Сибирский приключенческий роман 6 - Василий Владимирович Коростелев

– Только ты мальчишку без нужды не доставай, понятно? – наказала она.

– Отчего не понять, чистоплюи – самые щепетильные люди.

– Ну, не тебе об этом рассуждать, – нахмурилась заступница молодого дарования. Ей совсем не нравилась авантюра, в которую они втянулись, но отступать было поздно, Серый мёртв, а там доказывай, кто виноват и что делать.

23

В день выписки Ветлицкого удивили коллеги. Андрей стоял в задумчивости, размышляя – куда податься, и увидел, что в дверях приёмного покоя замаячила фигура физрука из отрадненской школы.

– Мы тебе передачи передавали, получал? – спросил Николай Алексеевич бодрым голосом и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Вчера позвонили, хотели с нашими нагрянуть, а тебя, говорят, выписывают сегодня. Вот я и приехал. Может, куда подбросить? В принципе можно и ко мне на первое время.

– Спасибо, – сказал выздоравливающий, – уже есть место, куда приткнуться, а что приехал, неплохо – квартира у меня на Набережной, а где – не знаю.

– Набережная – она и в Африке Набережная, – подмигнул физрук и уже потом, по дороге к новому месту жительства, всё сетовал на житьё-бытьё. Ветлицкий слушал про учительские заморочки и понимал, что это его почти не волнует.

У нужного дома водитель старого «москвича» спросил:

– Тебя подождать, Андреевич? – но, увидев ключ, который коллега ему показал, удовлетворённо кивнул головой. – Тогда шагай на здоровье.

– Нашим кланяйся, всем спасибо.

– На работу ещё не скоро? Бюллетень, поди?

– Да, не скоро, а с работою не решил. В школе всё равно ничего не платят, только обувь рвать.

– Тоже правда, Андрей Андреевич, но ты нос не вешай и заглядывай к нам почаще.

– Тебе счастливо, Николай Алексеевич.

Ветлицкий отвернулся от выруливающей на дорогу машины и посмотрел на дом – не старая ещё панельная пятиэтажка, и квартира на втором этаже, если Мирра не перепутала. Подниматься не трудно будет, а то грудь всё ещё побаливает. Да как-нибудь обойдётся. Поживём – увидим.

Часть 3. Побег из осени

1

По-весеннему щедрое солнце, подобно ретивому дворнику, без каких-либо проволочек освободив городские дворы и улицы от скопления последнего льда и снега, с ещё большим рвением принялось наводить порядок на реке. Лениво увлекаемые мутным потоком отдельные льдины ещё пытались хоть как-то задерживаться на воде, цепляясь за выступы корневищ прибрежной растительности или выползая на речные отмели, но дни их уже были сочтены, и грязноватый весенний лёд очень скоро сойдёт на нет, подобно тому как с заживающих ран сходят подсыхающие коросты…

Ветлицкий следил из окна своей новой квартиры за ледоходом и размышлял о бренности жизни, но поток его ленивых мыслей прервал звонок. Андрей пошёл открывать, недоумевая, кто бы это мог быть, ведь его адрес почти никому не известен. Возле порога, за дверью стояла женщина лет сорока пяти, может, чуть старше, с тяжёлой дорожной сумкой, которую она тотчас подхватила в руку.

– Здравствуйте, а где Маруся?

– Маруся? – удивился хозяин квартиры. – Здесь только я живу.

– Вы – это кто? – тоже недоумённо поинтересовалась женщина.

– Я – Андрей Ветлицкий.

– И давно живёте?

– Не очень.

Временный жилец на глазах глупел. Было ясно только одно, что женщина приехала издалека и, скорее всего, к кому-то из своих близких, а та, словно предвосхищая очередные вопросы, пояснила:

– Маруся – моя подруга. Мария Ивановна Телешова. Мы переписывались, правда не часто, но ответов последнее время я от неё не получала и вот, проездом к сыну, в Иркутск, решила заглянуть…

Андрей припомнил, что действительно какая-то почта была.

– Не беспокойтесь, проходите в комнату, а я поищу ваши письма.

Женщина сняла плащик и повесила его на вешалку, видимо апартаменты подруги не стесняли вошедшую, хотя, мельком оглядывая знакомую квартиру, она определила, что почти вся обстановка комнат – скорей всего, собственность Телешовой, даже такая мелочь, как коврик у порога. Конечно, можно предположить, что хозяйка поменяла квартиру, но тогда как же быть с мебелью? Просто так в наше время никто ничего не бросает, и что это за молодой человек, откуда он? После смерти сына у Маши никого не осталось, а что если и она умерла? Тогда становится всё ясно – в ЖЭКе подождали, сколько положено, и вселили оного гражданина.

– Вот смотрите, что я нашёл, – Ветлицкий протянул незнакомке пару нераспечатанных конвертов, – письма.

– Действительно мои, – узнала женщина свои послания. Значит, парень здесь ни при чём, хотя неясное чувство беды растревожило душу. – А скажите, молодой человек, вы больше ничего из личных вещей прежней хозяйки не находили?

Андрей подумал:

– Пожалуй – нет. Так, попадались различные мелочи: косынка за тумбочкой в коридоре, тапочки, в ванной – полотенце, только я полагал, что его специально для меня оставили.

– Кто?

– Как вам сказать? – Наверное, беспокойство подруги бывшей хозяйки квартиры передалось и Ветлицкому, прежняя искренность в его голосе пропала, уступив место почти неуверенности.

– Да вы не тушуйтесь, – поспешила успокоить Андрея незваная гостья, – у меня поезд через три часа, если позволите, то письма я заберу, а тапочки? Да бог с ними, с тапочками. Пойду, пожалуй.

– А может, всё-таки на дорожку чаю? – спохватился озадаченный постоялец.

– Мне бы ещё здесь к подругам наведаться надо, к тем, кто живы.

Новый хозяин вздрогнул, ему показалось, что женщина оговорилась специально, и Ветлицкий безропотно согласился, а та прямиком поехала к своей давней знакомой и, с трудом отыскав её домик среди новостроек на городской окраине, попросила хозяйку:

– Вера, помнишь, у меня подружка была, Телешова Маша? Да-да, которая жила неподалёку от железнодорожной больницы. Я сейчас спешу на поезд, сходи в домоуправление, выясни, на кого квартира записана, и на всякий случай позвони в милицию, а то у Телешовой какой-то парень живёт. Где хозяйка – понятия не имеет или делает вид, что не при делах. Разузнай и черкни мне хоть пару строк ради нашей дружбы.

Андрей же, вовсе не подозревая о сгустившихся над его головой тучах, в задумчивости ходил по квартире, соображая о недавнем визите подруги незнакомой Марии Ивановны, и наконец решил, что при случае спросит у Мирры про владелицу данных апартаментов, заодно и о встрече сегодняшней ей поведает.

2

Оставшись одна после внезапного бегства мужа, Кира ко многому была готова, но то, что управленческий корпус и склады фирмы «Лотос» опечатали, а на всю левашовскую недвижимость наложили арест, не могло не выбить беспечную женщину из колеи.

– Подумать надо, – жаловалась она Штуровой, – Левашов меня бросил, как последнюю потаскушку, оставив