Древний Израиль и народы Ханаана. Этническая история Южного Леванта. III тыс. до н. э. – VII в. - Игорь Павлович Липовский

семитизации. Большинство населения стали составлять горожане местного западносемитского происхождения, а потомки греков и македонцев остались лишь привилегированным меньшинством. Правда, и тех и других объединяла принадлежность к эллинистической культуре и образу жизни.

Вторая группа, Декаполис, располагалась в Северном и Центральном Заиорданье на землях как бывшего Израильского царства, так и Аммона. Свое название, Десятиградье, она получила после прихода туда римлян, когда во времена Помпея эта группа включала в себя Дамаск и насчитывала ровно десять городов: Филадельфия, Рафана, Скифополь, Гадара, Гиппос, Дион, Пелла, Гераса и Каната. Практически все эти эллинистические города были основаны не на пустом месте, а на руинах известных израильских поселений. Греческие и македонские колонисты изменили или просто грецизировали западносемитские названия древних городов. Например, Суссита стала называться Гиппос, однако оба этих названия, как западносемитское, так и греческое, обозначали одно и то же – лошадь. Ханаанский Пехаль, упомянутый еще в надписях египетских фараонов во II тысячелетии до н. э., превратился в Пеллу. Так назывался родной город Александра Македонского, поэтому македонские колонисты изменили чуждое им семитское название на родное и близкое по прежней родине. Израильский Бейт-Шеан стал именоваться Скифополем, а бывшая столица аммонитян Рабба была переименована в Филадельфию. Город Дион получил свое название от одноименного города в далекой Македонии. Вообще города Дион, Пелла и Гераса первоначально представляли собой только поселения македонских воинов-ветеранов, в то время как в Гадаре преобладали греки из Аттики. Что касается самого южного города Декаполиса, Филадельфии, то ее заселили эллинизированными жителями финикийского Тира, который был полностью разрушен и опустошен. С течением времени число городов Декаполиса менялось, и во II в. н. э. их уже было восемнадцать. К ним, в частности, прибавились такие известные города, как Абила, Эдреи и Гедор.

Города Декаполиса занимали самые лучшие земли Заиорданья, поэтому, в отличие от эллинистических городов Средиземноморского побережья, их население занималось в основном земледелием и торговлей продуктами сельского хозяйства. Через территорию Десятиградья проходили главные торговые пути в Сирию, Аравию и Месопотамию, что способствовало развитию и процветанию этих городов.

Кроме двух основных групп эллинистических городов – на Средиземноморском побережье и в Декаполисе – известно и несколько отдельных городов в Галилее, Самарии и Идумее, которые, безусловно, относились к эллинистическим. В Верхней Галилее таким был городок Панеас (Баниас). Хотя своим именем он обязан греческому богу Пану, он был опять-таки построен на месте израильского города Дан, который еще раньше был ханаанским городом Лаиш (Лешем). Панеас известен тем, что его, в угоду римлянам, заново отстроил и украсил Филипп, один из сыновей Ирода Великого, правивший в Верхней Галилее и Южной Сирии. Вторым таким эллинистическим городом, только в Нижней Галилее, поблизости от Назарета, был Сепфорис. Он тоже обязан своим происхождением приходу эллинов на Восток. Но, в отличие от других эллинистических городов, он всегда имел более чем значительное иудейское население и даже второе, только еврейское название – Циппори. Возможно, что Сепфорис был городом эллинизированных евреев, которые предпочитали греческий образ жизни иудейскому. Своим расцветом он обязан другому сыну Ирода Великого – Антипе, который получил во владение Галилею и Перею (часть Заиорданья). После Иудейской войны (66–73 гг.) и связанных с ней разрушений и потерь Сепфорис стал фактически столицей еврейской Галилеи. Еще два эллинистических города – Мареша (Марисса) и Адораим (Адора) – располагались в Идумее. В прошлом это были ханаанско-иудейские города, но египетские Птолемеи изменили их характер, поселив туда своих воинов-ветеранов и чиновников. Кроме того, в Марешу было насильственно переселено много эллинизированных жителей из средиземноморского порта Сидон. Впоследствии население Мареши и Адоры пополнилось за счет жителей идумейского происхождения. Наконец, еще один эллинистический город был построен на развалинах столицы Израильского царства – Самарии. Это место было отдано для поселения воинам-македонянам. Правда, эллинистическая Самария существовала недолго, ее разрушил Иоханан Гиркан, правитель Хасмонейской Иудеи. Однако римские полководцы Помпей и Габиний восстановили ее, а Ирод Великий заново перестроил и переименовал ее в Себастию в честь своего друга и покровителя – римского императора Августа. Не удовлетворившись этим, Ирод посвятил Августу еще один город – Стратонову Башню, переименовав ее в Кесарию. Оба этих названия – Себастия и Кесария – означают одно и то же, только первое на греческом, а второе на латинском языке. Правда, Кесарии повезло куда больше, она быстро выросла и стала резиденцией римского прокуратора Иудеи.

Создание эллинистических городов на территории бывших древнееврейских царств представляло двоякую опасность для иудеев. Во-первых, эти города являлись рассадниками язычества и идолопоклонства и тем самым бросали вызов иудейскому монотеизму, мучительно выстраданному древними евреями в течение многих столетий. Во-вторых, эллинистические города, где преобладало пришлое население, превратились в опору чужеземной власти и препятствие на пути к независимости Иудеи. Собственно, ради этого они и строились Птолемеями и Селевкидами. Эти города, особенно те, что имели значительное иудейское население, зачастую порождали серьезные конфликты и напряженность в отношениях между иудеями-монотеистами и иноплеменниками-язычниками.

Экспансия эллинистических городов в Южном Леванте была остановлена в результате Маккавейских войн (167–142 гг. до н. э.), которые восстановили независимость и суверенитет Иудеи. В дальнейшем правители Хасмонейской Иудеи постепенно вернули под свой контроль большинство земель, принадлежавших ранее древнееврейским царствам. Симон, первый правитель независимой Иудеи, сумел отвоевать только Яффу и Гезер. Когда селевкидский царь Антиох VII Сидет стал угрожать ему войной, требуя вернуть обратно эти города, «Симон сказал ему в ответ: „Мы чужой земли не захватывали, чужого не присваивали: мы владеем наследством наших отцов, которое наши враги, воспользовавшись случаем, несправедливо себе присвоили. А теперь пришло время нам держать в своих руках наследство наших отцов44» (1 Макк. 15: 33–34). Сын Симона, Иоханан Гиркан, достиг куда большего, он отвоевал Себастию в Самарии, Скифополь в Галилее, а также Марешу и Адору (Адораим) в Идумее. Все остальное – Декаполис и города Средиземноморского побережья – выпали на долю иудейского царя Александра Янная. Именно он подчинил своей власти почти все эллинистические города Южного Леванта, кроме двух из них – Птолемаиды (Акко) и Аскалона (Ашкелона). Как правило, он был готов пощадить каждый эллинистический город и его жителей, если они откажутся от идолопоклонства и примут монотеизм. Одни на это соглашались, другие, как, например, Пелла и Гадара, не смогли отказаться от своих языческих культов. Хотя Гадара представляла собой мощную и хорошо укрепленную крепость, иудейская армия взяла ее штурмом после десятимесячной осады. Та же печальная участь постигла и македонскую Пеллу, которая цепко держалась за эллинистическое язычество. По иронии судьбы столетие спустя Пелла все-таки приняла монотеизм, который принесли туда евреи-христиане, бежавшие из Иерусалима от наступавших римлян. Впрочем,