Варяжская сага. Пряди Ансгара - Борис Сергеевич Корниенко

но многозначительный взгляд, он, конечно, согласился. Согласился и Агнар, который был очень рад, потому что думал, что наконец нашел людей, готовых его слушать, и, может быть, ему удастся обратить их в свою веру.

Ночью, когда все улеглись, Ансгар не спал. Он ждал и наконец дождался легкого постукивания в дверь. Оставив оружие у постели, он тихо, чтобы не будить брата, выскользнул из сеней, где их поместил хозяин, и тут же попал в объятия Роты. Без лишних слов она одарила его жарким поцелуем, взяла за руки и повела прочь из дома. Стояла теплая летняя ночь, и мысль о том, чтобы провести ее на свежем воздухе с этой сочащейся страстью девой, показалась Ансгару не такой уж и плохой. Но он жестоко ошибался, и Рота вовсе не собиралась дарить ему свое девство. Едва они зашли за угол дома, она отпрянула в сторону, и кто-то ударил его чем-то тяжелым по затылку, а затем на него набросились сразу несколько человек и принялись крутить и вязать руки и ноги. Ансгар попытался закричать, чтобы предупредить брата, но ему заткнули рот. Превозмогая боль от удара, он изо всех сил пытался вырваться из цепких рук напавших на него людей, но их было слишком много, и они были тяжелы и сильны. Он потерпел поражение и остался лежать на земле связанным и с разбитой головой. Скоро из дома вывели Агнара. Он спал, когда на него напали, и не сумел спастись.

Когда Ансгар пришел в себя, то узнал своих врагов. Это был Арнльот и его сыновья – Арнвид, Арнодд, Арнбранд, Арнстейн и Арнгунн. Рейв был с ними заодно. Всей толпой они куражились над своими пленниками, пока вели их на тинг к Большому дубу, били, плевали в них и притом постоянно смеялись над ними. Злее всех был сам Арнльот – он и бил со всей силы, так что трещали ребра и ломались зубы, и смеялся громче всех.

– Вот и посмотрим, как тебе поможет твой Христос, – говорил он, бил что есть силы Агнара кулаком по лицу, а потом, глядя, как из расквашенного носа брызгала кровь, гоготал во весь голос, так что его было слышно далеко вокруг.

А потом Ансгар и Агнар, связанные и избитые, оказались перед толпой своих соплеменников. Многих из них Ансгар знал с детства, у многих гостил совсем недавно. Он думал, что хоть кто-нибудь из них за него заступится. Но ни одного голоса не раздалось в их защиту, каждый требовал крови. Ансгар не боялся смерти, но он не мог смириться с той участью, которую уготовили лесные жители его брату, и, глядя в их искаженные злобой лица, он чувствовал, как сердце его наполняется ненавистью к этим людям. Потом его огрели по голове, бросили на краю поляны и, кажется, до поры забыли, поглощенные казнью Агнара.

Шум голосов нарастал, и Ансгар понимал, что судьба его брата вот-вот свершится. Пророчество Брюнгерды не лгало. Но смириться и принять неизбежное он не мог. Надо было что-то делать. Повертев головой и убедившись, что рядом никого нет и никто за ним не присматривает, Ансгар, согнув ноги в коленях, прижал их к животу и попытался провести связанные руки под собой. Путы были очень плотными и доходили от запястий почти до самых локтей. Поначалу у него ничего не получалось, но потом ему удалось зацепиться за путы пяткой и стащить их пониже. После этого Ансгар смог пропихнуть ноги между руками, хотя при этом суставы в плечах затрещали так, что у него посыпались искры из глаз и он едва не потерял сознание. Придя немного в себя, Ансгар продолжил выпутываться. Теперь руки были перед ним и стало куда проще. Он принялся за веревку, которой ему скрутили ноги. Она долго не поддавалась, и Ансгар уже было отчаялся, но тут узел начал расползаться. Ему, однако, пришлось еще изрядно повозиться, прежде чем он окончательно распутал свои ноги. Оставались еще руки, но времени совсем уже не было. Крики стали такими громкими и дикими, что стало ясно – от слов Арнльот приступил к делу, и прямо сейчас Агнара убивают.

Ансгар с трудом поднялся на ватных ногах, по которым тут же побежали колючие мурашки. Шатаясь, он сделал несколько шагов и облокотился на ствол дерева. Перед ним была толпа, но никто не заметил, что пленник освободился. Собравшиеся на поляне жители Тюлоскуга во все глаза смотрели на середину поляны, где при свете огня вершилась казнь. Ансгар приподнялся на носках и попытался посмотреть поверх голов, что же там происходит. Ему хватило доли мгновения, чтобы увидеть все и понять – его брат Агнар мертв. Тело его было растянуто между кольями и висело на веревках лицом вниз, спина была вскрыта так, что ребра торчали наружу, на плечах Агнара лежали его собственные легкие. Рядом с ним стоял Арнльот и торжественно тянул вверх свои окровавленные по локоть руки, прося Одина принять эту жертву. Тут же были и его сыновья, которые довольно скалились и едва не плясали от радости. Ансгар хотел выть от горя и ненависти, но лишь крепче стиснул зубы. О, если бы только в его руках был Домарбранд! Ему хватило бы совсем немного времени, чтобы разделаться с этим злобным семейством и отомстить за брата, прежде чем толпа растерзала бы его самого. Но меча не было и оставалось только одно – бежать!

* * *

Все сыновья уже легли спать, но Арнльот пока еще бодрствовал. С возрастом ему стало трудно засыпать. Иногда он думал, что ему следовало бы вновь жениться – найти себе молодую девку у кого-нибудь из соседей, чтобы было кому греть ему постель. Первая жена, родившая пятерых мальчиков, на шестой раз умерла, и с тех пор он был один. Хорошо хоть, мать, пока жива была, помогала ему управляться с ребятней, иначе один бы он с ними не справился. Она всегда говорила Арнльоту – женись! Сыновья росли сорванцами, и ей тяжело с ними приходилось. Но Арнльот долго хранил память о первой жене, которую по-настоящему любил, и не хотел себя связывать еще с кем-то. Потом мать умерла, и некому стало нудить ему о женитьбе. Слава богам, дети к тому времени подросли, и можно уже было с ними обращаться по-мужски. Теперь они стали совсем взрослыми – крепкие, рослые, сильные как на подбор. Арнльоту больше не было нужды заботиться о них, они сами могли добыть себе пропитание и постоять за себя. Ему оставалось