Метод Фельденкрайза. Практическое освоение системы - Евгения Валерьевна Кирсанова

никто не сможет его вылечить. Его будут лечить от спондилеза, сколиоза или грыжи межпозвоночного диска»[56]. Если осознанность – это умение заметить, обратить внимание на неочевидное, то в приведенном примере осознавание человеком отсутствия симметрии в функции парных органов чувств и его выбор решить эту проблему мог бы избавить его в дальнейшем от структурных изменений тела.

Любое одновременное взаимодействие гравитации и необходимости удерживать вертикальное положение тела рефлекторно включает привычные паттерны мышечного тонуса и соответствующее напряжение, поэтому протокол работы в нашем методе и предполагает проведение уроков осознавания через движение в положении лежа, по крайней мере до тех пор, пока у человека не возникнет образ истинной вертикали. «Занятия проводятся в положении лежа, чтобы облегчить выход из привычных мышечных паттернов. В таком положении отсутствует давление на подошвы ног, и нервная система не получает привычных афферентных гравитационных стимулов. Однако после урока, снова получив привычные раздражители, человек с удивлением обнаруживает измененную реакцию на них»[57].

Тревожность

В случае если тонус мышц шеи асимметричен и положение головы привычно отклонено от вертикали, возникает неравномерная стимуляция вестибулярного аппарата.

Последняя, как утверждал Фельденкрайз, может приводить не только к привычному асимметричному мышечному напряжению, но и вызывать головокружения, а также чувство повышенной тревожности как бессознательной реакции на потерю равновесия и «падение» тела. Большой объем исследований Моше был посвящен изучению феномена чувства повышенной тревожности и даже панических атак. С одной стороны, он отмечает, что чувство тревоги может быть позитивным и полезным, поскольку оно служит безопасности человека, исключая риски того, что может поставить под угрозу само существование организма. С другой стороны, тревога, по его мнению, появляется, когда у человека нет альтернативного способа действовать, а доступный вариант действия по каким-то причинам его не устраивает. «Животное при испуге либо замирает, либо убегает. В обоих случаях сначала происходит «застывание» – это первая реакция на пугающий стимул, которая проявляется в сокращении всех мышц-сгибателей, особенно в области живота, задержке дыхания, а затем следует целая серия вазомоторных нарушений, таких как учащенный пульс, потоотделение»[58]. В связи с тем, что человек не всегда может убежать, такая поза тела закрепляется как адаптация, обеспечивающая чувство безопасности, как условный рефлекс, который может быть переработан на уроках осознавания через движение. Примечательно, что Моше, рассматривая вопрос тревоги, обращал также внимание на то, что свой вклад в ее бессознательное возникновение вносят и интероцептивные, то есть поступающие от внутренних органов, ощущения. «Есть основания рассматривать все эмоции как следствие стимулирования вегетативной нервной системы и рецепторов органов и мышц, которые она иннервирует. Поступление таких импульсов в высшие центры центральной нервной системы воспринимается как эмоции»[59]. В этой связи особый интерес представляет то, как Моше описывал механизм закрепления «паттерна тревожности в теле». Так, отсутствие выравнивания относительно линии гравитации является стимулом, который вызывает рефлекторный выпрямительный ответ на «падение» тела, при этом активирует врожденный страх падения и, как следствие, «замирание» и нарушение работы диафрагмы и сердечного ритма. Сокращение же сгибателей способствует (только в указанной ситуации) нормализации дыхания и сердечных сокращений, то есть вызывает чувство безопасности.

«“Ложная вертикаль” запускает рефлекторное выпрямление в свою сторону и еще больше выводит тело из равновесия. Когда человек падает, то, чтобы уберечь голову от удара или защитить наиболее уязвимые части тела, автоматически происходит группирование за счет сжатия сгибателей и округления спины. В «застывшем» падении, которое возникает в отсутствие выровненности головы и шеи, такая же реакция заставляет человека неосознанно поднимать плечи, округлять спину и задерживать дыхание. Этот же паттерн активируется каждый раз, когда человек вынужден находиться в пассивной защите, когда у него нет средств к активному действию или он сомневается в своей силе. С течением времени такое положение тела становится неосознаваемой привычкой, продолжающей исподволь влиять на характер. На уровне тела осанка оказывается такой: заторможенные разгибатели становятся слабыми, спина – сутулой, тазобедренные суставы теряют свою подвижность, голова выдвигается вперед и вниз, заставляя шею укорачиваться»[60].

Моше настоятельно возвращал своих учеников к работе по настройке того, как выровнена голова относительно вертикали, снова и снова подчеркивая, что «сильные импульсы от вестибулярной ветви распространяются к верхней оливе (структура мозга) и вызывают нарушение дыхательного и сердечного ритма. Именно это нарушение в сердечной и диафрагмальной областях ощущается как тревога и беспокойство. Некоторые люди описывают это как ощущение упавшего сердца или как пустоту и холод в области под грудиной. Необоснованное никакими объективными причинами ощущение тревоги возникает при стимуляции вестибулярной ветви VIII пары черепных нервов»[61].

Фельденкрайз, помимо собственных наблюдений, в основу рассуждений о взаимной обусловленности положения головы и эмоционального состояния положил также исследования физиолога и отоларинголога Роберта Барани, лауреата Нобелевской премии. Им была создана модель вестибулярно-эмоционального рефлекса, который представляет собой зависимость свободного трехмерного движения головы (человека или позвоночного животного) при поддержании вертикального равновесия от эмоционального и психофизиологического состояния. Моше подчеркивал: постоянная активация рефлекторного удержания тела от падения активирует симпатический отдел вегетативной нервной системы, который готовит человека к преодолению угрожающей ситуации и исключает шанс зарождения чувства безопасности, спокойствия и удовлетворения. Описывая механику равновесия головы, Моше отмечает, что ее «центр тяжести находится немного впереди опоры. При опускании или поднятии подбородка он ведет себя, как рычаг первого порядка»[62].

Между положением головы и эмоциональным состоянием есть взаимообусловленность.

Самым распространенным примером такого рычага являются детские качели в виде длинной доски, центр которой закреплен на опоре. Опорой головы анатомически служит первый шейный позвонок (атлант), образующий с черепом атлантозатылочный сустав, в котором возможны движения кивания головы, а также боковые наклоны. Движения шейных позвонков как оси вращения головы часто становятся предметом исследования на уроках осознавания через движение, направленных на обучение человека равновесию. Один из таких уроков приведен во второй части нашей книги.

Вопрос достижения чувства эмоционального благополучия и разрешения паттерна тревожности очень занимал Фельденкрайза. Множество страниц его книг посвящено анализу влияния работы вестибулярного аппарата на возникновение неврозов или уже имеющегося невроза – на функционирование вестибулярного аппарата. Моше анализировал работы психоаналитиков Зигмунда Фрейда и Пауля Шильдера, находя подтверждение своим предположениям о том, что дисфункция вестибулярного аппарата и головокружение часто являются выражением внутреннего конфликта – наличия противоположных психологических убеждений, желаний, импульсов или чувств. «Головокружение возникает, когда двигательные и мышечные импульсы больше не могут быть объединены с желаниями и стремлениями»[63].

Три системы мозга человека. Значение баланса симпатического и парасимпатического отделов при работе