Древний Израиль и народы Ханаана. Этническая история Южного Леванта. III тыс. до н. э. – VII в. - Игорь Павлович Липовский

некоторую автономию в рамках Иудейского царства, но с приходом к власти Ирода Великого (37 г. до и. э. – 4 г. до и. э.) эта автономия была ликвидирована. Примечательно, что два основных наследника Ирода Великого, а именно: этнарх Архелай и тетрарх Антипа – были сыновьями самаритянки Малтаки. Однако неудачное десятилетнее правление Архелая привело к тому, что с 6 г. и. э. Самария, как, собственно, и Иудея, стала частью римской провинции Сирия.

Жестокость, беззаконие и коррупцию римской администрации почувствовали на себе не только иудеи, но и самаритяне. Однако среди всех римских префектов и прокураторов самым беспощадным для самаритян оказался Понтий Пилат (26–36 гг.) – убийца Христа. Жертвами Пилата стали тысячи самаритян, собравшихся без ведома прокуратора на своей священной горе Геризим, чтобы откопать там сосуды, якобы спрятанные Моисеем. Жалобу самаритян на массовое убийство невинных людей поддержал римский наместник в Сирии Вителий. Понтия Пилата вызвали на суд в Рим, где, обвинив его в беззаконных убийствах и казнокрадстве, приговорили к смерти.

Новый Завет содержит два достаточно значимых эпизода о самаритянах в начале нашей эры. Из них следует, что взаимоотношения между двумя народами были настолько неприязненными, что иудеи, жившие в Галилее, предпочитали обходить Самарию во время паломничества в Иерусалим. Ученики Христа считали самаритян чуть ли не язычниками, да и сам Иисус избегал проповедовать среди них или посылать в их среду своих учеников. Согласно Евангелию от Луки, самаритяне не позволили Иисусу даже остановиться на ночлег в их селении (Лк. 9: 53). Несмотря на это, Христос порицал вражду к самаритянам и считал, что об их нравственных качествах нельзя судить на основании их учения. Однако при всем этом, обращаясь к самаритянке, он подчеркнул: «Вы не знаете, чему кланяетесь, а мы знаем, чему поклоняемся, ибо спасение – от Иудеев» (Ин. 4: 22). Тем самым он дал понять, какая большая разница существует между учениями самаритян и иудеев.

В 52 г. между самаритянами и иудейскими паломниками, направлявшимися в Иерусалим, произошло настоящее побоище, приведшее к гибели людей. Конфликт был настолько серьезный, что в нем вынужден был разбираться римский император Тиберий. В результате он обвинил во всем самаритян и сменил прокуратора Кумана (48–52 гг.) на Феликса (52–60 гг.) (Tacitus. Annales, 12.54).

Как и в период Маккавейских войн, самаритяне не приняли никакого участия в Великом восстании евреев против Рима (66–73 гг.). Правда, в июле 67 г. множество самаритян собралось на горе Геризим. Римский полководец Веспасиан, уже прибывший в Иудею с войсками, послал в Самарию целый легион с пехотой и конницей. Но самаритяне отказались разойтись и оказали сопротивление (Иуд. война III, 5, 34). Причины столкновения с римлянами остались неизвестны. Но это был единственный эпизод, когда самаритяне проявили себя в годы Иудейской войны против римлян. Точно так же нам ничего не известно об участии самаритян в восстании Бар-Кохбы (132–135 гг.). Очевидно, враждебные отношения между двумя народами не позволили самаритянам поддержать еврейских повстанцев, хотя то, за что они сражались, должно было быть близко и самим самаритянам.

Катастрофические последствия трех еврейских восстаний против Рима полностью изменили демографическую картину на всей территории Иудеи. Римско-иудейские войны, особенно последнее восстание Бар-Кохбы, привели к серьезной депопуляции страны, даже к изменению ее названия на Палестину. Однако эти трагические для иудеев события никак не затронули самаритян. После того как римская армия покинула Иудею, самаритяне становятся главным этносом страны, которую римляне приказали называть новым именем – Палестина. Самаритяне заселяют опустевшие иудейские города и селения и последующие два столетия, III и IV вв., становятся для них «золотыми». Они получают широкую автономию от римских властей, и численность самаритян возрастает по меньшей мере до миллиона человек. Благодаря самаритянскому фактору Иудея в эти века еще не стала Палестиной, скорее всего, она стала на это время снова Израилем, ведь самаритяне всегда именно так себя и называли. С годами расцвета связано имя Баба Раба (288–362 гг.) – первосвященника и вождя самаритянской общины, религиозного реформатора и автора большей части литургии самаритян. В то же время религиозный раскол между самаритянами и иудеями продолжал углубляться. К непризнанию самаритянами пророческих и исторических книг Танаха (Ветхого Завета) прибавился и категорический отказ признавать Мишну и Гемару (Талмуд), созданных во II–IV вв. Впрочем, это и следовало ожидать, так как самаритяне никогда не признавали Устную Тору (Устный Закон).

За золотым веком самаритянского Израиля последовал период (V–VI вв.) гонений на самаритян и их веру. Столь резкая перемена в судьбе этого народа была связана с принятием христианства в качестве официальной религии Римской империи. Начиная с V в. императоры Восточной Римской империи (Византии) начали проводить политику насильственной христианизации населения. Самаритян приравняли к язычникам и под страхом смертной казни запретили исповедовать свою монотеистическую религию (Abulfati. Annales Samaritani. 170). Религиозные гонения на самаритян, тяжелый налоговый гнет и беззаконные конфискации их имущества вызвали череду восстаний самаритян. Самыми значительными из них были два: восстание Юста в 484 г. и восстание Цабара в 529 г. Первое выступление самаритян произошло в правление императора Зенона (474–491 гг.). Будучи варваром из полудикого племени исавров, который узурпировал византийский престол и погряз в разврате, Зенон проявил особое рвение в насильственной христианизации самаритян. В ответ на насилия и притеснения византийских властей в 484 г. вспыхнуло восстание самаритян. Его центром стала гора Геризим, а вождем – Юста (Юстус), которого позднее провозгласили самаритянским царем. Восставшие разгромили византийские гарнизоны и захватили Неаполь (Шхем) и Кесарию, населенные преимущественно самаритянами. За два года им удалось освободить большую часть Палестины от византийцев. Повстанцы жгли церкви, построенные на месте самаритянских синагог, и убивали тех священников, кто под угрозой смерти заставлял их принимать христианство. В 486 г. Зенон подавил это восстание с необычайной жестокостью, истребив десятки тысяч человек. Чтобы унизить самаритян и оскорбить их религиозные чувства, он построил на вершине священной для них горы Геризим церковь Святой Девы Марии (John Malalas. Excerpta historica: De insidiis 44; Procop. Aed. 5.7.7).

Второе крупное восстание было вызвано теми же причинами, что и первое. Оно произошло в правление императора Юстиниана в 529 г., и его возглавил Юлиан Цабар, тоже ставший царем самаритянского Израиля и провозгласивший независимость от Византии. Как и в прошлый раз, восставшие захватили Шхем (Неаполь), Скифополь и главный город провинции – Кесарию. Они расправлялись с теми, кто их грабил и запрещал исповедовать свою религию. Византийские историки Прокопий Кесарийский («История войн») и Иоанн Малала («Хронография») оставили нам немало сведений о самаритянских восстаниях, но, к сожалению, их труды трудно использовать из-за крайней тенденциозности в изложении фактов и откровенной враждебности к самаритянам. Повстанческая армия Цабара состояла из не обученных военному делу