Сибирский приключенческий роман 5 - Юрий Семенович Манаков

с Герасимовым раскрыли связь между Мыльниковым и Шамоновым, напомнили причину, побудившую Мыльникова отправить старшего смотрителя на каторгу, а он есть жених Ксении Подкорытовой, и, наконец, подтвердили наличие у Мыльникова тайника с золотом, о котором они удостоверились лично.

Ракитников, выслушав, молчал, осмысливал невероятность услышанного, но и, получается, переваривал правдивое положение, из которого выходит явная подлость подчинённого и его сообщника. Урядник Мыльников связан с хищением золота! Кто бы мог подумать! Стервец!

– Помню, безусловно, помню, господа, обыск и осуждение Огородникова, рвение Мыльникова виделось усердным. Так вот какова причина побудила его и здесь приложить усердие. Негодяй! Что ж с урядником и Шамоновым след разобраться, и без промедления. Обдумать немедля и наложить арест на обоих с поличным. – Ракитников вздохнул. – Огородникова жаль, пострадал молодой человек, слышал, невеста до сей поры в печали, а родители Огородникова – куда более.

– Восстановить бы следовало его невиновность, как арест наложете на Мыльникова и Шамонова. Вы же не станете, Святослав Герасимович, противиться изменению приговора? – Герасимов смотрел на удручённое лицо штабс-капитана.

– Из того стану, не стану, разве поправишь, разве возвернёшь Огородникова, ныне затонувшего на лесозаготовках.

– А если он жив?

– С досадой доложу вам, господа, извещение месяц назад поступило, если не в курсе – утонул при вязке плотов на Киренском затоне, имеется и акт с показаниями свидетелей. Непременно уведомили родителей о его гибели. Увы, выходит, и я в какой-то степени оказался грешен, коль разбирательство привело к его аресту и ссылке по подлогу Мыльникова, и это ещё предстоит выяснять. Но я хотел бы знать, каким образом вам, господа, удалось узнать о тайнике Мыльникова и где конкретно находится?

– От Огородникова, – ответил Герасимов.

– От какого Огородникова, отца осуждённого?

– Не поверите, от самого осуждённого.

– Шутить изволите, Стефан Николаевич, извините, звучит несуразно.

– Какие могут быть шутки, в прямом смысле, стало известно от Никиты Даниловича Огородникова.

– ?!! – Ракитников развёл руки в стороны, не зная, как реагировать на слова горного инженера.

– Да, да, не удивляйтесь, говорю вам, Святослав Герасимович, с полной серьёзностью, того самого, о котором вы только что выразили сожаление о его ссылке на каторгу и гибели. На самом деле Огородников жив, чем и нас удивил своим появлением на прииске.

– Да как же могло такое произойти?! Официальное сообщение поступило – утонул на реке Лене при обвязке леса в плоты.

– По бумаге выходит верно, на самом же деле Огородников сбежал с каторги и объявился на прииске, – пояснил Пикалов. – Им двигало одно – восстановить справедливость и наказать истинных виновников в его бедах, порыв честного человека, хотя не осознавал, каким образом поступит, осуществит задуманное. Помог случай, при желании переправиться через речку Бодайбо, заметил издали Мыльникова, занятого вскрытием тайника. В таких случаях говорят: Господь навёл страдальца в нужное время и к нужному месту, ни раньше ни позже.

– И где же в настоящее время скрывается Огородников? – поинтересовался Ракитников.

– В целях недопущения огласки дали совет временно укрыться в тайге.

– Разумно, разумно… Надо доложить вам, господа, привезли вы мне задачу, предмет головоломки. Хорошо, что многие факты, благодаря вам, стали известны, так с облегчением разрешим, по местам расставим…

– Мы со Стефаном Николаевичем понимаем, и вы осознаёте, в одиночку вам не осуществить задержание Мыльникова и Шамонова, крайне сложно, а довериться некому. Было бы правильным принять нас к содействию, и у нас имеются свои соображения, каким образом целесообразнее поступить. Надеемся, вы, Святослав Герасимович, одобряете предложение, в коем мы заинтересованы? Всё же с нашей шахты самородки крадены, и пресечь хищения считаем своей честью.

– Вы правы, довериться некому, а вызывать полицейских с волости или уезда, упущу время. Привлечь казаков, так тут же разнесут языками, на нет сведут акцию. Так что буду признателен, если вы присоединитесь и мы сообща развяжем мерзкий узел.

В этот день к причалу Бодайбинской резиденции пристал пароход с баржой, доставивший груз для золотопромышленной Компании. С парохода сошёл на берег некий Гребенщиков Иван Фёдорович, что способствовало и облегчило разрешение ускорить изобличение урядника и расследование по похищенным самородкам.

Гребенщиков, будучи становым приставом Киренского уездного суда, не замедлил посетить полицейскую канцелярию, засвидетельствовать своё прибытие для проверки исполнительных и судебно-полицейских дел. Появился Гребенщиков в тот момент, когда Герасимов и Пикалов собирались покинуть канцелярию и договорились встретиться вновь с Ракитниковым вечером в конторе Компании для дальнейшего совещания.

С порога Гребенщиков при виде Пикалова воскликнул:

– Серафим Иванович, дорогой мой, знал, что встретимся где-то на прииске, но так скоро увидеть вас в канцелярии не ожидал.

– Здравствуйте, здравствуйте, Иван Фёдорович. – Пикалов приобнял Гребенщикова (знакомы друг с другом несколько лет по ранее совместной службе). – А для меня ваше появление – и вовсе неожиданность и скажу, вы не представляете, как же своевременно ваше прибытие.

– В чём же оно своевременное? Обычная запланированная командировка по волостям, побывал в Витимской слободе и в Пеледуе, получил поручение начальства посетить и Бодайбинскую резиденцию, удостовериться о порядке содержания и использования ссыльнокаторжных на приисках. Так что, – Гребенщиков повернулся к исправнику и протянул руку для пожатия, – Святослав Герасимович, прошу любить и жаловать нежданного гостя, а для начала определиться бы с ночлегом, предаться отдыху желаю, притомился с дороги.

В нескольких словах Пикалов и Ракитников ввели Гребенщикова в курс произошедших событий и пригласили собраться уже вчетвером, определиться в дальнейших действиях. Пристав крайне был поражён о возможной причастности урядника Мыльникова к хранению похищенного золота. Урядник – преступник! Из ряда вон выходящий случай! И с горячностью изъявил желание принять самое активное участие в аресте похитителей драгоценного металла. Да и как же не встрять, коли зачтётся в актив службы?

40

Никита соорудил шалаш в лощине ключа, не имевшего названия. Исток ключа бил из-под земли, он клокотал, вроде как от радости сбежавши из темницы на свет. Далее его питали сточные воды склонов долины, и устремлялся к речушке Еленинская, а та бежала, неслась в Накатами.

От приискового посёлка не менее пяти вёрст. Можно было бы уединиться и глубже в тайгу, но ни к чему. Малая вероятность появиться кому-либо с прииска – все в работе, а заготовка леса зимой, и это не то место, где изобилует лесная живность, редкий охотник может добыть копытное или удить в речке, хватает других урочищ, богатых мясом и рыбой.

Находиться в одиночестве Никите было тоскливо. Не зря говорят: долог день до вечера, если делать нечего. И в самом деле, куда руки приложить, к чему? Некуда. Безделье хуже всего. Одна радость – надежда, теперь она обрела некое просветление, определённость.

От безделья и желания погасить в себе тягостные мысли Никита старался отвлечь себя на всё,