Истоки травмы. Формирование психики до рождения - Елена Журек

никак не могу найти себя. Начинала парикмахером, потом переучилась на стилиста. Надоело, пошла в косметологи. Потом выучилась массажу. Но мне все время кажется, что я от всего этого далека. Просто смотрю, что делают другие, и копирую, как мартышка. Но это вообще все не про меня.

РАЗБОР кейса:

Девочка Вероника с детства жила в парадигме «мама отдала». Мама – это весь мир для ребенка, до трех лет как минимум. И как принять маленькой «клеточке», что большое и теплое тело его отвергает? Ведь мама отдала свою малышку! Да, бабушке. Но для ребенка это равнозначно посылу «ты не нужна!», «меня можно вынести за скобку».

Это не просто болезненно, это травма брошенности. Психика для выживания найдет другой объект привязки, но для ребенка это будет суррогатной заменой. Бабушка – не мама, которую малыш с внутриутробного периода знает по запаху, голосу. Эмоциональная пуповина (психическая связь матери и ребенка) есть именно между ребенком и матерью. Если мать эту связь не чувствует, игнорирует, рвет, то новорожденный этого сделать не может. Только во взрослом возрасте, работая с психологом, человек может додать принятие той части психики, которая застряла в раннем ощущении ненужности, а после того, как он наконец напитается недостающими эмоциями, сепарируется (психологически отделиться) от материнской фигуры и всех ее проекций.

Вероника на подсознательном уровне ищет способы получить внимание мамы – сделать так, чтобы мама приняла ее не по факту рождения, а за какие-либо заслуги. Да, энергетически сильная Вероника в подростковом возрасте уже легко относилась к приездам матери, но тем коварнее детские психотравмы: в возрастных или ситуационных кризисах они накрывают как океанская волна.

Вероника получила образование, но программа «заслужить» невидимой рукой ведет ее по жизни. Она старается реализоваться в профессии, но у нее нет связи с собой, сосвоими чувствами, ведь они были вытеснены младенцем, когда мама не Веронику брала на руки, когда мамы не было рядом, когда не хватало ее тепла, ее внимания.

В одной своей «клеточке» психика сжалась и застыла – ТЕРПИ, ЖДИ, ПОДСТРАИВАЙСЯ. Но в этом нет развития. А если таких клеточек накапливается минимум по одной в день? А если умножить их на количество лет жизни ребенка и потом взрослого?!

Да, Вероника зарабатывает, осваивает профессиональные навыки, но для роста важно задать себе вопрос: «Что Я хочу?». А для кого хотеть может Вероника? На уровне психики она сама в дефиците внимания и любви – это БАЗА. А профессиональные награды и достижения как способ заслужить внимание – это совсем не про развитие. А значит, чем бы не занималась девушка, это не принесет ЕЙ удовольствия и удовлетворения. Не получив то, зачем она бессознательно осваивала профессию, Вероника идет осваивать новую. Эдакая бесконечная погоня за иллюзией, что наконец-то мама ее увидит, начнет ценить и больше никому не отдаст.

ЗАДАЧА в терапии:

Чтобы найти свой профессиональный путь, чтобы не копировать жизнь других людей, чтобы обрести ощущение полноты жизни, важно:

•начать путь к себе, долюбить своего внутреннего ребенка, напитать его и себя принятием;

•выстроть связи со своими желаниями через работу с ощущениями;

•перестраивать сложившиеся нейронные связи и прокладывать новые.

ВЫВОД:

Травма «я не на первом месте» заставляет человека всеми возможными способами добиваться внимания и признания окружающих. Холодная мать формирует сложности в отношениях с миром и окружающими людьми, даже если между ней и ребенком имеет место большое количество общения, но не глубокого, не доверительного. Достижение профессиональных целей становится способом проявить себя, стать видимым, значимым, но профессиональный выбор, сделанный без учета знаний о себе, своих сильных и слабых сторонах, своих интересах (которые ребенок познает в детстве посредством теплых эмоциональных связей и совместной предметной деятельности с родителями), может превратиться в марафон длиной в жизнь, который не приносит внутреннего удовлетворения. При этом внешнее «я бегу, потому что бегут все» не дает значимых результатов.

Вывод по травме «Отсутствующая мать»:

Для ребенка не важно, какие причины были у мамы и почему ее внимание не было обращено к нему. Важно, что он не получил достаточного количества контакта – телесного и эмоционального. Такая ситуация формирует:

• неуверенность в себе;

• застревание психики в ожидании заботы, поощрения, похвалы, любви;

• чувство скованности в самопроявлении, фокус интересов только на настоящем, невозможность развиваться и выходить за пределы привычного;

• установку, в рамках которой любой самостоятельный шаг дается с трудом, а уже взрослому ребенку нужна поддержка и опора от других. Тогда человеку легче быть на вторых ролях, на подхвате, быть тенью более смелого и уверенного (но не обязательно более талантливого партнера, друга, коллеги);

• плохие навыки ориентации в собственных чувствах и неспособность понять свои желания.

Эмоциональное, физическое, сексуальное насилие над будущей матерью

Безопасность – это базовая потребность человека. Насилие подрывает эту основу, оставляя человека не только без почвы под ногами, без корней, питающихся силой жизни, но и внушая установку «ты не ценен».

Если такой опыт у женщины не был единичным, он наслаивается, образуя вокруг нее кокон, из которого очень трудно выбраться самой. А ребенку, который «впитал» насилие как норму, и подавно.

Насилие в отношении женщины – совсем не редкий случай в клиентских историях, как ни горько это звучит.

В анамнезах матерей клиентов:

• побои со стороны мужей в период беременности;

• унижения, оскорбления, насмешки со стороны коллег, начальников и начальниц;

• обесценивание, транслируемое родителями, которые по-своему учили женщину жизни или постоянно критиковали.

В рамках этих сценариев женщина существует в постоянном страхе и не может защитить себя ни физически, ни эмоционально. И конечно, она не в состоянии защитить и своего будущего ребенка. Онс пренатального периода учится терпеть, чтобы выживать. Он маленький и беспомощный, у него нет свободы выбора, и это формирует чувство безысходности, пассивности, смирения перед внешними трудностями, паттерн заложника и жертвы обстоятельств.

Весь до последней капельки переносимый матерью стресс, все страхи, ощущения уязвимости, чувства обреченности записываются нерожденным еще ребенком как НОРМА. Малыш получает установку: «Что поделать? Такой мир», «Хочешь выжить – терпи».

Напитавшись в утробе мамы страхами, тревогой, усвоив программу «сиди и не высовывайся, целее будешь» или, «сейчас начнется… (ожидание критики, оскорблений, недовольства)», такие дети вырастают и,когда во взрослой жизни оказываются среди спокойных, принимающих людей, НЕ испытывают комфорт.