Российская империя и Святая Земля. Дневник памяти - Игорь Петрович Сенченко

вице-консул в Яффе «находится в прямой зависимости от Иерусалима». Турецкая администрация в Яффе также напрямую подчинена паше Иерусалимскому. С открытием нашего консульского поста в Иерусалиме «заведование всеми делами паломническими в Палестине» объективно должно быть сосредоточено в руках российского консула в Иерусалиме. На это указывает и существующая структура иностранных дипломатических постов в Палестине. «Все чужестранные консульские посты в Яффе находятся в прямой зависимости от иерусалимских консулов», и только «принятый нами до сих пор порядок составляет разительное исключение, не основанное ни на чем, кроме старой привычки».

И в заключение повествования о деятельности в Яффе Николая Степановича Марабути не лишним, как представляется, было бы познакомить читателя с интересным сочинением архимандрита Леонида (Льва Александровича Кавелина) под названием «Старый Иерусалим и его окрестности». Архимандрит Леонид, напомним, состоял вначале членом РДМ в Иерусалиме (1857–1859), а потом и возглавлял ее (1863–1865).

Палестина – это «страна бакшишей», пишет архимандрит Леонид. Дать бакшиш – значит подмазать кого-то в целях быстрого решения какого-нибудь дела. «Во избежание затруднений» при высадке с судна в Яффе, при найме гужевого транспорта для дальнейшего следования в Иерусалим и т. д. «советуем иметь в готовности мелкую турецкую монету», которая во всех уголках Палестины «удобно разрешает все недоумения и устраняет любые мелкие неприятности».

До 1859 г. все русские поклонники, прибывавшие в Яффу, останавливались в греческом странноприимном монастыре; а с 1859 г. – в особом русском приюте, обустроенном «в доме, уступленном России в наем Блаженнейшим Патриархом Иерусалимским Кириллом. Приют здесь дается даром с правом ожидать в оном отправления первого каравана в Иерусалим или первого русского парохода, отходящего в Царьград».

В Яффе паломнику надлежит посетить тамошний российский консульский пост – «для прописки паспорта и сдачи на хранение денег». Наймом верблюдов и ослов, «взвешиванием вещей и расчетами с извозчиками заведует письмоводитель консула из местных арабов; он же – и консульский кавас (род полицейского служителя при консулах)», который сопровождает паломнический караван до Рамлы или до Иерусалима.

Кавас нашего вице-консула в Яффе, любезнейшего Николая Степановича Марабути, отмечает архимандрит Леонид, – «один из надежнейших, опытнейших и честнейших людей, без которого нельзя сделать в этом крае и шага». Он – турецкий подданный. Зовут его Абдул Вахаб. Грудь его украшает «серебряная медаль на аннинской ленте за усердную 25-летнюю службу». Русские паломники величают его Абдулом Ивановичем. Говорит он по-русски ясно.

Из Яффы каждый паломник, «смотря по карману и клади своей», следует дальше верхом, на лошади или на муле, или на «магарчике (осле)». Иные же, самые набожные из паломников, идут за караваном в Святой Град пешком. За наем «вьючного верблюда паломники платят на наши деньги от 10 до 20 руб. ассигнациями, за лошадь – от 5 до 15 руб., за осла – от 4 до 10 руб. ассигнациями». Цена эта увеличивается или уменьшается «смотря по числу богомольцев».

Переход от Яффы до Рамлы «составляет три часа пути, а от Рамлы до Иерусалима – 9 часов». Поспеть в Иерусалим надо до захода солнца, когда въездные ворота в город затворяют.

Рассказывая о населенных пунктах на пути между Яффой и Иерусалимом, архимандрит Леонид приводит следующие о них сведения. «На полпути от Яффы к Рамле, на холме, лежит селение Сарфан. По обеим сторонам дороги к нему – огромные маслиновые деревья, остатки маслиновых лесов, упоминаемых в Святом Писании, из которых крестоносцы делали свои осадные машины для овладения Иерусалимом».

Рамла, по преданию, «подкрепленному свидетельством Блаженного Иеронима, – это, должно быть, древняя Аримафея, некогда главный город филистимлян». Греческий писатель XII в. Фока, посещавший Рамлу в 1185 г., сообщал, что «в его время наибольший храм здесь был во имя великомученика Георгия с гробом этого святого, украшенным мрамором». Анна Камнина и некоторые другие историки, замечает архимандрит Леонид, также утверждают, что «мощи этого великомученика погребены не в Лидде, а в Рамле. Причем Фока приводит сказание, что, когда один латинский епископ хотел открыть гроб, дабы убедиться, что точно здесь, а не в Лидде почивают мощи великомученика, то, при отнятии мрамора, открылась обширная пещера. И нескольких смельчаков из свиты епископа, захотевших спуститься в подземелье, ослепил подземный огонь, а двое из них заплатили и самою жизнью за свое неуместное любопытство». О том, что мощи великомученика Георгия покоились в Рамле, повествует и наш паломник игумен Даниил.

Известное всем паломникам селение Карьйат-эль-‘Инаб (Деревня Винограда), как гласит греческое предание, – это евангельский Еммаус, где на постоялом дворе «Господь наш Иисус Христос, явившись по воскресении двум ученикам своим, Луке и Клеопе, шедшим из Иерусалима в Еммаус, беседовал с ними». Затем оно стало зваться селением Абу Гош – в память о жительствовавшем там грозном разбойнике, «князе Иудейских гор, собиравшем каффар [дань] с паломников, путешественников и торговцев».

Дорога из Яффы в Иерусалим, повествует архимандрит Леонид, известна и тем, что проходит мимо замка Маккавеев и через долину Теревинфов, где, по преданию, Давид сразился с Голиафом.

Далее находится гора Самуила, возвышенное место, древняя Рама, где родился и погребен пророк Самуил.

Достигнув Поклонной горы, завершает рассказ свой архимандрит Леонид, паломники, по обычаю, «слезают с лошадей и идут в Святой Град пешком» (56).

Александр Марабути, нештатный российский консульский агент в Яффе (с 1865 г.)

В январе 1865 г. штатное вице-консульство Российской империи в Яффе было упразднено и заменено нештатным консульским агентством, поставленным под управление консульства в Иерусалиме. С 1865 г. и все 1870-е годы нашим консульским постом в Яффе управлял Александр Марабути. С установлением в 1879 г. регулярных рейсов РОПиТ в Яффу наш консульский агент занял и должность агента названного общества. Документов о его деятельности практически не сохранилось, а те, что удалось обнаружить в архивах, – исключительно на французском языке и содержание их доступно для тех исследователей, кто знает этот язык. Известно только, что, наряду с разного рода паломническими делами, он уделял повышенное внимание всему тому, чем занимались в Палестине немцы, заметно активизировавшиеся там к тому времени.

Первая немецкая колония в Палестине появилась в Хайфе. Заложили ее немцы-переселенцы из христианской общины темплеров во главе с семействами Кристофа Гофмана и Георга Давида Гардега, прибывшими в Палестину в 1868 году. В 1869 г. немцы основали еще одно поселение – в Яффе, а в 1872 г. – в Иерусалиме. С появлением в Палестине первых групп немецких переселенцев в Яффе начала работать первая в Палестине транспортная компания, наладившая в 1869 г. регулярное сообщение между Яффой и Иерусалимом. Они же, немцы-переселенцы, первыми занялись в Палестине завозом, сборкой и ремонтом повозок, каруц, или «немецких колесниц», как они фигурируют в речи паломников-россиян. Основали в Хайфе предприятие по производству мыла из оливкового масла. Основным занятием немцев-переселенцев в начальный период