О чем говорят шведы. Рассказы о жизни современных викингов - Юлия Викторовна Антонова-Андерссон

Тот день перевернул мою жизнь. Некогда милый добрый персонаж, успешно занимавшийся перевоспитанием «домомучительницы» и показывавший Малышу ценность истинной дружбы, оказался эгоистичным, вредным, самодовольным типом, вечно подставлявшим Малыша и никогда не бравшим на себя ответственность. Именно таким его видят шведы.

То ли дело другой персонаж Астрид Линдгрен – Пеппи Длинныйчулок! В Швеции это поистине пример для подражания: независимая, раскрепощенная девочка, феминистка-индивидуалистка, смело пренебрегающая правилами и живущая полноценной жизнью. Именно то, чего так не хватает шведам, их мечта, их идеал.

Симпатией к Пеппи я так и не прониклась, а советский мультфильм про Карлсона по-прежнему нежно люблю, хоть он и напоминает о моем неуклюжем комплименте. Но за эти годы я открыла для себя нового персонажа: не такого эгоистичного, как Карлсон, и не такого дерзкого, как Пеппи. Мой нынешний кумир – Эмиль из Лённеберги: по-лагомски смешной, несуразный, дурашливый и изобретательный проказник, а главное – это персонаж, по отношению к которому шведы настроены вполне лояльно, так что неловких ситуаций пока не предвидится!

Осторожно: комплименты!

– Ого, как ты прекрасно говоришь по-шведски!

Эта фраза внушает нам надежду на то, что шведское сердце растоплено и теперь из уст собеседника начнут сыпаться сплошные комплименты.

Однако спешу огорчить: на этом комплименты, скорее всего, закончатся. Приятные слова ассоциируются у шведа с лестью и неискренностью и будут встречены немым вопросом: «Чего от меня хотят?!»

Куда сложнее дело обстоит с ответной реакцией. Согласие с комплиментом могут воспринять как хвастовство или высокое самомнение. Для ответов на комплименты шведы разработали целую стратегию, учитывающую все возможные ситуации и характеры.

Итак, самое простое – коротко поблагодарить и сменить тему либо ответить взаимным комплиментом. Однако эту альтернативу можно смело вычеркнуть: для ее применения понадобится недюжинная фантазия и приличная доля находчивости и спонтанности, что шведам почти не свойственно.

Если этот шаг осуществить не удалось, переходим к запасному варианту: занизить значимость слов. Скажем, кто-то похвалил вашу новую куртку, что делать? Например, самому покритиковать ее цвет или рассказать, что купил ее за копейки на местном блошином рынке. Логика проста: «Спасибо, конечно, но я такой же, как и все, не хожу в дорогие магазины, а покупаю обыкновенный ширпотреб».

Высший пилотаж – это сыронизировать. «Ага, мне тоже нравится эта куртка, классная же, да?» Но если от внезапно одолевшего стресса в голову не приходят никакие новые темы или саркастические замечания, можно улыбнуться и нервно засмеяться. Это вообще-то исключительно шведская реакция на все, что не вписывается в рамки, вызывает непонимание или заставляет смущаться. А дальше остается только надеяться, что собеседник обо всем догадается и сам сменит тему.

Есть из этого правила и одно большое исключение: похвала за работу. Вот тут ни в коем случае нельзя занижать достижения или указывать на возможные ляпы. Комплимент надо принять с достоинством и обязательно добавить, что это заслуга не только ваша, но и всей команды или коллег.

«А напоследок я скажу…»

Встреча с лемуром

Время от времени мы с мужем ходим в зоопарки.

Шведские зоопарки совсем не похожи на наши. Во-первых, многие из них расположены за пределами городов, где для животных создаются огромные вольеры и «человеческие условия» (в хорошем смысле слова). Если не считать тематические «лосепарки», коих в стране немалое количество, зоопарков с жирафами, медведями и верблюдами наберется меньше двух десятков, и почти все они закрываются на зиму, поскольку в несезон шведам лень уезжать из дома.

Многие зоопарки Швеции сегодня – это целое комбо: можно посмотреть зверей, покататься на аттракционах и даже посетить аквапарк, что заметно увеличивает стоимость входного билета, особенно для тех, кому нет надобности чем-то занять ребенка на выходные. Я застала еще те времена, когда вход на разные «развлекательные» территории оплачивался отдельно, что позволяло мне посещать зоопарки куда чаще, ведь цена за вход не предполагала сегодняшние дополнительные бонусы в виде спуска по водяной горке или захватывающих дух американских горок.

Муж до сих пор с нежностью вспоминает те годы. Он тоже не из любителей шведского «все включено», когда из этого включенного интересуют исключительно капибары и бегемоты. И все же периодически мы набираемся мужества проигнорировать громкий крик «душащей жабы» и отправляемся смотреть животных.

Пожалуй, самый известный зоопарк Швеции – Кольморден (Kolmården), расположенный в 150 километрах от столицы. Там вас гарантированно встретит сумасшедший дом на парковке, сменяющийся заоблачными ценами и безумными очередями на главные аттракционы: шоу дельфинов и приправленную завораживающими видами поездку на канатной дороге над свободно гуляющими львами, лосями и жирафами.

Этот зоопарк мы посещаем крайне редко. С одной стороны, нам до него далеко, с другой – для типичной шведской души там слишком многолюдно. Ну и с третьей, увидеть носорогов можно и в более близких (и дешевых) местах. И все же пару лет назад мы решили туда отправиться.

Вдоволь насладившись всеми прелестями «разгара сезона», мы, уставшие, вернулись на парковку – и тут мой взгляд неожиданно упал на стоявшее рядом здание с вывеской: «Мы работаем еще час!» Это был огромный террариум-аквариум с небольшой открытой зоной, где бродили лемуры и кенгуру. Перед входом предупреждающая табличка: «Животных не кормить и руками не трогать».

Однако этого и не требовалось: животные САМИ бросались на всех проходящих мимо. Лемуры знали: любая сумка равно потенциальная еда, а потому их интерес вызывал каждый человек с рюкзаком или пакетом. Выбирая между мной и мужем, один из лемуров остановил выбор на моем супруге – вероятно, потому, что его сумка выглядела поувесистее и потому более обнадеживающе.

Мы и оглянуться не успели, как лемур оказался на его шее. Муж сделал пару шагов, но животное, похоже, чувствовало себя вполне комфортно и слезать не собиралось. Прошло пять минут. По громкой связи напомнили о том, что террариум скоро закрывается, но лемура это совершенно не волновало. Не в силах больше терпеть, муж протянул к зверю руку, решив погладить и медленно спустить его на землю. Лемур, однако, не оценил такой заботы и нежности и агрессивно вцепился в протянутую ладонь.

Вид появившейся крови слегка смутил непрошеного гостя, и он осторожно пополз вниз, мы же бросились промывать рану. Муж, по шведской привычке дотошно разбирать все возможные сценарии, задумался:

– А вдруг у него бешенство? Что тогда? Надо бы посмотреть симптомы.

– Надо бы сказать сотрудникам, – добавила я.

Девушка-сотрудница, услышав наш рассказ, лишь улыбнулась и констатировала:

– Бывает…

В смысле, «бывает»? В моем мире в