Российская империя и Святая Земля. Дневник памяти - Игорь Петрович Сенченко

Крайне напряженной долгое время оставалась обстановка в городе Халиль-Рахман (ветхозаветном ЕфронеХевроне). Город этот, «равно чтимый иудеями, христианами и мухамедданами, – как фигурируют в донесениях некоторых российских дипломатов мусульмане, – по хранящимся в нем гробницам древних патриархов», оказались после ухода из Палестины египтян под властью шейхов семейно-родового клана Амр. Они творили там, что хотели, «взимая подати с народа» и поддерживая связи с воинственными кочевыми племенами Великой пустыни. Приструнил Халиль-Рахман, твердыню клана Амр, Мехмет-паша. Он приступом взял город, наказал бунтовщиков, и восстановил там власть султана.

В 1844 г. произошло важное событие в жизни православных христиан Палестины – состоялись выборы нового Патриарха Иерусалимского и всея Палестины Блаженнейшего Кирилла. Избрание и посвящение патриарха из Святогробской братии проходило, на что обратили внимание наши дипломаты, без участия Вселенского престола.

После кончины в 1844 г. Патриарха Афанасия Константинопольский Патриарх и его Синод добивались того, чтобы избрать патриарха в Иерусалим из своей братии, и подчинить, таким образом, престол сей влиянию и надзору столичному. Однако при активном участии России нового Патриарха Иерусалимского и всея Палестины избрало, согласно древнему церковному уставу, Святогробское духовенство и из своей среды.

Из 17 монастырей, состоявших тогда в пределах Патриаршей епархии, 14 располагались в Иерусалиме.

Побывавший в Палестине в 1845 г. упоминавшийся уже нами граф Николай Владимирович Адлерберг в своих путевых заметках, делясь впечатлениями о русском консульском посте в Яффе, городе, основанном Иафетом, третьим сыном Ноя, о самом Николае Степановиче Марабути высказывался так: «По восточному обычаю, над домом каждого из консулов европейских держав развивался государственный флаг его страны, служивший как бы официальной вывеской для консульского дома». Небольшой дом Марабути мне понравился «опрятной своей наружностью». В вице-косуле Марабути я нашел «доброго, услужливого и гостеприимного хозяина».

28 февраля 1846 г., как следует из архивных документов, «Государь Император Высочайше повелеть изволил: лицам, отправляющимся в Иерусалим для поклонения Святым местам выдавать заграничные паспорта без платежа за оные пошлин» (49*).

В 1847–1848 гг., а затем в 1852 и 1857 гг. на богомолье в Святую Землю хаживал игумен Череменецкого монастыря Антоний (Алексей Бочков, 1803–1872). Оставил сочинение «Русские паломники в Иерусалиме». Был он выходцем из купеческой семьи; отец его держал бани в Санкт-Петербурге. Женился на дочери богатого и известного в Санкт-Петербурге человека – Прокопия Ивановича Пономарева. В 1828 г. отправился на богомолье по монастырям России. В 1837 г. поступил в Сергиевскую пустынь, что близ Санкт-Петербурга. Потом служил поочередно в Троицком Густынском монастыре, находившимся в ведении Полтавской Епархии, и в Старо-Ладжском монастыре, принадлежавшем Санкт-Петербургской Епархии.

Ведя речь в своих путевых заметках о пребывании русских паломников в Яффе, писал, что вице-консул наш Николай Степанович Марабути относился к своим полномочиям по приему богомольцев подчеркнуто внимательно. Когда таковых собиралось в Яффе человек 40, то отправлял их из Яффы под присмотром одного или двух кавасов. По пути из Яффы в Иерусалим паломники останавливались на отдых в Рамле, размещались в монастыре Святого Георгия (50).

В феврале 1847 г. РДМ в Иерусалиме возглавил архимандрит Порфирий (Успенский), развернувший активную и весьма результативную деятельность по привнесению начального образования в среду местного православного населения. Наряду с открытием семинарии при Крестном монастыре и женской православной школы в Иерусалиме, а также типографии при Никольском монастыре, он инициировал учреждение церковно-приходских школ в Рамле, Лидде и Яффе. Всяческое содействие в этом деле, конкретно в Яффе, оказывал ему Н. С. Марабути.

В 1848 г., в годы служения Н. С. Марабути в Яффе, паломничество в Святую Землю совершил Николай Васильевич Гоголь. Сопровождал писателя в этой поездке его одноклассник по Нежинской гимназии Константин Михайлович Базили, на тот момент генеральный консул Российской империи в Сирии и Палестине. Благословение на путешествие к Святым местам в Палестине писатель получил от Харьковского епископа. Отправлялся, как сказывал, в Святую Землю «за духовным хлебом».

Прибыл в Иерусалим из Неаполя, 16 февраля 1848 года. Будучи на Елеонской горе, лицезрел, как вспоминал впоследствии, «след ноги Вознесшегося, чудесно вдавленный в твердом камне, как бы в мягком воске» (51).

Согласно архивным документам, из денег, пожертвованных Гоголем на благотворительные цели и хранившихся у Николая Степановича, некоторая сумма (161 пиастр или 9 руб. серебром) была заимствована вице-консулом в конце февраля – начале марта 1848 г. «на нужды русских паломников» (52).

В Иерусалиме митрополит Петры Аравийской Мелетий пожаловал Н. В. Гоголю два памятных подарка – камешек из места, на котором стоит Храм Гроба Господня и частичку старой двери храма Воскресения, почти полностью сгоревшей от пожара (53).

В 1850 г. Иерусалим на Пасху (проездом через Яффу) посетил вместе с женой престарелый князь П. А. Вяземский, последний из живших еще друзей А. С. Пушкина. Опекал его в этом путешествии К. М. Базили. В память о своем паломничестве П. А. Вяземский оставил стихотворение «Палестина» и дневник, изданный после его смерти племянником (54).

В 1853 г. в Иерусалиме (проездом через Яффу) побывал наследник бельгийского престола принц Брабантский Леопольд, а летом 1855 г. – эрцгерцог австрийский Максимилиан, младший брат австрийского императора Франца Иосифа.

Много известных россиян, следовавших на богомолье в Иерусалим, повидало Яффу в 1857 году. Тогда в Яффе у Н. С. Марабути гостили: архимандрит Антонин (Капустин) во время своего первого паломничества в Святую Землю (сопровождал его в поездке по Палестине архимандрит Виссарион, служивший в 1839–1852 гг. настоятелем Иерусалимского подворья в Москве); Б. П. Мансуров, представитель РОПиТ; и Николай Павлович Игнатьев, бывший военный агент в Лондоне (1856), будущий директор Азиатского департамента МИД (1861–1864), возглавлявший потом посольство в Константинополе (1864–1877), а затем – и Министерство внутренних дел (1881–1882).

Особое внимание в своем отчете о поездке в Палестину архимандрит Антонин уделил деятельности в Святой Земле латинского патриарха в Иерусалиме Валерга Иосифа (Джузеппе). Приехал он в Палестину сразу же после того, как Папа Римский Пий IX восстановил в 1847 г. латинскую патриаршею кафедру в Иерусалиме, не существовавшую со времен крестоносцев. Знал латынь. Владел также языками греческим, арабским, еврейским, турецким и курдским. За 25 лет своего патриаршества в Святой Земле он открыл несколько католических школ и семинарий, и тысячи православных арабов обратил в католичество.

Главным результатом работы, проделанной Б. П. Мансуровым во время его поездки в Палестину, стала подготовленная им записка (от 1859 г.) на имя председателя Палестинского комитета, Великого князя Константина Николаевича. В ней Б. П. Мансуров поделился своими соображениями насчет переподчинения нашего консульского поста в Яффе российскому консулу в Иерусалиме (55).

По роду своей деятельности, с акцентом на делах паломнических, писал Б. П. Мансуров, русский