желающей сотворить счастье тому, кто ее ни о чем не просил.

– Ах, Константин Павлович! Как я рада вас видеть! Хочу вас попенять за то, что так редко к нам заглядываете. Мы скучаем без вас, очаровательный наш законник! – хозяйка, одарив жеманной улыбкой, подхватила гостя под руку и потащила к диванчику.

– Хорошо, что мой супруг не знает об этом, но я часто думаю о вас,– хихикнула предводительница, – как же вам живется одному. Приемных дней для визитов у вас нет, обитаете на съемной квартире. Скучно, наверно?

Мирошников мысленно затащил на выстроенную бревенчатую стену небольшую пушечку и груду ядер. Выглядело солидно. Во всяком случае, пока противник не применил свое припасенное оружие.

– Ах, Анна Ивановна, голубушка! Я весь в работе с утра до самого вечера. Домой прихожу только приклонить ухо к подушке. Да вы и сами, несомненно, осведомлены о криминальных элементах, которые не дают покоя жителям нашего прекрасного города. Ваш почтенный супруг, конечно, вам все рассказывает, ведь вы славитесь природной проницательностью ума и даете ему ценные советы, помогающие принимать особо мудрые решения.

Высказав такой витиеватый пассаж и завершив его топорным комплиментом в адрес хозяйки, Мирошников надеялся перенести разговор на нее саму. А пока обсуждается персона премудрой хозяйки, можно было рассчитывать на то, что заглянет еще кто-то с визитом, и заботливая предводительница будет вынуждена изменить свои планы.

Наскоро придуманный план не очень сработал. Наживку, конечно, хозяйка проглотила, немного зарумянилась от удовольствия, нарочито скромно потупила глазки, но очень быстро спохватилась и проговорила:

– Не передать словами, как многотрудна служба моего супруга, и я как верная спутница жизни всемерно помогаю ему по мере моих слабых сил.

Только Мирошников мысленно себя похвалил за удачный прием, как Анна Ивановна элегантно провела контрвыстрел:

– Конечно, очень много неотложных задач надо решить, и одним из самых серьезных дел я считаю создание лично для вас приятной домашней среды. И не спорьте, Константин Павлович. Только семейный мужчина может чувствовать себя полностью удовлетворенным жизнью. Только мужчина, который чувствует за собой надежный тыл, может в полной мере посвятить себя работе. И только семейный мужчина является основой нашего общества.

Пока Анна Ивановна взволнованно произносила эту пламенную речь, явно ощущая себя трибуном, вершителем судеб, Константин мысленно затащил на свою невидимую стену еще одну пушечку, побольше.

Что-либо ответить Анна Ивановна не дала. Она стремительно вскочила со своего дивана и бросилась к маленькому столику, на котором лежала небольшая записная книжица.

– Вот, Константин Павлович! Я провела огромную работу, переписала всех сколько-нибудь достойных незамужних девиц в городе и записала все, что может быть полезно о них знать. Я понимаю, вы мужчина видный и достойный, вам какая-либо средненькая невеста не подойдет. Поэтому я выделила всего несколько кандидаток, которых мы сейчас с вами обсудим и примем совместное решение.

Мирошников потерял дар речи. Предводительница так основательно подготовилась к встрече и так была воодушевлена, что все слова вылетели из головы. Следователь, перед которым робели преступники, рецидивисты, воры, убийцы, вдруг почувствовал себя беззащитным перед энергичной женщиной, решившей вмешаться в его жизнь.

Первая фраза, вылетевшая из его уст, была неловкой и хилой:

– Э-э-э, голубушка Анна Ивановна, но я не готов.

– А кто готов? – энергично возразила самопровозглашенная сваха. – Думаете, мой супруг собирался жениться? Он был записной холостяк, пока дело в свои руки не взяла моя маменька. И что? Женился и теперь счастлив!

Она решительно открыла свою книжицу:

– Я не слушаю ваших возражений, сударь. У меня два списка. Один список из кандидаток, которые принесут солидное приданое, другой – из тех, кого можно назвать бесприданницами, но у всех титулы. И я всегда на вашей стороне, поэтому поверьте, что все кандидатки достаточно милы. Из них только Ирочка Медведева не очень симпатична, но приданое за ней дают очень немалое. Я чуть позже про нее скажу отдельно.

Итак, претендентка первая. Вряд ли Варенька Журова принесет приятную копеечку в дом, но ее предки принимали активное участие во многих событиях и имели награды, почести, их знавали государи. Но дедушка Вареньки был мот изрядный. Из богатого хозяйства сейчас осталось очень небольшое имение.

Следом была Машенька Столетова. Анна Ивановна считала, что она хороша собой, только отец больно уж игрок и кутежник. Никто точно не знает, сколько он сможет дать за дочерью.

Потом Анна Ивановна в одиночестве обсудила купца Лихолетова и его двух дочек. Конечно, сначала полагается выходить замуж старшей дочке, но у Лихолетовых старшая дочка не слишком хороша собой, зато младшая Лушенька – просто прелесть. Уж такая умница и красавица, гимназию отлично закончила и музыкантша хорошая. Папенька в дочках души не чает, поэтому с приданым постарается, хотя, конечно, будет настаивать на замужестве старшей дочки.

Было невозможно это слушать. Мирошников пытался вставить хоть слово в напористую речь Анны Ивановны, но тщетно. Ему оставалось только держать мысленную свою бревенчатую стену, укрепленную артиллерией. Атаку печенегов эта стена наверняка бы выдержала, но Анна Ивановна казалась куда более опасной