Александр Невский и северные крестоносцы. Борьба за сферы влияния в Восточной Прибалтике XIII в. - Денис Григорьевич Хрусталёв

Имеется путь от Мехикорма сквозь болота на юг в Ряпина (Räpina). От Ряпина дорога к Тарту проходит также через Моосте, за которым пересекает Ахья. Моосте выступает важным перекрестком, от которого можно пройти к Мехикорма двумя маршрутами: через Разина или через Ряпина.

В целом можно заключить, что в Средние века для того, чтобы попасть к Теплому озеру, необходимо было обязательно пройти через Мехикорма (Измень), где сходились все маршруты, «как летние, так и зимние». От Мехикорма, «согласно сведениям, относящимся уже к XVI в. (а также и более поздним), выходил главный путь, по которому поддерживались сношения с восточным берегом Теплого озера» [Кустин 1966. С. 101–102].

Таким образом, отчет экспедиции, опубликованный в 1966 г., свидетельствует, что Александр Ярославич после столкновения авангардов у Моосте отошел к Мехикорма на Теплом озере, которое и является Узменью. Это название (Узмень) исследователи распространяли не только на самый узкий участок Теплого озера – между Мехикорма (Измень) на западном берегу и деревней Пнёво на восточном, но на все Теплое озеро. При этом Вороний остров, а также соседствующие острова Городец, Лежница и Станок признавались северной границей исторической Узмени.

Однако, как выяснилось, «ледовый режим заставлял к началу апреля прекращать движение через Узмень в наиболее ее узких местах, т. е. между деревнями Мехикорма и Пнёво, и особенно в той части ее, которая находится в настоящее время между северной оконечностью мыса Сиговец, о. Станок и западной оконечностью о. Городец»[371]. Как заметили исследователи, «наименее благоприятны были условия движения по льду на этом последнем участке Узмени», то есть собственно в районе Вороньего острова – предположительно, исторического Вороньего камня[372]. Караев вынужден был заключить, что «место битвы не могло непосредственно примыкать к Вороньему камню, как к таковому, так как слабый лед Сиговицы был недостаточно прочен, чтобы выдержать тяжесть сражающихся» [Караев 1966. С. 150].

С другой стороны, «состояние льда между мысом Сиговец на севере и дер. Пнёво (исключительно) на юге позволяло в начале апреля еще совершенно уверенно переправляться» через Теплое озеро. Кроме того, «непосредственно у восточного берега Узмени [то есть Теплого озера] находилась широкая полоса мелководья, на которой вода промерзала зимой до дна». Участники экспедиции предложили считать местом сражения наиболее близкий к Вороньему острову участок восточного побережья Теплого озера – «Вороний Камень следует понимать как наиближайший к месту битвы широко известный ориентир». На юго-западе от Вороньего острова – примерно в 1,5 км – расположен мыс Сиговец, ныне затопленный, у западного побережья которого имелось удобное место для сражения с прочным и долго не растапливаемым льдом. Кроме того, от мыса Сиговец «до противоположного берега, если смотреть прямо на запад, к дер. Парапалу, в настоящее время более 6 км, а до мыса Ухтинка, куда, весьма вероятно, бежали разбитые остатки немецко-рыцарского войска, – до 8 км» [Караев 1966. С. 150].

Результаты деятельности экспедиции Караев резюмировал следующим образом: «Таким образом, место Ледового побоища довольно точно определяется из сопоставления результатов экспедиционных изысканий и тех топографических данных о нем, которые содержатся в летописном тексте. В связи с тем, что береговая линия у мыса Сиговец к настоящему времени изменилась и отодвинулась на 300–400 м к востоку, под местом битвы следует подразумевать участок Теплого озера, находящийся примерно в 400 м к западу от современного берега мыса Сиговец, между его северной оконечностью и широтой дер. Остров. Именно здесь немецкие рыцари атаковали ставшее на защиту своих родных рубежей новгородско-псковское войско. В летописи об этом говорится: „… и наехаша на полк немци и чюдь, и прошибошася свиньею сквозе полк, и бысть сеча ту велика немцемь и чюди”» [Караев 1966. С. 151].

Это мнение стало для советских, а позднее российских исследователей официальным и общепризнанным. В этой позиции много удобного и позволяющего объяснить тактические особенности ледового сражения, отмеченные в летописи. Караев сразу попытался это сделать. Результаты экспедиции свидетельствуют, что берега Теплого озера «были покрыты вековым лесом (преимущественно дуб, сосна, ель) и густым кустарником (ивняк), исключавшими возможность, особенно в условиях глубокого снежного покрова, движения значительного войска с обозом без дорог» [Караев 1966. С. 146]. Соответственно, более удобного места для сражения, чем лед озера, не было. Расположение у мыса Сиговец позволяло не только правильно развернуть полки, но также скрыть до времени часть из них в лесистых неровностях берега. Северный фланг армии прикрывали полыньи в районе островов Городец и Вороньего, а южный хорошо просматривался – незаметный обход его был невозможен. Кроме того, невдалеке от мыса Сиговец располагалось устье реки Желчи – удобный путь отступления, ведущий в глубь Новгородской земли.

Ледяной покров озерной поверхности по данным аэрофотосъемки от 14 апреля 1957 г. Заштрихованы места, свободные ото льда.

Однако следует признать, что у гипотезы Караева, определяющей место сражения у мыса Сиговец, имеется немало слабых мест. Она основана на попытке соотнести два сохранившихся до наших дней топонима с летописными. Речь идет об «Узмени» и «Вороньем камне».

Во-первых, местные жители традиционно называют пролив Теплого озера (Теплое озеро – это позднее название) между Мехикорма и деревней Пнёво «узким местом», а поселок Мехикорма еще в XIX в. именовался Изменка (Исмени). Урочище «Измень» упоминается в этих местах западного побережья в 1473 г. и вполне может быть сопоставлено с Изменкой (Мехикорма)[373]. Таким образом, «Узмень» – это, скорее всего, самое узкое – 1,5 км – место в системе Чудского и Псковского озер – в акватории современного Теплого озера – у поселка Мехикорма (Измень). Однако Караев и некоторые его предшественники предпочитали распространять понятие «Узмень» на все Теплое озеро.

Во-вторых, псковские летописи в 1463 г. упоминают Вороний камень как хорошо известный ориентир [П1Л. С. 64; П3Л. С. 152]. Контекст событий таков: 21 марта 1463 г. немцы осадили основанный в предыдущем году Новый городок «в Обозерии» невдалеке от устья Желчи, впоследствии – Кобылье городище. Но весть дошла до Пскова, откуда экстренно был направлен отряд во главе с посадниками Федором и Тимофеем. Уже на следующий день отряд прибыл к городку. Немцы же, услышав приближение экспедиционного корпуса, бежали. Федор с Тимофеем заняли укрепления и оставались там в течение недели. В это время другая группа немцев, не знавшая о присутствии псковичей, напала на села чуть севернее Нового городка – Островцы и Подолешье. Отряд посадников, опасаясь численности интервентов, не решился их атаковать. Немцы, попленив жителей, ушли через озеро домой – на запад. После чего Федор и Тимофей направили в Псков письмо с сообщением о немецких нападениях. Собравшееся вече решило организовать ответный поход. Был собран полк и направлен к Новому городку:

«собравшеся псковичи съ пригорожаны, и идоша къ городку, и не обретоша Немець. Они же