Записки расхитителя гробниц. Том 1 - Наньпай Саньшу

ним, даже завернул в четыре или пять слоев промасленной бумаги. У меня вдруг появилась одна идея. Надо бы продумать, как и на что я собираюсь жить здесь следующие полмесяца, подумал я. Будет не очень-то хорошо каждый день сладко спать в своем номере и наедаться от пуза, а потом расплачиваться долговой распиской. Может, лучше найти поблизости антикварный рынок, загнать там эту штуку и выручить деньжат? Ради такого и по всему Цзинаню круг нарезать не жалко.

Идея показалась мне очень разумной. Изначально я приехал сюда с туристическими целями, так какого демона должен играть в конспирацию? Я все-таки не в «Секретных материалах» каких-нибудь. И вообще, сомневаться я уже не имею права: не страшно, если меня выпрут из отеля как злостного неплательщика, но если Паньцзы останется без лечения, это будет хуже некуда. Надо торопиться, пока не стемнело.

Я вышел в холл и поинтересовался у администратора за стойкой, где у них тут рынок антиквариата. Администратор, горя желанием помочь, спустился со мной на улицу и помог вызвать такси. Сев в машину, я велел таксисту везти меня туда, где побольше антикварных магазинов, и тот, угукнув, доставил меня к рынку Инсюншань. С первого взгляда я понял: местечко специфическое.

Всю дорогу я слушал безудержную болтовню таксиста об этом рынке. Он назвал его довольно крупным скоплением продавцов антиквариата и каллиграфических свитков, сказал, что народу там много, торговля идет шумно и бойко, но большинство товаров – подделки. Если нечем заняться, вполне можно просто прогуляться, поболтать с владельцами лавок, попускать им пыль в глаза – они такое любят.

С тяжеленным нефритовым чехлом в рюкзаке я вылез из машины и пошел искать какую-нибудь лавку покрупнее. Такая вещь не каждому по карману, а у больших магазинов наверняка есть контакты серьезных, обеспеченных клиентов. Можно предложить хозяину выступить посредником и отстегнуть процента два от сделки, хватит с него. Я в таком мастак, меня никому не обдурить. На обратном пути мы с дядей обсуждали цену чехла, и он сказал, что не меньше миллиона, но есть нюансы. Во-первых, на такую дорогую вещь очень сложно найти покупателя – разве что объявится какой-нибудь иностранец. Во-вторых, эта штука слишком большая, а крупногабаритный товар продать всегда сложнее, чем мелочовку. По дядиным прикидкам, если нефритовым чехлом кто-то все-таки заинтересуется, он согласится на цену примерно в восемьсот тысяч.

Когда я повторил про себя дядины слова, то получил заряд уверенности и двинулся вперед по улице, глазея по сторонам. Я едва успел пройти пару шагов, когда в глаза бросилась бронзовая курильница, стоявшая на витрине одной из лавок. Крышка курильницы была украшена резными изображениями людей. Взглянув на них, я невольно вздрогнул: у всех этих людей были круглые выпяченные животы, прямо как на тех росписях в подводной гробнице, о которых рассказывал третий дядя. Когда я опустил голову, чтобы получше рассмотреть курильницу, из дверей вышел владелец и воскликнул:

– О-хо-хо, а у вас глаз наметан! Это единственная стоящая вещь в моей лавке!

По его акценту я сразу понял, что он родом из Пекина.

– А что тут наверху изображено? – спросил я. – Выглядит как-то странно. Судя по виду, она откуда-то с Хайнаня, верно?

Хозяин мгновенно изменился в лице и поспешил пригласить меня в свою лавку со словами:

– Сегодня ко мне заглянул настоящий знаток! Эта вещь лежит у меня в лавке уже много лет, но вы первый, кто сумел разглядеть ее суть! Да, она и правда с Хайнаня.

Лесть была обязательным атрибутом торговли антиквариатом. По его лицу я никак не мог понять, говорит ли он искренне или же просто хочет всучить мне эту курильницу. Информации у меня на руках кот наплакал, и, продолжи я корчить из себя профессионала, меня быстро раскусят, поэтому я ответил:

– Я вовсе не знаток, вовсе не знаток. Просто видел на Хайнане похожую вещь и еще тогда удивился, как странно она выглядела. Не знаю, как это правильно называется.

Хозяин пригласил меня присесть, налил чаю и произнес:

– Мне кажется, вы скромничаете. Но даже если вы и впрямь не знаете, не суть важно, я вам расскажу. На этой курильнице изображены такие демоны, которых обычно зовут «запретными девами». В двух словах о происхождении этой вещи не расскажешь, но если вам интересно – с радостью поведаю.

Видя, что есть надежда узнать что-нибудь интересное, я торопливо притворился, будто жажду купить курильницу, и активно закивал. Тогда хозяин знаком ладони велел мне подождать, а сам достал курильницу с витрины и поставил на столик. Я тут же ощутил какой-то специфический аромат, исходящий из-под крышки, и невольно вздрогнул.

– Необычный запах, да? – хохотнул хозяин.

– А что это за благовония? – спросил я.

Он поднял крышку курильницы, и я опешил, увидев внутри всего один крохотный черный камешек. Хозяин довольно улыбнулся и пояснил:

– Это кусок кости «запретной девы», а ее аромат зовется «костяным». Славная штучка. Если на ночь поставить у постели, будете спать как младенец.

К моему горлу резко подкатила тошнота, и я поинтересовался:

– И все-таки что это за «запретная дева»? Засыпа́ть, нюхая ее горящие кости, как-то аморально, что ли.

– «Запретная дева» – понятие весьма широкое. Можно сказать, что это общее название для всего плохого, что бывает на свете, – с улыбкой пояснил хозяин. – Люди на Хайнане верят, что если кто-то заболел или поранился, это все происки «запретной девы». Что же она такое – достаточно сложно описать. Говоря по правде, она самый настоящий злой демон.

– О, а это, выходит, ее кость? – спросил я, наморщив лоб. – Где же вы ее взяли? Судя по всякому морскому дерьму на крышке, это, похоже, «дар моря».

Хозяин хихикнул:

– А вы еще говорите, что не знаток! Истинная правда, эту курильницу выловил сетями рыбак. Но, поскольку вещь редкая, даже с морским дерьмом цена все равно будет немалой.

Денег у меня на нее не было, поэтому я со вздохом ответил:

– К сожалению, я предпочитаю чистые и хорошо сохранившиеся вещи, так что этот «дар моря» мне не нужен. Но я могу купить у вас ароматную кость.

Выражение лица хозяина тут же изменилось.

– Разве так можно? – произнес он с укором, но в то же время заискивающе улыбаясь. – Если вы заберете костяные благовония, как же я потом продам курильницу?

По слою пыли на крышке мне стало ясно, что ему очень долго не удавалось никому ее втюхать. Подобные вещи всегда считались неудачным товаром, ведь перепродать их после покупки было очень сложно. Все, кто вкладывал деньги в такой товар, обычно оставались недовольны. В неспокойные времена ценится золото,