Девочка и цунами - Джулиан Седжвик

– Давай считать, что да.

Где-то далеко к югу раздается звук сирены. Она взвизгивает, выдерживает ноту, а потом растворяется в тишине зоны.

– Это на станции? – беспокоится Юки. – Что это значит?

– Наверное, объявили обед, – бормочет Така, но все равно поглядывает на счетчик Гейгера. – Надо же питаться, даже если воюешь с радиацией. Храбрецы.

– Показатели в норме?

– Пойдет. – Парень шарит в сумке и вытаскивает оттуда солонку. – Для верности. Знаешь, как когда возвращаешься домой с похорон.

Така высыпает немного соли в ладонь, берет щепотку и бросает сначала за плечо Юки, а потом – за свое.

– Остальное сохраню на потом.

– Думаешь, правда нужно это делать?

Така кивает и поворачивается лицом к холодному ветру.

7

С возвращением

У подножия холма на боку притулилась машина, пришитая к обочине последними летними сорняками. А за ней начинается настоящий хаос, который оставило после себя цунами. Завалы дров, огромные куски досок и гранита сбиты в кучи рядом с повалившимися деревьями, некоторые фургончики и автомобили беспомощно распластались на спине колесами вверх, будто перевернутые жуки, а погнутые крыши других, покосившиеся под странными углами, измазаны засохшей грязью и налипшими на нее шматками синего, серого и красного пластика. Рыболовные траулеры перевернулись, потерпев крушение в море из дерева, металла, бетона и стекла.

Ближе к океану почти не осталось деревьев, а те, что выстояли, окрашены в мертвенно-бледный оранжевый цвет. Целы на поле брани только корпуса школы и изолированное промышленное бетонное здание. Ветер вздыхает над верхушками камышей, под которыми в дождевых канавках все еще осталась вода; снова начинает валить мокрый снег.

Юки смотрит в сторону холма: дом Хара пока не видно.

Така следит за направлением ее взгляда.

– Что-нибудь видишь?

– Нет. Просто думала, как у меня вообще получилось через все это пробраться?

– Я слышал историю о двух ребятах из средней школы: после уроков отправились на пробежку до дома. В какой-то момент мальчики свернули в разных направлениях, и один выжил, а другой погиб, – бормочет Така. – Тебе, наверное, как и мне, повезло.

– В тот момент везучей я себя не чувствовала.

– Я про то, что удача всегда имеет значение, понимаешь? Ну и иногда ты тоже принимаешь верное решение…

Тут, среди раскинувшегося хаоса, торчат тонкие столбики, подрагивающие на ветру; на вершине каждого реет белый флаг.

– Ими отмечают, где Силы самозащиты нашли тела, – поясняет Така.

Почти целый год Юки представляла этот момент, ждала его, боролась ради него – лишь бы как-нибудь вернуться в дом и попытаться найти дедушку. Но сейчас, когда поместье всего в километре отсюда, отделяемое от них только незнакомым, будто инопланетным ландшафтом, осознание того, что тела настоящие, почти невыносимо.

– Как… как он будет выглядеть? Если мы найдем его сейчас?

– Комори-сан говорила, что после года под ветром и дождем опознать можно только по ДНК. Или по зубам и данным стоматолога. Прости. Постарайся об этом не думать. – Така кладет ладонь ей на плечо. – Послушай, вероятность, что мы его отыщем, примерно, ну, один к миллиону. Говорят, некоторые тела отнесло жутко далеко…

– Знаю. Давай просто пойдем к дому.

Парень всматривается вдаль.

– Думаю, лучше держаться дороги, которая идет ближе к школе. Там кое-что расчистили, а между твоим домом и городом такие завалы… Включу-ка обратно сигнал на дозиметре.

* * *

Они спрыгивают на равнину, идут мимо куч обломков и разрубленного напополам дома, обе части которого отворачиваются друг от друга. Прибор в руке Таки мерно щелкает, а когда перед путниками сквозь снегопад медленно проступают корпуса начальной школы, парень останавливается покопаться в счетчике.

– Поставлю предел чуть повыше. Иначе все время будет срабатывать.

Подойдя к школьному бассейну, Юки и Така видят, что тот до краев заполнен грязью и обломками.

– Ненавидела уроки плавания, – бормочет девочка. – Всегда казалось, что я, в отличие от остальных, никуда не гожусь.

– Но может, как раз они-то и спасли твою жизнь?

– Наверное.

Она бросает еще один взгляд на плавательные дощечки, до сих пор уложенные у бортиков, а потом ускоряет шаг, следуя мимо больших бетонных статуй лягушек, выстроившихся вдоль зала: эта часть школы всегда нравилась Юки. Теперь они смотрят на нее из перешептывающихся зарослей сорняков.

Така показывает вверх, на темную зелено-черную линию, размазанную почти под самой крышей.

– Должно быть, вода поднималась досюда, – говорит парень. – Как же удачно тот грузовик заехал в школу.

– Да, кажется, я его видела.

– Тот мужчина спас около пятидесяти детей и учителей. Вроде как они до сих пор пытаются его отыскать.

Под свист ветра, рвущегося сквозь разбитые окна на верхних этажах, Юки и Така огибают угол и пробираются дальше через застывший во времени разрушительный гнев катастрофы. Оказавшись так близко к трагедии, они замолкают, и, чем сильнее они удаляются от относительного порядка на дороге у утеса, тем тяжелее становится атмосфера.

– Расскажи мне еще про этого твоего супергероя, – говорит Така, силясь звучать веселее. – Значит, он хотел жить здесь и помогать людям, хотя сам родился в море? Спасать тех, кто попал в беду?

– Там все было не особо продумано.

– Но он же как ты, да? Пришел из другого места. Но захотел остаться тут…

Юки снова чувствует укол раздражения.

– Ты что, заделался психотерапевтом?

– Прости. Просто мысли вслух, ничего такого.

Он идет дальше, но ноги Юки внезапно сами останавливаются, и она оглядывается на заброшенную школу и останки прибрежного района, представляя, как мощь воды поглощает землю; девочка осматривается, чтобы проверить, где находится ближайшая возвышенность. Километр, может, больше. Даже если бы дети бежали так быстро, как только способны десятилетки, то ни за что бы не успели. Юки поворачивается к морю, скрытому за мусором и мертвыми деревьями, и воображение рисует кадры, как голубоволосый Мальчик-Волна со всех ног мчится по океану к школе. Герой, на которого можно рассчитывать. Уж он бы знал, что делать.

– Я думал, ты торопишься! – окликает Така.

Юки поглядывает на часы.

12:50. Непогода надвигается: среди искореженных зданий клочки морского тумана смешиваются со снегом, и дыхание Юки, бегущей к своему спутнику, вырывается из носа облачками. Таку на секунду затягивает пеленой сгущающегося воздуха.

– Така!

Тот ждет, пока девочка его догонит.

– Показалось, что услышал собаку. Ты не слышала, Юки?

– Нет. Просто задумалась кое о чем.

Образ Мальчика-Волны все еще засел в воображении, и где-то на задворках сознания притаилась новая идея.

– Как по мне, тут куда хуже, чем в лесу, – сообщает Така. – Давай сделаем, что ты хотела. Недалеко отсюда я видел сама-знаешь-кого.

– Если не хочешь идти дальше…

– Я хочу тебя