Путеводитель по Шекспиру. Греческие, Римские и Итальянские пьесы - Айзек Азимов

class="p1">Лепид – римский полководец Марк Эмилий Лепид. В день убийства его легион был расквартирован в предместьях Рима. Он был готов отправиться в свою провинцию, расположенную в южной Галлии. Когда до него дошло известие об убийстве, он занял Рим. Обладай Лепид более сильным характером, появись на сцене в критический момент, он стал бы главой государства.

Однако Лепид оказался слаб. У него не было имени Октавия, репутации Антония и решительности, свойственной обоим. В последующие годы он оставался пешкой.

«К Октавию…»

Узнав о том, что Октавий и Лепид в Риме, Антоний не мешкает. Он говорит слуге:

К Октавию идем.

Акт III, сцена 2, строка 274

За этим следует короткая сцена с толпой и поэтом Цинной, и четвертый акт начинается совещанием Антония, Октавия и Лепида. В пьесе это совещание проходит вскоре после похорон.

Однако в действительности эти два события разделяли полтора года, наполненные политическими играми и бряцанием оружием.

После похорон Антоний столкнулся с досадными трудностями. Он не был таким политиком, как Цезарь, и несказанно удивился, обнаружив в лице болезненного молодого человека сильного соперника. Кроме того, Цицерон вновь занял видное положение, и его красноречие достигло небывалого уровня. Ненависть Цицерона к Марку Антонию проявлялась в невероятно оскорбительных речах, которые уничтожили репутацию Антония почти так же, как речь самого Антония уничтожила репутацию Брута.

Антоний считал, что легче всего восстановить свое положение с помощью военной победы. Деций (Децим Брут) управлял Цизальпинской Галлией и был ближайшим из заговорщиков. Антоний выступил против него, несмотря на амнистию, объявленную сенаторами участникам заговора, и начал новую гражданскую войну.

Однако стоило Антонию с армией уйти из города, как Октавий убедил сенат объявить его врагом народа. Без поддержки сената Марк Антоний не имел права выступать против Деция, но был вынужден ввести войска в Галлию. Это случилось в апреле 43 г. до н. э., через целый год после убийства Цезаря. Антония ожидало поражение, как военное, так и политическое.

После этого Октавий, ставший хозяином положения в Риме, заставил сенат признать его как минимум наследником Цезаря. В сентябре 43 г. до н. э. он сам повел армию на Деция. Октавий не был полководцем, но там, где Антоний потерпел неудачу, помогло имя Цезаря. Солдаты Деция дезертировали целыми когортами. Децию пришлось спасаться бегством; его схватили, казнили, и репутация Октавия стремительно выросла.

Однако к тому времени Брут и Кассий укрепили свою власть над восточной половиной Римской республики. Было ясно, что если Октавий и Антоний продолжат бороться друг с другом, то оба проиграют, а победу одержат заговорщики.

Лепид постарался свести Антония и Октавия на нейтральной территории, и ему это удалось. Троица встретилась в Бононии (современной Болонье) 27 ноября 43 г. до н. э., через двадцать месяцев после убийства Цезаря.

Октавий, Антоний и Лепид согласились создать коллективный орган власти из трех человек, напоминавший тот, который создали Цезарь, Помпей и Красс семнадцать лет назад. Именно поэтому данный орган назвали «вторым триумвиратом». Четвертый акт начинается сразу после создания второго триумвирата.

«Знак смерти…»

Шекспир изображает триумвиров в тот момент, когда они заключают гнусную сделку, скрепляющую их союз.

Больше всего триумвиры нуждались в деньгах. Получить их можно было единственным способом: обвинив богачей в государственной измене, казнив их и конфисковав их имущество. Кроме того, это давало каждому триумвиру возможность избавиться от личных врагов. Однако враг одного из членов триумвирата мог оказаться другом или родственником другого члена; если один из них приносил в жертву родственника или друга, то мог ожидать, что двое других сделают то же самое.

Например, в проскрипции (списки приговоренных к казни без суда и следствия) попал брат Лепида. В обмен Антонию пришлось согласиться на включение в список своего племянника. Против имени осужденного делали углубление на восковой табличке. Антоний с отталкивающей щедростью говорит:

Умрет и он; ему знак смерти ставлю.

Акт IV, сцена 1, строка 6

Однако на этой встрече Антоний выдвинул еще одно требование (в пьесе это не отражено): жизнь Цицерона. Октавию пришлось согласиться. Цицерон решительно поддерживал Октавия с тех пор, как тот появился в Рим неопытным юношей, а теперь Октавий отдал великого оратора в руки его смертельного врага. Как бы мы ни оправдывали этот шаг нуждами практической политики, как бы ни доказывали, что у Октавия не было выбора, однако это предательство остается самым неблаговидным поступком в долгой и славной карьере будущего императора Октавиана Августа.

«Собрали войско…»

Теперь, когда проблема финансов решена с помощью проскрипций, триумвират может заняться военными проблемами. Антоний говорит:

А теперь, Октавий,

Поговорим о главном: Брут и Кассий

Собрали войско; соберем и мы…

Акт IV, сцена 1, строки 40–42

Объединившимся цезарианцам предстояло встретиться с объединившимися заговорщиками. К этому времени Брут год находился в Македонии, а Кассий – в Сирии. Узнав о примирении бывших врагов, они стали готовиться к битве и договорились объединить свои силы.

«Заночевать они хотели в Сардах»

На сцене появляются заговорщики, встречающиеся в Малой Азии; впервые действие пьесы происходит не в Риме.

Сцена представляет собой лагерь Брута у города Сарды. Один из помощников Брута по имени Луцилий сообщает начальнику о приближении армии Кассия:

Заночевать они хотели в Сардах.

Акт IV, сцена 2, строка 28

Сарды – город на западе Малой Азии, в 45 милях (72 км) к востоку от Эгейского моря. В древние времена он был столицей Лидийского царства, пик могущества которого пришелся на время правления Креза, продолжавшееся с 560 до 546 г. до н. э. Благосостояние тогдашних Сард и всего Лидийского царства было столь высоким, что древние греки говорили: «Богат, как Крез»; это выражение дошло до нашего времени.

Город был захвачен персами в 546 г. до н. э. Когда спустя два века Александр Великий уничтожил Персидскую империю, Сардами правили македонские цари и полководцы.

В 133 г. до н. э. Сарды стали принадлежать Риму, но еще более тысячи лет после этого продолжали оставаться великим городом. Они были окончательно разрушены в 1402 г. ордами монгольского завоевателя Тамерлана и с тех пор лежат в руинах.

«На руку нечист…»

Брут и Кассий встречаются в шатре первого; у обоих накопились обиды друг на друга. Брут осуждает Кассия за корыстолюбие:

И про тебя ведь, Кассий, говорят,

Что будто бы ты на руку нечист

И недостойных