Сибирский приключенческий роман 5 - Юрий Семенович Манаков

стороной опасную осыпь, сползающую со спины горушки. Потом он опять поднимется вверх и дойдёт до небольшого водопада, который даёт начало той самой реке, к которой потопал Безбородый. Но до чего же всё-таки злой человек! Хуже волка… Хуже ядовитой змеи… А ведь привели его хорошие люди… Наверное, и они ошиблись…

Контрабандист остановился передохнуть. Совсем немного осталось до вершины. Часа через полтора он будет у водопада, который и укрывает его тайное убежище – длинный извилистый ход, ведущий в уютную сухую пещеру. Никто не догадается, что прячется за потоком воды, ни одна собака ничего не унюхает…

Внезапно до ушей Ли донёсся шум падающего камня. Что это? Неужели погоня? Не может быть! Но издалека послышалось строгое: «Стой!» – и воздух разорвала короткая автоматная очередь.

Корноухий запаниковал. Нет, он не может попасть в руки пограничников! Старых грехов за контрабандистом накопилось немало, но его пугала перспектива потерять с таким трудом пронесённый сюда груз. Большой груз, за него дадут большие деньги!

Что же делать? Ли отчаянно завертел головой. Разве что рискнуть и пройти прямо по осыпи? Это плохая дорога, но ему уже приходилось ею пользоваться, и ничего, обошлось. Зато он быстро доберётся до водопада, очень быстро…

Контрабандист поставил ногу на приметный плоский камень. Держит хорошо… Теперь ещё шаг… Ещё один… Можно опереться на жёлто-серый валун…

Внезапно камни под ногой дрогнули и медленно поползли. Ли испуганно взмахнул руками, но устоять не смог. Он упал и больно ударился головой. Глаза контрабандиста испуганно расширились: на него наползала груда щебня и мелких камней, а за ней неудержимо катились огромные валуны.

«Большой груз, – мелькнуло в голове. – Большой груз и тяжёлые ботинки Безбородого…»

Едва прапорщик спустился с сопки, он сразу заметил скрюченную посиневшую руку, нелепо торчащую из груды камней. Пограничник внимательно осмотрел осыпь: пожалуй, всё, что могло скатиться, уже скатилось…

Он осторожно приблизился к телу погибшего, снял укрывавшие его камни и растерянно выругался.

– Нет, ну не дурак ли ты, Корноухий, а? Вот какого беса тебя понесло на эту клятую осыпь? Неужели жизнь твоя стоит дешевле, чем та дрянь, которую ты таскал через нашу границу?

Ответа на эти вопросы Ваганов, естественно, не услышал.

Безбородый торопился. Он понимал, что шанс уйти от погони невелик, но не хотел терять и его. Карту местности нарушитель запомнил хорошо и пройти мимо намеченной цели не боялся.

Пожалуй, пора… Нет, лучше пробежать ещё сотню метров…

Он достал из рюкзака тщательно завинченную жестянку и присыпал свой след резко пахнущим порошком. Поморщился от неприятной вони и удовлетворённо кивнул. Теперь собака, если она идёт за ним, прочихается не скоро.

Безбородый ещё несколько раз использовал тот же приём, потом подумал, что, пожалуй, хватит – не десяток же розыскных псов у пограничников. Резко свернул на север и вскоре оказался на берегу реки.

А мудро он поступил, поменявшись обувью с китаёзой, – сшитые из мягкой кожи поршни не оставляют никаких следов. Тем не менее беглец старательно выбирал, куда поставить ногу. Наконец он шагнул в воду и сразу погрузился по колено. Дно каменистое, это тоже хорошо…

Безбородый прошёл вниз по течению несколько десятков метров и наконец заметил то, что искал – густые заросли тростника. Он добрался до них – глубина приличная, вода почти достигала горла. Вырезал приглянувшуюся камышину, взял её в губы и, погрузившись с головой, попробовал, как дышится. Нормально. Вода, правда, холодная, но это он перетерпит. Когда было нужно, Безбородый мог быть очень терпелив…

Очень осторожно, стараясь не примять окружающие его стебли, он забрался в самую гущу камыша и затих…

Марченко был уверен, что быстро догонит Корноухого Ли – Перс уверенно взял след и ни разу с него не сбился. Но внезапно овчарка шарахнулась в сторону, зачихала и принялась тереть лапой нос. Что за притча?

Пограничник опустился на колени и внимательно присмотрелся к траве. Та-ак… Мелкие крупинки на пожухлых стеблях были хорошо заметны. Принюхался – ну и вонища! Вот ведь гадство… И что теперь делать? Перс наверняка на несколько часов из строя выбыл…

Ваганов без особого труда разыскал своего товарища. Победителем тот не выглядел, но у прапорщика отлегло от сердца: как только он сообразил, что Безбородый обвёл пограничников вокруг пальца фокусом с переобуванием, старшего наряда точила мысль, что Марченко, сам того не зная, оказался один на один с преступником, терять которому, судя по всему, нечего.

Выслушав Никиту, Ваганов только крякнул с досады.

– И куда же он, по-твоему, мог подеваться? – спросил он.

– Чёрт бы его знал, – Марченко развёл руками.

– Берег осмотрел?

– Само собой. Ни следочка. Да и не мог он переплыть речку, там же заболочено всё. Вверх по течению идти незачем, вниз – некуда.

– Не на небо же этот прохиндей вознёсся… Давай-ка ещё раз всё осмотрим.

– Давай. У тебя-то как? Удивился небось, когда вместо Безбородого увидал Ли? А где он, кстати?

– Шею свернул. Полез сдуру на осыпь, ну и…

– Тьфу! – зло сплюнул Марченко. – Просто невезение какое-то.

– И не говори…

Перс, чувствуя, что его проводник очень недоволен и расстроен, поджал хвост, и тихо плёлся следом за людьми.

6

Андрей сидел, устало привалившись спиной к стволу толстого кедра. На поляну, указанную прапорщиком, они вышли минут за десять до прибытия вертолёта. Из чрева выкрашенной в защитные цвета винтокрылой машины появились несколько пограничников во главе со старшим лейтенантом, как понял Зубцов, – начальником заставы. Он сразу же подозвал к себе Алтухова и устроил ему разнос за то, что Ваганов и Марченко ушли преследовать нарушителей только вдвоём.

– Но, товарищ старший лейтенант… – расстроенно гудел Алтухов. – Вы же нашего прапорщика знаете: приказал, как отрезал…

Начальник заставы раздражённо махнул рукой, похоже, хотел ещё что-то сказать, но на поляне появились Мошкин и ещё один пограничник, и офицер отвлёкся на осмотр тела Куземы, которое они доставили.

Тем временем врач, также прилетевший на вертолёте, подошёл к Зубцову.

– Как он? – тихо спросил Андрей, показывая на так и не приходившего в сознание Павла.

– Жить будет, – коротко ответил медик. – Дайте-ка я вас осмотрю.

Что-то служителю Эскулапа, видимо, не понравилось, потому что он недовольно поморщился и приказал:

– Задерите рукав.

Резко запахло спиртом, и Зубцов почувствовал, как в его мышцу входит тонкая игла.

– Что это? – просил он.

– Противоклещевой иммуноглобулин.

– Меня уже прививали, – вяло пояснил ихтиолог. – Ещё весной.

– Ничего, – улыбнулся врач. – Каши маслом не испортишь.

В это время к ним подошёл старший лейтенант. Скользнув взглядом по лицу Зубцова, он спросил:

– Как раненый?

– Опасности для жизни нет, – ответил медик. – Череп цел,