Мифы Древней Греции: Боги - Олег Ивик

…Персефона сама взослала на свет Акторида

Слез обильных достойную душу, молил погребенный

Хоть ненадолго опять увидеть сверстников милых.

Встав на вершину кургана, Сфенел глядел кораблю вслед.

Был он таким, каким шел на войну, сверкая прекрасным

Шлемом о четырех навершьях с пурпурною гривой.

После он вновь спустился во мрак подземного царства[1294].

По сообщению Пиндара, именно Персефона ведала в загробном мире перерождением душ особо выдающихся героев, которым позволялось обрести новый жребий через девять лет после смерти. Правда, делала она это не безвозмездно, а за «пеню»:

…А с кого Персефона

Примет пеню за давящую давность,

Души тех она выведет вновь

К вышнему солнцу

На девятый год,

И вырастут из них великие цари,

И кто ревностен силою, и кто мудр умом;

От людей же впредь станут они зваться:

Святые герои…[1295]

Личная жизнь Персефоны не сложилась. Мужа она не любила и охотно проводила бóльшую часть года вдали от него. У нее, как мы уже писали выше, вероятно, не было детей от Аида, по крайней мере, сведений о них практически не сохранилось, если не считать очень малодостоверного сообщения об эвменидах и случайного упоминания о Макарии – богине блаженной смерти. Но детей от любовников она имела.

Вся личная жизнь и самой богини, и даже ее детей была отмечена печатью некоторой извращенности. По сообщению Нонна, она еще до замужества вступила в связь с собственным отцом. Близкородственные связи издавна не считались у богов чем-то предосудительным, и все же в эпоху Кронидов боги старались не вступать в любовные отношения с собственными детьми, ограничиваясь, в крайнем случае, более дальними потомками или же родственниками по боковым ветвям. Что же касается Персефоны, то она стала любовницей Зевса, принявшего облик змея, и родила от него Диониса-Загрея[1296] (Сабазия), позднее растерзанного титанами, которых наслала на юношу ревнивая Гера[1297]. Но есть мнение, что еще до гибели сына Персефона от кровосмесительной связи с ним родила Иакха-Диониса и Кору-Персефону, которые, в свою очередь, стали любовниками и родили ребенка, чье имя считалось тайным[1298].

От Зевса же Персефона родила Мелиною, которая по наущению матери соблазнила своего отчима[1299].

Помимо Зевса и Диониса-Загрея, у Персефоны был, вероятно, еще по крайней мере один любовник – Адонис, которого она приводила в загробный мир, не стесняясь мужа. Прямых указаний на связь между Адонисом и Персефоной авторы настоящей книги не нашли, но богиня регулярно и насильственно удерживала юношу в своем царстве, и объяснить это одними лишь материнскими чувствами было бы странно, хотя Персефона и воспитывала Адониса с младенчества. Судя по всему, нездоровое влечение она испытала к ребенку, когда он еще лежал в пеленках.

Аполлодор пишет, что мальчик этот, сын дриады, сразу после рождения оказался сиротой. «Вследствие его красоты Афродита тайно от богов еще младенцем положила его в ларец и доверила Персефоне. Но та, увидев его, не стала его отдавать. Был учрежден суд, и Зевс присудил, чтобы год разделили на три части: одну часть Адонис будет проводить у себя, другую – у Персефоны, а оставшуюся – у Афродиты».

Но в конце концов Киприда победила свою соперницу. Когда Адонис вырос, он стал предпочитать земную жизнь подземной, а Афродиту – Персефоне: ту часть года, которой он мог распоряжаться сам, он тоже проводил у Афродиты[1300], любовником или даже мужем которой он был[1301]. Известно, что у Адониса и Афродиты родилась дочь Бероя[1302]; возможно, их сыном был Приап[1303]. Что же касается связи (если таковая существовала) между Адонисом и Персефоной, то она, во всяком случае, осталась бездетной.

Глава 17

Деметра

Деметра (Деó), дочь Крона и Реи, подобно большинству других детей этой венценосной пары, провела свое детство в утробе отца и вышла оттуда стараниями младшего брата, Зевса. Неизвестно, принимала ли она участие в Титаномахии, – авторы настоящей книги никаких сведений об этом не нашли. Очень возможно, что Деметра не стала ввязываться в военные действия – она была богиня сугубо мирная и ведала плодородием и земледелием, а кроме того – законодательством. Диодор пишет: «Невозможно не упомянуть о величайшем благодеянии, оказанном людям этой богиней, поскольку она не только изобрела для людей зерно и обучила возделывать его, но и учредила законы, в соответствии с которыми люди научились поступать по справедливости, по причине чего богиню и называют Фесмофорой (Законодательницей). Оба эти открытия в равной степени являются великими благодеяниями, поскольку в них заключены и сама возможность жить и возможность жить хорошо»[1304].

Впрочем, законодательные инициативы Деметры в основном прошли мимо внимания современников. Но зато ее деятельность на ниве сельского хозяйства была воспета множеством поэтов и прозаиков. Они делали это с тем большим интересом, что Деметра охотно совмещала обучение людей земледелию с любовными играми.

Поиски Персефоны

Одним из первых учеников Деметры стал Триптолем из Элевсина, удостоившийся, по некоторым сведениям, любви великой богини[1305]. Но прежде чем перейти к мифологической истории греческого земледелия, рассмотрим те сложные перипетии судьбы, которые привели Деметру в Элевсин и познакомили богиню с ее будущим учеником и возлюбленным. Об этом очень подробно повествует один из «гомеровских» гимнов, посвященных Деметре.

Не будем повторять историю о том, как Зевс обещал свою юную дочь, без согласия ее матери Деметры, в жены своему же брату и как Аид похитил девушку на четверке черных коней. Начнем с того, что Деметра отправилась на поиски дочери, предавшись при этом самому суровому аскетизму:

Девять скиталася дней непрерывно Деó пречестная,

С факелом в каждой руке обходя всю широкую землю,

И не вкусила ни разу амвросии с нектаром сладким,

Кожи нетленной своей не омыла ни разу водою.

В поисках Персефоны Деметре помогала Геката, и наконец богини напали на след. Выяснилось, что свидетелем похищения был Гелиос, который обычно видел все происходившее на земле. Он рассказал опечаленной матери, кто похитил ее дочь, но подчеркнул, что свершилось это по воле Зевса, и посоветовал не роптать. Сам Гелиос считал, что Аид мог бы стать вполне подобающим зятем для Деметры. Но у богини