О чем говорят шведы. Рассказы о жизни современных викингов - Юлия Викторовна Антонова-Андерссон

Вера и безверие

Суеверия

Как-то за ужином у свекров я упомянула, что собрала в лесу чудесный букетик вереска.

– Ох, – вздохнула свекровь. – Эти цветы лучше не собирать.

– Так других-то нет! – хмыкнула я.

– Но приносить вереск в дом – это к нищете и смерти, – не унималась свекровь. – Мы всегда говорили: «Вереск домой – умрешь молодой!»

– Так почему же тогда вереск продают во всех цветочных? – парировала я.

На этот вопрос у нее не нашлось ответа.

Вообще вся эта история с приметами и суевериями довольно интересна. В Великобритании, например, считается, что вереск приносит удачу, поэтому его часто добавляют в свадебные букеты.

Почему скандинавы относились к этому растению с недоверием – неизвестно. Одна из теорий гласит: вереском нередко украшают могилы ко Дню всех святых, поскольку в середине осени в Швеции едва ли можно найти что-то цветущее.

Согласно другой версии, вереск издревле связывали с бедностью. В неурожайные годы именно он служил кормом для скота, а иногда даже перемалывался в муку. К тому же самые бедные слои населения, не имевшие собственного надела, использовали вереск вместо дров и соломы: им топили печи и утепляли пол.

Вот оно – очередное противоречие в шведском логическом мышлении: с одной стороны, вереск нельзя приносить в дом, иначе быть беде. С другой стороны, бедняки всегда это делали и как-то умудрялись выживать. В наши дни вереск можно купить в любом магазине и украсить им либо сад, либо дом.

Вообще шведы считают себя людьми прогрессивными. По их мнению, суеверия – это что-то средневековое, так что наши попытки плевать через плечо, посидеть на дорожку и не открывать зонтик в доме вызывают у скандинавов лишь легкую снисходительную ухмылку.

Но мои свекры принадлежат к тому поколению, которое росло в мире, где верить в приметы не возбранялось.

Из всех заповедей бабушек и прабабушек моей родне особенно полюбились три: про вереск, ключи и торт. С вереском мы разобрались. Ключи нельзя оставлять на столе – это к несчастью. А с тортом и вовсе забавная история: если отрезанный кусочек твердо стоит на блюдце – значит, его обладателя ждет свадьба. До сих пор каждый раз, когда чей-то кусочек теряет равновесие, звучат слова утешения: «Ну ладно, ты же уже в браке, не страшно!»

Вера в судьбу

В детстве я с упоением зачитывалась гороскопами. Я знала, что мои родители – «Драконо-Рак» и «Кроличий Стрелец», сама я – «Обезьяно-Скорпион». Я за версту чуяла Водолеев, находила общий язык с Рыбами и возмущалась Девами (а Девы мной). После каждого проявления симпатии мы с подружками оживленно обсуждали, подходящая ли это пассия, и старательно пытались найти в описании знаков зодиака хоть что-то, что могло трактоваться как возможная совместимость.

Мой шведский муж был полностью лишен этого удовольствия. Впрочем, как и остальные мои друзья-шведы. Сначала я думала, что гороскопы – это девчачья тема, но нет, выяснилось, что зодиак в глазах большинства скандинавов – это что-то на алхимическом, вымершем лет эдак четыреста назад.

Справедливости ради надо отметить, что мой муж знал свой знак. Правда, для него это что-то вроде общих данных из серии даты рождения и пола. В магнитные бури, влияние Луны и Солнца и ретроградный Меркурий, как и в гороскопы, он тоже не верит, однако снисходительно принимает мои периодические обвинения погоды в головных болях и слабости (хотя в глубине души и считает это все надуманными глупостями). Вообще, из всей семьи мужа существование метеозависимости признает только его мама, хотя сама и не слишком реагирует на резкие потепления, похолодания и перепады давления.

Порой я думаю: как же скучно живут шведы! Никаких прогнозов на день или год для каких-нибудь Весов, Близнецов или Овнов. Никаких предупреждений о возможном плохом самочувствии в связи с очередным циклоном или вспышкой на Солнце. Никакой веры в случайности и закономерности, в святую воду, удачу или порчу.

Порча! Вот еще одна вещь, знания о которой сопровождали меня с самого детства. Помню, как в конце девяностых в газетах то и дело появлялись объявления о гадалках и знахарках, как нас пугали историями о черной магии, приворотах и проклятиях в седьмом колене. А как мы заряжали воду и следили за сеансами Чумака и Кашпировского! Эх, порой мне даже немного жаль шведов: сколько же интересного прошло мимо них! Хорошо хоть, что в наши дни в Швеции есть передача про охотников за привидениями… Не все потеряно!

«Кукушка-кукушка, сколько мне жить осталось?»

Помните этот странный вопрос, который мы задавали кукушке в лесу, а потом повторяли в песне? Шведам такое незнакомо, хотя гадание при помощи этой птицы и не было им чуждо. Так, например, девушки узнавали, сколько лет им еще ходить в девках: если кукушка прокукует один раз, значит, юная дева выйдет замуж уже в грядущем году. Правда, старой девой никто не оставался: считалось, что если кукушка прокукует десять или более раз, то она сумасшедшая.

Саму кукушку считали птицей, приносящей несчастья. Услышишь ее на голодный желудок – останешься без урожая, встретишься с ней в больном состоянии – не выздоровеешь весь год. Чтобы обезопасить себя, необходимо было так же на голодный желудок выпить кофе с коньяком или водкой – это называлось kaffegök («ка́ффэ-йокь»), то есть кофейная кукушка.

А еще в Швеции есть понятие gökotta («йокь-у́тта») – кукушечье утро. Когда-то на Вознесение люди, вооружившись термосами и бутербродами, ходили в лес наблюдать за птицами и слушать кукушку, которая впервые начинала куковать. Сейчас же «йокь-уттой» называют обычный пикник ранним весенним утром.

Гномы

Шведы обожают гномов. В Швеции их называют томтенами – от слова tomt («томт»), что значит «земельный участок». Изначально это были своеобразные домовые-дворовые, помогавшие по хозяйству и следившие за порядком на хуторах, но постепенно они приняли на себя и другие функции – скажем, дарителя рождественских подарков. Помните Юльтомтена, внезапно появляющегося на пороге, когда отец семейства выходит купить газету? Так вот, его имя состоит из двух частей: jul («юль» – Рождество) и tomte («то́мтэ» – гном).

Томтены настолько популярны, что их название легло в основу многих производных. Взять, скажем, hustomte («хюс-то́мтэ») – дословно «домашний гном», под которым подразумевается человек, обеспечивающий домашний уют. Любите наводить порядок, готовить еду, украшать дом, а заодно еще и полочки прибивать? Тогда вы настоящий hustomte!

Но