Записки расхитителя гробниц. Том 1 - Наньпай Саньшу

– Эй-эй, постой, постой! Что это ты, Братец? Вроде всегда такой тихий, а как гроб увидел, так сразу накинулся, будто жить надоело!

С этими словами он достал из рюкзака свечу и убежал в угол, намереваясь ее там зажечь.

Я сердито прикрикнул на него:

– У нас и так воздуха мало, а ты еще хочешь свечку зажечь! Это тебе, видимо, жить надоело!

– Можно подумать, одна свечка сожжет много кислорода, – раздраженно откликнулся Толстяк. – Ну, чуть меньше подышу, ничего страшного.

Однако, как только он поднял руку с зажигалкой, ее огонек внезапно осветил еще кое-что в углу. Даже обычно храбрый Толстяк от страха так и сел на пол. Видя, как он шлепнулся, я торопливо направил в тот угол луч своего фонаря и тоже невольно сжался от испуга.

В углу, таращась на Толстяка пустыми глазницами, сидел высохший кошачий труп удивительно крупных размеров, уже давно превратившийся в мумию. На нем почти не осталось ни меха, ни кожи, а его раздвинутые челюсти ощетинились рядом клыков. Словом, зрелище было ужасное. Я с детства больше всего боялся дохлых кошек: у нас дома бродячих котов, которые воровали рыбу, обычно ловили и вешали гнить на дереве. Я тогда был совсем маленьким и не понимал, что это такое. В итоге помню, как однажды играл под деревом, а у кошачьего трупа наверху перегнила шея, и мертвая голова упала мне прямо в руки. Когда я увидел эти оскаленные клыки и пустые глазницы, от испуга надул в штаны, и моя душа, по ощущениям, еще несколько дней отказывалась уходить из пяток.

Поняв, что перед ним просто дохлая кошка, Толстяк выругался и пинком отшвырнул труп в сторону, после чего зажег свечу и вернулся к гробу.

Мне все это показалось странным. Зачем здесь кошачий труп? Неужели они не боялись оживить покойника? Впрочем, в этом месте и так было слишком много вещей, выходящих за рамки разумного. Мне смутно казалось, будто хозяин гробницы нарочно нарушил все возможные правила и напихал сюда все, чего здесь быть никак не должно. Что же нас, в таком случае, ждет в главной камере?

Молчун наконец отыскал хитроумный замок. Достав из коробочки с инструментом два крюка, он просунул их в щель. Раздался громкий щелчок взломанного замка, крышка гроба подскочила вверх, и наружу тут же хлынула черная вода. Она выглядела мерзко, но Толстяку было плевать. Он мигом откинул крышку, заглянул внутрь и испуганно воскликнул:

– Сколько же тут «цзунцзы»!

25. Все – один человек

Как только поднялась крышка гроба, в нос тут же ударило жуткое зловоние. Приблизившись, я заглянул внутрь, но увидел только темную воду, над которой клубился легкий парок. Внизу смутно виднелись какие-то переплетенные конечности. Не знаю, сколько всего в гробу было трупов, но все они уже покрылись жировоском и слиплись в один гигантский ком. Я навскидку насчитал около двенадцати рук. О том, что меня замутило, и говорить нечего.

Молчун, глядя на это, нахмурился, но его лицо тем не менее заметно посветлело, и ружье он опустил. По его поведению я понял, что эта штука не представляла опасности. Интересно, подумал я, что его недавно так напрягло?

В боковину гроба через каждые несколько сантиметров, рядами сверху вниз были вбиты темно-золотистые гвозди, но из-за черной воды было не разглядеть, чистое это золото или только позолота. Под останками находилась какая-то странная штука. Когда Толстяк неторопливо заскользил лучом фонаря по воде туда-сюда, мне показалось, что это похоже на покрытую письменами каменную плиту. Между частями тел и на руках мертвецов лежали украшения из нефрита и слоновой кости – предметы, которые можно легко унести и потом задорого продать.

У Толстяка явно зудело нутро от желания прибрать все это к рукам, но трупный ком выглядел настолько омерзительно, что даже такой безрассудный человек, как он, не был готов сунуть руку в покрытый слоем трупного воска гроб. Он долго ломал голову над тем, как бы это сделать, но так ничего и не придумал, поэтому переключился обратно на труп.

– Жуть какая, – покачал головой Толстяк, – а ведь хозяин этой гробницы небось считал, что совершенствуется на пути к великому Дао и бессмертию. Какого бессмертия он надеялся достигнуть, раскладывая у себя такие кошмарные штуки? Вполне заслужил, чтобы мы обнесли его могилу.

Все это время я не особенно понимал, что происходит, но точно знал: еще одного такого потрясения мои нервы не выдержат. Не осмеливаясь снова заглядывать в гроб, я спросил:

– И почему этих людей захоронили с хозяином таким тошнотворным способом?

Толстяк хихикнул:

– Ты что, с ума сошел? Где ж ты видел, чтобы людей для совместного захоронения закидывали в один гроб и переплетали друг с другом, как косички из жареного теста? Очевидно же, что их хоронили заживо. Бросили туда, а потом залили разбавленной отравой, и они задохнулись внутри. Это называется «скрытый труп, насыщающий ци».

Стоило мне услышать про косичку из теста, как горло тут же сжалось от рвотного позыва. К тому моменту я уже успел здорово проголодаться, и, когда переплетенные мертвецы в моей голове наложились на картинку с жареной хлебной косичкой, желчь мигом попросилась наружу.

По словам Толстяка я понял, что тот, похоже, немало знает об этой штуке. Собравшись с духом, я попросил рассказать поподробнее. Толстяк только обрадовался возможности повыпендриваться и начал:

– Даже таких вещей не знаешь? Что ж, слушай. Но предупреждаю: тут парой слов не обойтись. Помнится, был я тогда на высоких пиках Чанбайшань…

Поняв, что его опять понесло, я торопливо прервал поток:

– Давай-ка без лишних деталей, сейчас не время для болтовни. При чем тут вообще гора Чанбайшань? Не знаешь ничего – молчи!

Толстяк принадлежал к тому типу людей, которые не могут устоять, когда их подначивают. Он тут же гордо вскинул голову и произнес:

– Кто сказал, что я не знаю? Я просто начал немного издалека, чтобы нарисовать более широкую и подробную картину, но не хочешь – как хочешь. В фэншуй это называется «насыщающий гроб», он часто используется в усыпальницах. Если видишь такой гроб, значит, что в гробнице изначально было два превосходных с точки зрения фэншуй места под хозяйский гроб. Если не занять оба, то на пустующее, где будет собираться много водной ци, сразу начнет слетаться всякая зловещая гадость. Именно поэтому на второе место обычно ставили «насыщающий гроб», в котором хоронили каких-нибудь кровных родственников хозяина гробницы. Притом выглядеть этот гроб