Все дело в маме. Работа с фигурой матери в психотерапии. Практики, упражнения, исследования - Юлия Зотова

Очень важно, чтобы профессиональная идентичность психолога была не мечтой «об идеальной матери», не протоколом или набором методик на все случаи жизни. Присвоенный и соединенный с индивидуальностью профессионализм дает возможность быть устойчивым и реагировать «из себя», проживать контакт с клиентом и откликаться на его потребности.

Основное время и усилия обычно приходятся на первый этап, когда психолог проявляет все вышеописанные функции материнской фигуры во взаимодействии с клиентом. Внимания требуют негативные чувства, затрудняющие опыт принятия и ассимиляции клиентом хорошего опыта.

Психологу важно обрабатывать сопротивление, нормализовывать трудности принятия, бережно обходиться с растущей эмоциональной зависимостью клиента от него. На этом этапе еще рано требовать от клиента проявлений субъектности и независимости. Специалисту стоит обращать внимание на то, как он выдерживает беспомощность и нуждаемость клиента в нем, а также сохранять свое ресурсное состояние, чтобы не истощаться.

Первый этап должен занять достаточно времени, чтобы клиент сам мог продвинуться на последующие этапы. В противном случае, внутренне ожидая и требуя от него результатов и продвижения, психолог идентифицируется с нетерпеливой матерью, требующей от ребенка усилий, несоразмерных для его возможностей.

Важно также не «перекормить» клиента, соразмерять влияние с его скромной способностью к усвоению, не отчаиваться при «откатах», которые закономерны на этом этапе, и не ждать от клиента благодарности. Рекомендуем включить в работу техники, помогающие клиенту осознавать свою телесность, распознавать себя как того, кто имеет право быть и получать в этом поддержку.

На втором этапе психологу важно сосредоточиться на передаче клиенту способности хорошо заботиться о себе. От реализации психологом материнских функций для клиента мы переходим к обучению и поддержке его самостоятельных шагов в саморегуляции. Для этого нам надо вместе с клиентом дифференцировать его потребности, различать годные и неподходящие способы их удовлетворения, побуждать клиента к опыту самоподдержки.

Здесь важен фокус на формировании позитивного самоотношения у клиента, иначе запрет на «хорошее для себя» не будет преодолен, и внутренний родитель останется холодной, отвергающей и критикующей фигурой. Психологу важно поощрять зарождающуюся самоценность у клиента и транслировать одобрение.

Затруднениями в этот период будут залипание клиента в инфантильной беспомощности или тенденции к самонаказанию и саморазрушению за проявление любви к себе. Здесь важно проявить, что клиент имеет право чувствовать себя «хорошо без мамы» и при этом не испытывать стыд и вину.

Третий этап – время растущей автономии клиента. Переход на него может ознаменоваться негативным переносом: клиент перестает идеализировать психолога, конфронтирует с ним, рискует выражать «неудобные» эмоции в отношении его интерпретаций и интервенций. Словом, ведет себя как настоящий бунтующий подросток.

Эту особенность этапа сами специалисты часто формулируют так: клиенту не нравится психолог, психологу не нравится клиент, и вместе с тем им важно продолжать работу. Здесь существует опасность прерывания терапии, когда клиент, или психолог, или оба сразу не выдерживают негативных переживаний в контакте. Психологу важно транслировать, что клиент имеет право испытывать и выражать любые чувства, при этом продолжать обозначать свою терапевтическую позицию и границы.

Крайне важно отличать этот процесс от сопротивления первого этапа, когда клиент еще не готов брать хорошее. Здесь мы имеем дело с растущей субъектностью клиента, которую необходимо поддерживать, конфронтируя не с ней, а с ошибочным представлением о всемогуществе психолога.

Особенно важно подчеркивать, что автономия клиента и наличие его собственных желаний, мнений и решений не является предательством по отношению к психотерапевту (а значит, и к матери). Клиент имеет право на свою собственную хорошую жизнь, даже если мама чувствует, думает, действует иначе. На первый план выходит позиция клиента как эксперта в отношении своей жизни.

Разрешением этого непростого периода в терапии является обнаружение клиентом в психотерапевте живого и несовершенного человека, который не всесилен, зачастую не соответствует возложенным на него ожиданиям и проекциям, и при этом с ним возможно продолжать выстраивать конструктивный диалог. Именно это открытие помогает клиенту глубже принять себя.

Это пора экспериментов в терапии и в жизни: клиент пробует вести себя иначе, получает обратную связь и корректирует свое поведение в зависимости от того, чего он на самом деле хочет. Ошибки и неудачи перестают переживаться как крах и угроза самооценке, их можно обсудить в терапии. Здесь уместны процессы, повышающие способность клиента различать себя и другого, быть в диалоге, проявлять эмпатию и чувства.

Завершающий этап сепарации совпадает с процессом завершения терапии. Психолог переходит к равному, субъектному сотрудничеству с клиентом. Это подлинное партнерство, где больше нет детско-родительской иерархии, где ответственность и инициатива распределяются поровну.

Как это ни странно, именно трансформация терапевтических отношений становится критерием для их завершения. Психологу важно вовремя отпустить клиента в свободное плавание, однако не стоит обрывать терапию преждевременно. Решение о завершении должен принять клиент, конечно, обсудив это с вами.

В завершении совместного пути клиенту важно получить от нас «родительское благословление», признание ценности работы, результатов изменений. Этим темам посвящены обычно завершающие сессии. «Дверь в терапию» остается открытой, клиент должен знать, что мы готовы к новым встречам с ним. Отношения меняются, терапия завершена, но связь не оборвалась. Мы по-прежнему на его стороне.

➧Упражнение для психолога «Этапы сепарации»

Положите на пол ленточку, подходящим для вас образом обозначьте на ней этапы сепарации:

1. Этап напитывания.

2. Этап присвоения.

3. Этап автономии.

4. Этап субъектности.

Встаньте по очереди на каждый из этих отрезков, или этапов. Обратите внимание на свои чувства, телесные ощущения. С кем из ваших клиентов вы переживаете подобные ощущения? Связано ли это с этапом терапии, на котором вы находитесь?

Мама и сыновья/дочери

Мы уже многократно подчеркивали, что мама определяет наше самоотношение и любовь к себе. Но, как правило, в нашей культуре мальчикам и девочкам мамино внимание достается в разных пропорциях. Педиатрические исследования подтверждают, что матери кормят грудью и нянчат на руках мальчиков дольше, чем девочек.

Гендерная неравноценность, поддерживаемая социумом, приводит к различному для матери эмоциональному восприятию пола ребенка. В доказательство грустный анекдот:

– У нас ребенок родился.

– Мальчик?

– Нет.

– А кто?

Следствием такого различия в материнском отношении становится в среднем более высокая самооценка у сыновей по сравнению с дочерями. Выросшие мальчики демонстрируют в психологических исследованиях высокие показатели удовлетворенности собой и ожидания позитивного отношения окружающих.

Но у этого феномена есть и другая сторона: девочки легче проходят сепарационный путь по сравнению с мальчиками, так как испытывают меньше зависимости (мама легче отпускает), а еще не переживают материнскую фигуру настолько грандиозной (я сама такая же).

Отличия сепарации у сыновей и