Змей Севера - Гордон Догерти

В ответ римские букцинаторы поднесли инструменты к губам и отозвались почти оглушительным хором высоких нот — вековой песней империи, идущей на войну.

Штандарты по всей римской линии взмыли вверх. Зосима напрягся, готовый к движению, и прошипел Паво:

— Началось! Держи парней в строю любой ценой.

Паво кивнул, стиснув зубы. Затем повернулся к Суре.

— Готов? — проревел он.

— Готов! — поморщился Сура.

Как один, римские легионы шагнули вперед. Сагиттарии, фундиторы и ауксиларии выбежали вперед в рассыпном строю. Они выпустили камни, стрелы и дротики: сначала для пристрелки, а затем, чтобы собрать первую жатву смерти, когда град снарядов отбросил передние ряды атакующих готов. Сотни светловолосых воинов рухнули: камни крушили черепа, стрелы разрывали глотки, а дротики пробивали грудные клетки. Но через несколько ударов сердца отборные готские лучники, усеявшие склоны предгорий, пристрелялись для ответного удара. Стрелы затмили небо, и римские застрельщики впереди пали целыми рядами, крича, пока алая кровь хлестала из ран. Лишь бронированные сагиттарии устояли: большинство стрел отскакивало от их кольчуг и рикошетило от шлемов.

Равнина перед глазами Паво подпрыгивала в такт шагам — он не отставал от Зосимы и видел, как один из последних пращников всего в нескольких шагах впереди завертелся волчком со стрелой в глазу. Рядом с убитым пращником рухнул ауксиларий; в его груди дрожали три стрелы.

— Их же там перебьют! — крикнул рядом Сура.

— Нужно отводить их назад, иначе будет резня! — проорал Паво, бросая взгляд на штандарты и букцинаторов.

К счастью, взревела букцина. Выжившие застрельщики, услышав серию сигналов, с благодарностью просочились назад сквозь узкие промежутки между когортами легионеров, чтобы перегруппироваться вне досягаемости отборных лучников.

Пришло время вступить в дело легионам.

— Входим в зону обстрела! — крикнул Галл через плечо. — Передние ряды, приготовиться к «черепахе»! Задние ряды — готовь луки, целься в лучников на склоне!

Как один, XI-й Клавдиев легион вошел в стреловой шторм, подняв щиты над головами и закрыв края каждой когорты. Три задних ряда пригнулись под прикрытием передних товарищей и изготовили луки.

Внутри «черепахи» грохот града снарядов, барабанившего по щитам, был оглушительным. Один наконечник расщепил деревянные слои щита Паво, застыв в дюйме от его носа. Вокруг него легионеры хватались за стрелы, проскользнувшие сквозь крышу из щитов, пронзая глотки или разрывая бедра. Один юный легионер вскрикнул от отчаяния, тщетно пытаясь удержать щит, но стрела в бицепсе заставила его разжать руку; следующая стрела сбила с него шлем, а вторая пробила череп. Но «черепаха» держалась, и, наконец, град стрел чуть поутих.

Галл воспользовался этой передышкой.

— Передние ряды, держать строй! — проревел он. — Задние ряды… залп!

Паво и передние ряды сомкнулись плотнее, видя, что готские копьеносцы уже меньше чем в сотне шагов. В то же время три задних ряда каждой когорты лимитанов выпрямились, образуя навес из натянутых луков; стрелы дрожали на тетивах. Бросая быстрые взгляды по сторонам от щита, Паво видел, как вытянулись лица бегущих на них готов.

Легионеры не носили луков. До сегодняшнего дня.

С резким звоном тетив и свистом римский град стрел пролетел над головами и обрушился на отборных лучников, стоявших высоко на склоне. Это дало возможность фундиторам, сагиттариям и ауксилариям снова выдвинуться вперед. Они бросились вперед и дали залп из-за римских рядов, скашивая толпы ближайших готских копьеносцев. Паво вознес безмолвную благодарственную молитву императору Валенту за его настойчивое требование обучать пограничные легионы стрельбе из лука.

Когда римский обстрел замедлился, Галл уловил момент.

— Теперь приготовить плюмбаты!

Зосима, Кводрат и Феликс повторили приказ вдоль когорт XI-го Клавдиева легиона, как и трибуны и центурионы других легионов. Как один, пять легионных коробок замедлили ход и остановились через несколько шагов. Паво отцепил один из дротиков с внутренней стороны щита и поднял его в унисон с окружающими. Он нацелился на рычащую стену готов, несущуюся на римские ряды, до которой оставалось едва ли пятьдесят шагов.

— Бросай!

Град дротиков взмыл над римскими рядами, а затем обрушился на плотно сбитых готских копьеносцев, круша лица, ломая конечности, пробивая красные кожаные кирасы и раскалывая ребра. Словно волна, разбивающаяся о скалистый берег, готская атака захлебнулась и раскололась; людей отбрасывало на тех, кто бежал следом, кровь и ошметки плоти взлетали вверх, словно брызги пены.

— И снова, еще раз! — проревел Галл, поглядывая на готских лучников, которые целились в ответ.

Паво отцепил второй дротик от щита и метнул его. Тот раздробил череп одному безшлемному готу, окатив тех, кто бежал сзади, серой жижей. Но на этот раз вражеский натиск ослаб меньше: второй залп дротиков вышел нестройным, менее точным и не таким мощным, как первый.

Теперь две массы пехоты разделяло всего несколько шагов. Времени на третий залп не оставалось. Он крепче сжал копье и наклонил голову, ожидая приказа.

Краем глаза он видел, как лицо центуриона Зосимы исказилось в оскале.

Огромный фракиец набрал в грудь воздуха:

— Приготовиться к удару!

— Сомкнуть ряды! — крикнул Паво. Он услышал, как Сура повторил приказ, и увидел, как друг подтягивает к себе нескольких необстрелянных новобранцев. — Держитесь рядом с братьями, и они будут сражаться за вас! — проревел он срывающимся голосом. Рычащие, брызжущие слюной, с дикими глазами, готы ответили на этот рев с удвоенной злобой, преодолевая последние шаги, разделявшие две армии. Затем он уперся плечами в Зосиму справа и Суру слева; троица сомкнула щиты в негласном братском союзе. Воспоминания о прошлых битвах пронеслись в голове, пока алая пелена застилала взор.

— За империю! — заорал Галл.

— За империю! — эхом отозвался XI-й Клавдиев легион.

Две армии столкнулись, и равнина содрогнулась от лязга железа и гортанных криков людей. Над местом столкновения взметнулись брызги крови. В воздухе закружились конечности и головы. Первый ряд готов, охваченный жаждой крови и гонимый инерцией атаки, врезался в стену щитов и перемахнул через нее; некоторые приземлились прямо на первые ряды римлян. Там они сеяли хаос, кружась и размахивая копьями и мечами среди плотной толпы легионеров, пока их не рубили на куски в фонтанах крови. Второй ряд готов с размаху ударился о римскую стену щитов; одни рубили стоявших перед ними легионеров, другие с налета насаживались на римские копья — их тела поднимали и разрывали, расплескивая багровый туман над передним краем, прежде чем трупы отбрасывали обратно в готскую массу. Но численное превосходство готов сказывалось, и их натиск был смертоносным. Легионеры по