Путешествие в Турцию и Египет. Жизнь, нравы, обычаи - Евгений Львович Марков

через могучую реку этот громадный монумент, в сравнении с которым скала нашего Петровского памятника – только маленький камушек, трудно себе представить, особенно когда вспомнишь, что в те времена не существовало ни механики, ни машин, и всю силу пара, все расчеты науки заменяли собою выносливые мышцы человека да его природная сообразительность.

Тело сфинкса длиною 60 аршин. Но оно уже давно засыпано чуть не до хребта песками Сахары. Еще несколько лет – и, пожалуй, песчаное море поглотит его совсем с хребтом и погребет в себе эту гигантскую каменную мумию, как уже погребло оно тысячи всяких других мумий и гробниц. Только плечи сфинкса да его колоссальная голова на могучей шее еще высоко поднимается над песчаной могилой. В одной только голове от темени до подбородка 13 аршин высоты и ширины 6 аршин. Эта гигантская голова без туловища, словно вырастающая из песков, упорно смотрящая на вас своими непостижимыми каменными очами, невольно напомнила мне богатырскую голову пушкинской сказки, и я ждал, остановившись против нее, что вот-вот медленно поднимутся ее тяжелые каменные веки, слетят с них стаи спящих сов, откроются громадные уста и изрекутся чудесные глаголы о тайнах прошлого.

Но гранитное чудовище продолжало глядеть на меня бесстрастно и недвижимо, как оно глядит уже шесть тысячелетий на весь светлый мир Божий. Шлем, когда-то украшавший его голову, давно слетел с нее и рассыпался в прах, точно так же, как и его величественная борода, и святотатственная рука магометанского завоевателя отсекла даже каменный нос, украшавший его царственный лик[37], еще во дни Плиния сверкавший красною краской.

Бедуины уверяют, что с тех-то именно пор пески пустыни и стали засыпать площадку пирамид со всеми ее древними памятниками, до которых не допускал их прежде этот таинственный каменный страж.

Но и в обезображенном виде лицо сфинкса производит впечатление властительной мощи и самодовольного спокойствия. Гигантская копна каменных волос спадает с обеих сторон головы какими-то оригинальными крыльями на громадные каменные уши его; толстые и длинные губы сжаты в спокойную чуть насмешливую улыбку, а многочисленные трещины, которыми избороздили его дожди и ветры, кажутся морщинами старца, много думавшего и много жившего… Это, во всяком случае, лик мужа, сильного, властного, сурового, а не женщины, как изображали сфинксов древние греки.

Мускулистая грудь и шея, достойные тела льва и достойные размеров колосса, еще хорошо видны. Но длинные протянутые лапы зверя уже глубоко занесены песком.

Археолог Кавилья в начале нашего столетия откопал сфинкса до самой почвы и обозрел его во всей его художественной цельности. Он докопался и до тех площадок и лестниц, по которым некогда его благоговейные поклонники сходили к нему с высоты противоположного холма, с каждым шагом все глубже погружаясь в каменные объятия его распростертых лап, все дальше уходя в надвигающиеся на них священные тени его колоссального тела.

Сфинкс этот был бог древности, бог «покоящегося солнца», великий Гар-эм-Ху. Он имел силу даровать царям могущество и праведную жизнь. Он был бог-охранитель Египта от злого Тифона, духа смерти, владыки песчаных пустынь. Ему приносили жертвы туземцы и странники. Между его протянутых лап был устроен жертвенник, а в глубине груди – капище.

При разрытии найдены были их остатки и среди них несколько скрижалей с иероглифами, статуйки львов, молящихся великому сфинксу, и обломки маленьких сфинксов.

Знаменитые цари Египта были изображены в этих иероглифах также приносящими ему жертву как богу: и Тутмос IV, и Рамсес Великий, и Хефрен, строитель второй пирамиды. Оттого ученые-египтологи и разделились мнениями насчет того, кто был действительным строителем сфинкса. Одни считали Тутмоса, другие Рамсеса, третьи Хефрена, а так как древние греческие писатели, описывавшие пирамиды, ни слова не говорят про сфинкса, и только римлянин Плиний Первый (Старший) рассказывает о нем, то для произвольных толкований поле открывалось самое просторное, пока француз Мариет не нашел несколько лет тому назад разгадку этой настоящей «загадки сфинкса».

Засыпанное песками гранитное чудовище оказалось старше самой старой из пирамид, пирамиды Хеопса. А если Хеопс, по вычислениям Мариета, жил около 4235 лет до Р. Хр., то сфинксу можно безошибочно приписать более шести тысячелетий. Возраст, достаточный для того, чтобы нажить морщины даже и на гранитном лице и по горло врасти в землю.

Находка Мариета сохраняется теперь в Булакском музее Каира. Это камень, открытый им в развалинах, около одной из маленьких пирамидок, соседних с Хеопсовой. На камне разные надписи, и между ними одна касается сфинкса:

«Живущий Горус… Царь Верхнего и Нижнего Египта, Хуфу, во время своей жизни, расчистил храм Изиды, правительницы пирамид, который помещается на месте, где сфинкс, к северо-востоку от храма Озириса, владыки Розату… Он построил свою пирамиду, где храм этой богини, и он также построил пирамиду принцессе Геутсен, где этот храм. Живущий Горус… Царь Верхнего и Нижнего Египта, Хуфу, во время своей жизни, воздал эту почесть своей матери Изиде, и по повелению божественной матери Аеор вырезал это на камне. И он возобновил божественные жертвы и построил для них из камня свой храм, и второй раз он восстановил богов в святилище»[38].

В числе богов, которых восстановил Хуфу, то есть Хеопс, и которые изображены в иероглифах камня, помещен и сфинкс. Под ним надпись: «…место сфинкса Гар-эм-Ху к югу от храма Изиды, правительницы пирамид, и к северу от храма Озириса, владыки Розату. Изображение бога Гар-эм-Ху соответствует предписаниям».

* * *

В голове сфинкса, там, где держался прежде египетский шлем, есть углубление, в которое можно опуститься. Но бедуины боятся этого хуже чумы. Они считают сфинкса злым демоном, «отцом ужасов», «Абу-эль-Гуль», и думают, что в отверстии его черепа обитают нечистые духи.

Они уверяют также, будто в груди сфинкса вырублен целый храм. Но входа в этот храм никто еще не открывал, и все заставляет думать, что тело сфинкса – сплошная масса гранита. Что храм действительно был не в груди, а у груди чудовища, и фимиамы его курильниц могли долетать до его гранитных ноздрей, это доказали раскопки.

Мы закончили свой обзор древних гробниц фараоновых зрелищем этого колоссального каменного стража их, лежащего уже шесть тысяч лет на рубеже между жизнью и смертью, между райскими пажитями нильской долины и адским пеклом Сахары.

Уже вечерело, и пора было спешить восвояси, подальше от кочевых витязей пустыни. Но не хотелось покидать этого удивительного кладбища «ветхих дней» человечества. Слишком много впечатлений и мыслей поднималось в голове; слишком многое хотелось проверить и сообразить здесь на месте, лицом к лицу с памятниками тысячелетий…

Инвентарная