Магия Пернатого Змея - Джеймс Уиллард Шульц

он привёл нас к плоскому, выложенному камнями входу в киву, и один за другим мы спустились по лестнице, к вершине которой был привязан священный лук, украшенный выкрашенным в красный цвет бизоньим хвостом.

Мы оказались в большой комнате вытянутой формы, с каменными стенами, по концам которой пол был выше, чем в середине. Там, в середине, сидели люди, они разговаривали и курили. Перед ними был участок, засыпанный песком разного цвета, вокруг которого находились разные талисманы – палочки, украшенные полосками, с перьями на концах, воткнутые в засохшую грязь, изображения богов, блюда с кукурузными початками. Мы сели рядом с мужчинами, между двумя большими чашами, в одной из которой была вода с белой пеной, в другой чистая вода. Солнце, светившее через вход в киву, давало достаточно света.

Тут двое мужчин отошли в угол комнаты, принесли и положили рядом с чашами большой тяжёлый кожаный мешок. Один их них развязал его, вытащил из него гремучую змею и передал её другому, который окунул её в пенную воду, вымыл, сполоснул в чистой воде, а потом бросил на участок с разноцветным песком, освещенном ярким солнцем; змея свернулась в клубок и стала трещать своей погремушкой.

Одну за другой мужчина вынимал змей из мешка и потом их, вымытых, бросали туда же, на песок, к остальным змеям – они были разных пород, но больше всего было гремучих.

Теперь все встали. Змеи стали ползать среди нас, и мы, гости, очень пугались, когда они проползали по нашим ступням и пытались, некоторые из них, обвить наши ноги. Мы обливались потом.

– Не трусь! – сказал дед. – Не двигайся, чтобы не наступить на них!

При этом сам он был так напуган, что его голос дрожал.

Но жрецы не испытывали ни малейшего страха перед змеями, укус которых был смертелен: они спокойно брали их и клали обратно на песок, пока весь мешок, в котором было не менее сотни змей, не опустел – все змеи были вымыты. Короткими многохвостыми плетками их загнали на возвышение в дальнем конце комнаты, и один из жрецов остался следить за ними. Скоро они успокоились, некоторые свернулись в клубок, остальные лежали, вытянувшись. То и дело одна из них пыталась спуститься с платформы, и жрец брал её за шею и отправлял к остальным. На этом церемония завершилась, и мы поднялись по лестнице и вернулись в дом Стоящего Медведя, как раз когда глашатай оповещал всех, что змеи вымыты и все могут выйти из своих домов и идти, куда им нужно.

– Вы видели, как моют наших братьев, – сказал старик. – Что вы об этом думаете?

– Это было удивительно, – ответил дед, и это было единственное, что он мог сказать.

Никто из нас не хотел говорить. Мы не могли прийти в себя после того, что видели в этой подземной комнате. Мы не понимали, почему ни одна из змей не сделала даже попытки укусить кого-нибудь из жрецов. Что это за сильная магия, которая позволяет им без опаски брать этих пресмыкающихся?

Но еще более странной и страшной была церемония, которую мы видели в тот же день перед закатом.

Глава Х

Хоть мы и были почётными гостями на церемонии омывания змей, то, что мы увидели там, в подземной комнате Людей Холмов, заставило нас потерять дар речи.

Отах и я, Апси, хорошо знали, что наши старые деды, Раскрашенные Крылья и Крик Ворона, были напуганы не меньше чем мы, юноши, хотя в нашем северном племени они были большими шаманами. Все же дед сказал всем нам:

– Будьте храбрыми! Не двигайтесь; старайтесь не наступить на ползущих!

Это было, когда только что вымытая змея забиралась на кого-то из нас, пытаясь обвить ему ноги.

Жрецы этого южного народа, пригласившие нас участвовать в их церемонии, не могли предположить, что мы так испугаемся. Сами они брали в руки змей, не испытывая ни малейшего страха, считая их своими собратьями, которые могут ходатайствовать перед богами о дожде, который так нужен Народу Холмов.

Нам предложили присесть на краю крыши, над большой площадью между домами. С одной её стороны был навес из веток хлопкового дерева, а рядом был нарисован большой круг с пятью спицами, нарисованными на черной земле белой кукурузной мукой. Рядом с колесом был человек, который накрывал небольшую яму в земле широкими плоскими кусками дерева. Потом ещё двое принесли из кивы большой кожаный мешок со змеями, положили его под навесом, и один из мужчин остался рядом с ним. Потом из дальней кивы Антилоп пришел мужчина, раскрашенный чёрной краской, с белой полосой на лице, проходящей от уха до уха, и белыми зигзагами в виде молний на плечах, груди, руках и ногах. Вокруг талии у них были привязаны маленькие одеяла чёрного и белого цвета, а сзади, на том же ремне, были привязаны красивые лисьи шкуры. Все они держали плетки для змей. Все они встали в ряд перед навесом, а потом из своей кивы поднялись жрецы Змей, раскрашенные чёрной краской, с белыми лбами, широкими белыми полосами на груди и белыми ногами от колен до мокасин. Одеяла на их талиях были чёрными, с пояса свисали лисьи шкуры. У них тоже были плётки. Они выстроились в линию перед жрецами Антилоп, и потом все они начали петь и танцевать. Ах ха хай, какая это была песня! Она тронула наши сердца! Она заставила нас дрожать! Дед сказал:

– Боги наверняка её слышат, и это их радует!

Когда прекрасная песня закончилась, жрец Змей вошёл под навес, а то, кто руководил церемонией, достал из мешка змею и отдал ему, а тот взял её в рот и начал с ней танцевать, а жрец Антилоп положил руку ему на плечо и танцевал с ним вместе, размахивая плёткой перед змеёй. За ними попарно последовали другие пары – жрецы змей держали змей во рту и в руках, а жрецы Антилоп размахивали плётками перед змеями, и так, в танце уходя от навеса, они все собирались у кусков дерева, прикрывавших яму в земле.

Тут дед бросил вопросительный взгляд на Стоящего Медведя, и тот сказал нам (Дождевая Чаша перевел):

– Они взывают к нашим предкам, в Нижний Мир, из которого мы пришли, чтобы те услышали наши молитвы и послали обильные дожди для наших посевов.

Танцующие попарно проходили мимо священной ямы. Змеи, которых они держали, извивались, высовывали языки, тёрлись о щёки мужчин, глядели им в глаза. Мы, северяне, затаили дыхание, потому