Записки расхитителя гробниц. Том 1 - Наньпай Саньшу

В окрестностях места, где был обнаружен труп, они нашли больше сорока огромных причальных камней, которые в древности либо служили частями якорей, либо вовсе их заменяли. Все они были одинаковы по форме и размеру, и каждый покрывали какие-то уже нечитаемые резные надписи. Третий дядя предположил, что либо в этом районе затонуло сорок с лишним одинаковых судов, либо все эти причальные камни были с одного корабля. Разве могло сорок одинаковых кораблей одновременно затонуть в одном месте? Разумеется, нет. Выходило, что где-то там, на дне, лежит один корабль, огромный настолько, что на месте его могли удержать только сорок с лишним каменных якорей.

Дядя хорошо знал историю, поэтому в тот момент у него возникла одна смелая догадка. Всплыв на поверхность, он сказал Вэньцзинь:

– Похоже, внизу есть подводная гробница, и располагается она на затонувшем судне.

2. Двойная стена

Вэньцзинь и мой третий дядя росли в разных условиях и значительно отличались как характерами, так и деловым подходом. Дядя был человеком жуликоватой породы, и, если бы не родился в семье потомственных расхитителей гробниц, наверняка стал бы мошенником или бандитом. Прежде чем начать любое дело, он всегда сперва обдумывал его на предмет какой-нибудь выгоды и знакомства заводил по тому же принципу.

Вэньцзинь была совсем другой. Она училась за границей, а потому мыслила прогрессивно, и расхищением гробниц занималась только потому, что ей было интересно. Она не просто обносила захоронения, но еще и исследовала их. Так что, когда она услышала слова третьего дяди, первым делом подумала о ценности подводной гробницы с точки зрения археологии и сразу захотела поделиться соображениями с одногруппниками.

Подводные гробницы на затонувших кораблях встречались крайне редко. Легенда гласила, что такой способ захоронения и вовсе использовал лишь один человек – сын Шэнь Ваньсаня, величайшего из богачей эпохи Мин. Конечно, Вэньцзинь двигали лишь лучшие побуждения, но от одной мысли о том, что все ценности поднимут на поверхность и передадут государству, третьему дяде, мягко говоря, становилось не по себе. Впрочем, Вэньцзинь умела убеждать: одна легкая улыбка, один поцелуй – и третий дядя из отъявленного мошенника превратился в увлеченного исследователя древней истории родной страны и притом добровольно изъявил желание трудиться.

Ту ночь третий дядя провел без сна – все лежал и думал.

Он в жизни не «опорожнял» подводных «чаш», но раз уж расхвалил себя перед всеми как профессионала, завтра ему ни в коем случае нельзя облажаться. В морское дно лопату не воткнешь, думал он, значит, силой делу не поможешь – просто подкопаться не выйдет. Кроме того, даже если все же получится сделать раскоп, песок и грязь с морского дна совсем не то же самое, что грязь и почва на суше, так что весь его опыт здесь будет совершенно бесполезен. Тогда дядя стал припоминать записки своего отца, моего деда, который в самом деле несколько раз бывал в подводных захоронениях. Но ни о каком конкретном методе тот не сообщал: главным образом нужно было исходить из рельефа дна.

Подводная гробница представляла собой захоронение, обустроенное на борту огромного корабля, который затапливали над какой-нибудь морской долиной или впадиной, а сверху засыпали почвой и песком. В общем, почти то же самое, что и на суше, только на дне океана. Третий дядя предполагал, что в месте, где они стояли на якоре, в древности имелась небольшая морская впадина, которую потом заполнили песком и выровняли. А когда корабль затапливали, вокруг, разумеется, нужно было расположить целую кучу якорей, чтобы не дать течению куда-нибудь унести гробницу. Таким образом, захоронение должно было располагаться либо в центре примерной окружности, образованной причальными камнями, либо немножко в стороне.

Чем дольше дядя об этом думал, тем сильнее убеждался, что мыслит в верном направлении. С погодой на другой день тоже повезло, поэтому, преисполненный уверенности в своей правоте, дядя повел археологов под воду. Во время погружения они попарно соединили все причальные камни веревками и в центре, на их пересечении, поставили метку. После этого дядя стал брать пробы почвы в разных местах вокруг метки, и чуть к востоку от середины лопата в самом деле наткнулась на деревянные доски.

Затем они с помощью традиционных методов определили примерную структуру гробницы и с удивлением поняли, что перед ними огромный дворец-усыпальница, по форме напоминавший иероглиф «земля»[56]. Он состоял из двух крупных камер, двух боковых и заднего зала, соединенных длинным проходом. Все это занимало площадь более чем в тысячу квадратных метров. Из всех помещений самым крупным был задний зал: больше десяти метров как в длину, так и в ширину. Судя по всему, саркофаг с телом покойного находился именно там.

Третий дядя был ошеломлен. Вот те на, думал он, это кто же себе такую «чашечку» обустроил? Явно птица высокого полета, раз его гробница по масштабам вполне сопоставима с императорской.

Вечером того дня группа была слишком взбудоражена открытием, и люди, не в силах уснуть, собрались за столом, чтобы поесть хого с морепродуктами и за едой обсудить план действий. Третий дядя рассказал им основные принципы устройства подводных гробниц на кораблях и отметил, что такие захоронения больше всего боятся воды. Главный вопрос заключался в том, заполнен ли водой задний зал, то есть главная камера. Если вода туда уже давно попала, достаточно просто проделать проход, и можно вплыть внутрь – у всех есть водолазное снаряжение, проблем не будет. Однако если камера внизу герметично запечатана, это сулит серьезные трудности, ведь если они продолбят стену, внутрь хлынет вода, что приведет к катастрофическим последствиям. Судя же по щепке, которую дядя добыл с помощью своей лоянской лопаты, воздух внизу, кажется, есть. В такой огромной гробнице легко создать капиллярную структуру, и вполне возможно, что в каких-нибудь камерах еще сохранился воздух, притом в немалых количествах.

Те ботаники с открытыми ртами слушали рассуждения третьего дяди, которые зиждились лишь на многолетнем опыте расхищения гробниц. В итоге дядя обозначил проблему сооружения подкопа как главную. Песчаный тоннель никак не удержал бы форму и точно бы обвалился, а быть засыпанным под водой – это вам не шуточки, сразу смерть.

В конце концов они нашли одно решение, хоть и довольно кустарное. Группа решила взять на своем судне взрывчатку, которой рыбаки глушили рыбу, и с ее помощью проделать в дне