Варяжская сага. Пряди Ансгара - Борис Сергеевич Корниенко

его старшим братом. Обидней всего было то, что он знал – именно так все и будет. Не раз Ансгар говорил об этом с Агнаром, предупреждая о печальном исходе, ждущем их обоих из-за его упрямства, но тот не хотел и слушать, продолжая твердить о данном обете и готовности принять мученическую смерть во имя Христа, которого так почитал. Ансгар пробовал вести с ним беседы, подобные той, что сам когда-то вел среди скал в пустыне с Нариманом, но говорить, как перс, не умел, и слова его не находили пути к сердцу Агнара. Старший брат оставался верен своей новой вере, и вот куда это их привело!

С губ Ансгара сорвался стон боли и разочарования, но он тут же спохватился и затих, не желая, чтобы его услышали соплеменники. Пусть лучше думают, что он по-прежнему лежит без сознания. Грустно было думать о том, что люди, за свободу которых он когда-то готов был сразиться со всем войском конунга свеев, теперь стали ему врагами. Соседи и друзья его отца и их сыновья, с которыми когда-то Ансгар играл в детские игры, теперь собирались предать его и Агнара мучительной смерти за то, что они, отвергнув старых богов, проповедовали нового Бога, распятого на кресте. Вернее, проповедовал только Агнар, Ансгар же его всюду сопровождал и защищал. Поэтому младшего сына Ансвара обещали умертвить по-быстрому, без лишних мучений, а вот старшему уготовили настоящее страдание – кровавого орла. Агнара собирались ни много ни мало принести в жертву Одину. Такова была участь отступника.

А все этот проклятый Арнльот! Если бы не его лютая злоба, все могло обойтись мирно. Ведь поначалу никто не думал убивать двух братьев, вернувшихся спустя много лет из дальних странствий. Их слушали скорее с любопытством, чем с гневом, пропуская мимо ушей непонятные проповеди Агнара и больше внимая рассказам Ансгара о чужих странах, где все было совсем не так, как в родном Тюлоскуге. Особенно лесные жители любили слушать про Миклагард – самый большой и богатый город Мидгарда, и про загадочный Сёркланд – страну на самом краю известного мира. Агнар даже злился на Ансгара и ругал его за то, что он своими рассказами мешает ему проповедовать. Но потом молва о двух братьях дошла до Арнльота, хмурого и свирепого обитателя самого глухого лесного угла Тюлоскуга, который, как и его отец Арнвид, был истовым почитателем Одина.

Сначала Арнльот, возмущенный их пренебрежением к родным богам, вместе со своими пятью сыновьями, такими же свирепыми, как он сам, напал на двух братьев, но, встретив отпор со стороны Ансгара, отступил и решил действовать иначе. Он принялся распускать среди жителей Тюлоскуга злую молву о сыновьях Ансвара, говоря, что они принесли с собой зло, и призывал покарать их прежде, чем за ними придут другие христиане, которые вырубят священные рощи и возведут на их месте свои церкви, заставляя нордманов поклоняться распятому Богу. Скоро стараниями Арнльота любопытство лесных жителей сменилось ненавистью и враждой, и тогда за Агнаром и Ансгаром началась настоящая охота.

Где-то за спиной слышались голоса – это Арнльот оглашал вины братьев перед собравшимися на казнь жителями Тюлоскуга и взывал к Одину, предлагая ему принять жертву. Если бы только рядом был Домарбранд! Но меча не было, Арнльот забрал его, а с ним и нож. От бессилия и отчаяния Ансгар принялся кататься по земле и дергать руками, пытаясь порвать путы, но только причинял сам себе боль, выворачивая суставы и надрывая мышцы и сухожилия. Он знал, что его брата вот-вот убьют, но ничего не мог с этим поделать. По глазам его текли слезы, а изнутри рвался наружу тоскливый вой, но Ансгар сдерживал себя, понимая, что если его услышат, то возможности высвободиться у него больше не будет. Только сейчас, когда все внимание собравшихся было привлечено к несчастному Агнару и к собиравшемуся вынуть ему легкие Арнльоту, можно было попытаться как-то избавиться от пут.

* * *

Эх, лучше бы они вовсе не возвращались в Нордланд! Ансгар вспомнил, как он радовался, когда им приходилось задерживаться сначала у хазар, потом в Булгарии. Причины были разные, но ни в том ни в другом случае опасности они не таили, зато откладывали момент, когда им предстояло вновь ступить на родную землю. Конечно, Ансгар был бы рад вновь навестить те места, где родился и рос, где прошло его беззаботное детство, хотел снова обнять свою мать и проведать могилу отца, хотел посмотреть на своего сына, которого не видел с тех пор, как тот родился, но он всегда помнил про пророчество Брюнгерды и не хотел, чтобы оно сбылось. Агнар всю дорогу твердил, что их тетка – всего-навсего язычница, не познавшая света истины, и ее пророчества ничего не стоят. Но Ансгар чувствовал, что это не так, чувствовал, что родной, милый сердцу Тюлоскуг грозит им бедой, и потому радовался любой проволочке в пути.

Однако в конце концов, спустя два года после памятного восхождения на Орлиную скалу, купеческий кнорр, на котором плыли Ансгар, Агнар, Ивар, Гуннар, Болли, Хьярви и Трюггви, причалил к песчаному берегу Остергёталанда. После этого друзья разошлись кто куда. Гуннар и Болли дождались другого корабля и отправились к себе в Сконе. Хьярви и Трюггви решили попробовать счастья в Свеаланде на службе у конунга Бьёрна Эриксона. Ивару было с ними по пути – дом его родителей стоял на северной окраине Тюлоскуга. Расставание вышло грустным. Хотя друзья твердили друг другу, что еще обязательно встретятся, но каждый из них понимал, что все вместе они уже, скорее всего, никогда не соберутся. Они провели бок о бок много лет, пережили вместе много опасностей и невзгод, сражались друг за друга во множестве стычек, боев и сражений. Но они уже были немолоды, всем, кроме Трюггви, перевалило за тридцать зим, и не все из них хотели продолжать скитания по чужим далеким странам, многих тянуло домой, а это значило, что их братству приходил конец.

Оставшись вдвоем, Ансгар и Агнар направились вглубь леса, где среди болот возвышался Чёрный холм. Здесь их ждало новое жестокое разочарование, куда горшее, чем расставание с друзьями. Оба брата ждали, когда смогут обнять свою старую мать Ранвейгу, но опоздали. Она умерла всего за пару недель до их возвращения, прах ее был похоронен в кургане, который Ансгар и Агнар когда-то насыпали над погребальным костром их отца Ансвара.

– Она ждала, – сказала им Брюнгерда, – я говорила ей, что вы скоро будете здесь, и она ждала. А потом умерла.