Посланник небес - Владимир Андреевич Жариков

– Я что, по-твоему, зря весь день мотался по городу? У меня всё предусмотрено. Сейчас на рейде стоит корабль, который на рассвете отплывает на Ямайку. Лодка будет ждать нас в два часа пополуночи возле пристани, за южным причалом. Я уговорил капитана сделать крюк и высадить нас у берегов Флориды. Кстати, капитан – наш старый знакомый.

– Милфорд?

– Не-а.

– Неужели?..

– Именно!

Когда стало смеркаться, Холлис достал накладную бороду для себя, парик с длинными седыми волосами старца для Гриффитса, старую потрёпанную одежду и две широкополые бесформенные шляпы. Друзья переоделись в бродяг и пешком направились в Плимут, старясь выбирать глухие, малопроезжие дороги. В город они вошли в кромешной тьме, уже за полночь.

В дом Олуэн друзья забрались самым тривиальным способом – через окно. Со стороны двора они выдавили оконное стекло и пролезли внутрь. Холлис уже знал, где стоит глобус, поэтому без труда провёл к нему своего друга. Глобус Олуэн поставила в самой большой комнате. В темноте Гриффитс отодрал клочок карты в том месте, где были изображены острова Карибского моря, и нащупал потайную гайку. Отвернув её, он извлёк розу ветров с тайником. Тайник оказался пуст.

– Проклятье! Боюсь, мы недооценили мыслительных способностей Олуэн.

– Вот зараза! – воскликнул Холлис и замысловато выругался. – Кукушка чёртова! Эта девка обдурила нас! Теперь камень у неё, а у нас даже нет времени расправиться с ней! Увы, нам придётся удирать с пустыми руками, оставаться в Англии нам по-любому нельзя, а другой оказии может не представиться. Ладно, у меня при себе есть двести фунтов.

– А у меня перстень с изумрудом и золотой медальон. Их можно будет продать или заложить.

– На первое время достаточно. Тем более, я надеюсь, что в дороге мы сумеем заработать ещё.

– Каким образом? Нас примут в команду матросами?

– Вроде того.

– А точнее?

– Старым пиратским способом.

Выбравшись из особняка Олуэн, они наткнулись на совершавших обход ночных дозорных, которые с криками «Держите воров!» кинулись за ними в погоню. Петляя по переулкам, им удалось оторваться от преследователей и выбраться к берегу моря между верфью и портом, в южной части причала. Возле берега, где кончался причал, они увидели лодку с четырьмя гребцами.

– Святая Магдалина! – произнёс Холлис.

– Вечная ей память! – ответил один из матросов.

Это был пароль. Холлис запрыгнул в шлюпку, за ним последовал Гриффитс. Гребцы налегли на вёсла.

Увидев издали в лунном свете силуэт корабля, стоящего на рейде, Гриффитс не мог не узнать его. Он узнал бы его даже с закрытыми глазами. Эти обводы он вынашивал в мыслях, потом чертил на бумаге, потом воплощал в дереве десять лет назад. Это была его «Кассиопея». Только изменился рангоут и парусное вооружение. На бизань-мачте были установлены гафельные[48] паруса, судно теперь больше походило на барк, чем на фрегат. А на борту, когда они подплыли ближе, в свете луны можно было прочитать новое название корабля: «Морской монах».

С корабля им скинули верёвочную лестницу, а когда люди взобрались на борт, лодку подняли на талях. На палубе тёплым рукопожатием друзей приветствовал капитан Роберт Дейк.

– Рад вас видеть на борту «Морского монаха», господа! Надеюсь, вы в добром здравии? Как вы находите своё судно, капитан Гриффитс? Узнали его?

– Конечно, узнал, сэр. Но что вы сделали с парусами?

– Два года назад нас здорово потрепал ураган в Наветренном проливе. Да ещё испанцы приложили к этому руку. Мы их, конечно, потопили, но они снесли нам грот-мачту. А бизань-мачту за день до этого свалил ураган. Пришлось чиниться в Кингстоне, а тамошние корабелы имеют большую слабость к гафельным парусам.

– Роберт, а каким ветром вас занесло в Англию? – поинтересовался Гриффитс. – Вы совсем не опасаетесь местных властей?

– А почему я должен их опасаться? По здешним меркам я вполне в ладах с законом. У меня есть королевский патент капера и ещё комиссия губернатора Тортуги. Я не пират с точки зрения правопорядка. А на рейс к вашим… в смысле, к нашим берегам меня зафрахтовал сэр Уильям Бистон, губернатор Ямайки. Что-то случилось с их кораблём, одним из тех, что курсировал между Англией и Ямайкой. То ли потерпел кораблекрушение, то ли был потоплен пиратами, не знаю.

– Вы привезли сюда королевскую долю награбленной каперами добычи?

– И её тоже. Но ещё губернатору требовалось немедленно отправить на родину преступников, которых должны судить и казнить именно здесь, тем более, что местная тюрьма была уже и так переполнена. Как раз в это время я заканчивал ремонт «Морского монаха», а рассчитаться с корабелами никак не мог. Губернатор расплатился за меня, а в качестве компенсации зафрахтовал на этот рейс. И вот я – здесь. Кстати, среди заключённых был ваш боцман. Он нарушил закон береговых братьев, проявил трусость и отсиживался в трюме во время сражения. Сначала мы хотели высадить его на необитаемом острове, дав ружьё, полфунта пороху и десяток пуль. Через полгода он всё равно бы умер с голоду. Но потом решили – пусть его шея отведает английской верёвки.

– А вот мы здесь, на вашем корабле, дорогой сэр Дейк, только что спаслись от этой самой верёвки.

– Да. Но всё равно вам лучше на день-другой спрятаться в трюме. Вдруг на корабль нагрянет таможня или ещё какая-нибудь проверка. А через пару дней, в открытом море, вам уже ничего угрожать не будет.

– Мы так и сделаем.

Капитан Дейк снялся с якоря и вышел в море ещё до рассвета. На второй день Гриффитс уже без опаски поднялся на палубу из укрытия и осмотрел бывшее своё судно. Корпус был ещё крепок, не зря при его строительстве использовался морёный дуб и красное дерево. Но во многих местах были видны заделанные пробоины. Каюты в корме оказались немного переоборудованы, их стало больше за счёт перегородок – Дейку не нужны были такие просторные апартаменты, какие были у Гриффитса и Холлиса. А вот пушек немного