Варяжская сага. Пряди Ансгара - Борис Сергеевич Корниенко

наплодить таких же красивых детей, но злая рука отделила твою голову от тела… О, Арнстейн! Самый отчаянный и веселый! Ты веселил всю округу, но теперь руда жизни покинула тебя… О, Арнгунн! Любимец покойной матери, ты был совсем еще мальчик и готовился встретить всего лишь пятнадцатую зиму. Ты не должен был умирать…»

Ансгар подошел к безутешному отцу и наклонился над ним. Арнльот в отчаянии и злобе попытался хоть бы пнуть его своими связанными ногами, но не сумел и этого.

– Сказать по правде, мне жаль твоих сыновей, особенно младшего, – сказал Ансгар, – они могли бы стать достойными мужами, если бы не ты. Ты сам виновен в том, что случилось.

– Нет! Нет! Это вы двое! – зарычал Арнльот. – Пришли из чужих земель и начали разносить тут заразу! Я рад, что убил твоего брата, он был достоин своей участи! И я проклинаю себя за то, что не уследил за тобой! Ты тоже должен был быть мертв, как и твой братец!

– Знаешь, будь Агнар жив, он бы простил тебя – так велел ему его распятый Бог. Но я не Агнар, и я не прощу!

Ансгар подхватил Арнльота под руки и потащил к колодцу, хотя тот упирался изо всех сил. Дотащив, он бросил его и сказал:

– Ты вскрыл моему брату спину, так что будет справедливо, если и я вскрою тебя.

С этими словами Ансгар достал нож и воткнул его Арнльоту в живот. Тот закричал от боли, Ансгар же несколькими ловкими движениями раскрыл ему нутро, потом убрал нож и сунул внутрь руку. Потянув, он вытащил ленту кишок, обвязал ими с одной стороны ворот колодца, а с другой – шею Арнльота. Бедняга был еще жив, когда Ансгар перекинул его тело через колоду и сбросил вниз.

* * *

Кругом царил пугающий сумрак, и Рейв не видел ничего вокруг себя, кроме каких-то далеких смутных очертаний то ли леса, то ли домов – этого он разобрать не мог. Людей Рейв тоже не видел, но чувствовал, что рядом с ним есть кто-то еще. От этого присутствия кого-то чужого ему становилось страшно и хотелось бежать, но он не знал куда. Когда он пробовал двинуться в ту или другую сторону, ему казалось, что ничего не меняется и он остается на одном и том же месте. Вдруг где-то вдалеке он услышал плач, этот плач становился все громче и ближе. С ужасом Рейв осознал, что это плачут его жена и дочери. Он хотел крикнуть и позвать их, но из открытого рта вышел только едва слышный сдавленный стон. И в этот миг тот, другой, чужой человек, что до сих пор скрывался в сумраке, вдруг оказался совсем рядом, и Рейв услышал его голос:

– Ну что, Рейв? Сегодня удача отвернулась от тебя?!

Он открыл глаза и тут же получил удар кулаком в нос. Ничего не понимая, Рейв попытался подняться с постели, но после еще нескольких ударов упал с разбитым в кровь лицом. Он сжался и зажмурился, думая, что избиение продолжится, но больше его никто не трогал. Тогда Рейв вновь открыл глаза – при свете тлеющего очага он увидел перед собой человека. Рядом с ним лежали связанные и плакали его жена и дочери.

– Хорош же ты спать! Верно, совесть совсем не мучает, – произнес человек.

– Кто ты? – спросил Рейв дрожащим голосом.

– Неужто не узнаешь?

– Ансгар?! Но мы думали…

– Что вы думали? Что я убегу, не отомстив за брата? Твой друг Арнльот, наверно, тоже так думал.

– Что ты с ним сделал?

– Скоро вы встретитесь, и он сам тебе расскажет.

Сердце Рейва ушло в пятки, его объял жуткий животный ужас, потому что он понял, что сейчас его будут убивать. С прытью, какой сам от себя не ожидал, Рейв вскочил на ноги и бросился к двери, но Ансгар был быстрее и с такой силой толкнул его в плечо, что он отлетел в стену, больно ударившись головой об угол лавки. На краткий миг Рейв потерял сознание, а когда начал приходить в себя, увидел, как Ансгар вяжет ему ноги – руки уже были в путах.

Управившись, Ансгар поднялся и сказал:

– Я бы убил тебя сразу, но ты вовлек в свой обман жену и дочерей и, прежде чем умрешь, должен увидеть, к чему это привело.

– Что ты задумал? – еле выдавил из себя Рейв.

– Ты и твоя жена, хозяева этого дома, забыли законы гостеприимства. Вы предали тех, кто доверился вам. Вы обманули меня, подослали ко мне свою дочь, чтобы она соблазнила меня. Она мне и в самом деле понравилась, я бы взял ее тогда, если бы мне не помешали. Что ж, тогда не получилось, значит, сделаю это теперь.

– Нет! Не смей!

Ансгар подошел к Роте – та испуганно на него посмотрела, но, стоило ему к ней прикоснуться, завизжала так, что казалось, этот визг может разрезать человека пополам. Но Ансгар ничуть не смутился. Он взял ее под мышки, оттащил чуть в сторону от младшей сестры и придавил своим телом. Она кричала, упиралась, извивалась, пытаясь вырваться, и клацала зубами, стараясь его укусить, однако Ансгар продолжал свое дело. Задрав подол, он силой раздвинул ноги Роты и овладел ею на глазах у всего семейства. Все это время Рейв ревел в беспомощной злобе, жена его выла во весь голос, а младшая дочь только испуганно таращила глаза. Когда Ансгар закончил и поднялся, натягивая портки, Рота свернулась калачиком и, сдавленно рыдая, проговорила:

– Лучше бы ты меня убил!

– Не торопись, всему свое время, – недобро ухмыльнулся Ансгар.

– Послушай! – страстно воззвал к нему Рейв. – Ты уже обесчестил мою старшую дочь и напугал всех нас, меня избил. Ты уже отомстил! Пощади нас! Не надо никого убивать! Вспомни, чему учил твой брат! Прости!

– Вот теперь ты понял всю цену слов Агнара! Но, увы, слишком поздно, месть должна свершиться!

– Если хочешь убить – убей! Но только меня одного! Это я во всем виноват! Это я послушал дурного совета Арнльота, я заставил жену и дочь участвовать в обмане! Меня убей, но их пощади!

– Нет, Рейв, месть моя будет исполнена до конца, чтобы, вспоминая твою печальную участь и участь твоей семьи, в другой раз каждый, кто вздумает обмануть гостя, крепко задумался бы, а стоит ли так поступать.

Сказав это, Ансгар взял кочергу и принялся выгребать угли из очага. Он разбросал их по всему дому, и одни потухли, но от других начал разгораться огонь, и скоро повсюду