Все дело в маме. Работа с фигурой матери в психотерапии. Практики, упражнения, исследования - Юлия Зотова

эти функции реализуются все меньше через непосредственное действие и все больше как опосредованное взаимодействие, связанное с вербальным общением и совместной деятельностью.

Даже без непосредственного контакта с мамой ребенок может опираться на ее устойчивый образ. Это позволяет ему исследовать мир и обращать внимание на других людей, устанавливая вертикальные и горизонтальные связи с ближайшим окружением.

Контакт в работе психолога

«Грамм контакта заменяет тонну техник», – сказал родоначальник биосинтеза Д. Боаделла и был совершенно прав. Этот взгляд разделяют все современные направления психотерапии. Только с установлением глубокого контакта возникает терапевтическая система и становятся возможны изменения в психике клиента. Психотерапия стремится воспроизвести контакт с первичным базовым объектом – материнской фигурой. Исследования показывают, что эффективность терапии напрямую зависит от способности психолога поддерживать контакт с клиентом.

В психотерапии клиент учится устанавливать контакт с собой и другими людьми. В обобщенном виде можно говорить о психологической проблеме как о потере или искажении контакта с внутренними частями или внешней реальностью. Например, психологические защиты служат для разрыва контакта с невыносимой реальностью.

В связи с особенностями раннего опыта люди могут застревать на определенных стадиях формирования контакта. Для проникновения в суть проблемы и влияния на мишень терапии психологу необходимо погрузиться в стадию, соответствующую уровню возникновения данной проблемы. А значит, профессионалу нужно уметь различать, инициировать и пребывать в контакте с клиентом на всех уровнях.

Функции матери транслируются в контакте. Чем раньше возникло нарушение у клиента, тем более ранний этап формирования контакта актуализируется в терапии.

Слияние: психолог как утроба, целительное поле. Необходимо в психотерапии для вхождения в контакт с теми частями и феноменами психической жизни клиента, с которыми он сам встретиться не может. Например, очень ранние травмы, затапливающие чувства и состояния, моменты «потери себя», теневые процессы, отсутствие функции (в частности, алекситимия).

Психолог обнаруживает эти части в соматическом резонансе или в реакции контрпереноса. Возникает необходимость осуществить часть терапевтического процесса внутри своей психики (в процессуальном подходе – «украсть процесс клиента»). Психолог перерабатывает предоставленное ему психическое содержимое клиента и понемногу возвращает в той форме, которую клиент способен переварить.

Иными словами, мы предоставляем свою психику в аутсорс для психики клиента. Если вы когда-нибудь как специалист работали с тяжелыми клиентами, вы интуитивно делали это. Именно здесь, как при беременности, важна внутренняя тишина, замедленный темп, внимание терапевта к своим внутренним движениям, являющимся откликом на клиента, поддержание питающего «поля» в процессе терапии.

Терапевту важно быть устойчивым и сохранять субъектность, границы своего Я, чтобы не быть захваченным материалом клиента, но при этом важно рискнуть впустить в себя процесс и выдерживать контакт с ним. Откалибровать именно этот пласт можно через обнаружение сложностей с вербализацией, ощущение привнесенности, тотальности, архаичности. У каждого психотерапевта в процессе накопления опыта возникают индивидуальные маркеры, поэтому помочь откалибровать их может супервизия. Часто в начале профессиональной деятельности это может переживаться как нечто странное, пугающее, непонятное. На деле с этими феноменами можно очень продуктивно работать при достаточном количестве «насмотренности».

Контейнирующий этап: психолог «держит клиента на ручках». Характеризуется потребностью клиента в плотном, непрерывном эмоционально насыщенном взаимодействии. Клиенту важно, чтобы психолог смотрел на него, даже иногда физически касался, проявлял заботу, откликался на потребности.

Эта форма необходима в ситуации, когда клиент с чем-то буквально не может справиться один, его «разносит» аффектом. Например, ситуации острого горя, других невыносимых чувств, при высокой степени истощения клиента, при встрече с запредельным травматическим опытом. Здесь будет много работы с телом: заземления, центрирования, физического контейнирования, осознавания базовых потребностей.

В отличие от предыдущего этапа, здесь все гораздо более явно: даже когда клиент с трудом вербализует потребности и переживания, яркий эмоциональный фон однозначно требует участия психолога.

Важно не застрять в бесконечной заботе или, испугавшись сильных переживаний клиента, не начать относиться к нему как к хрустальной вазе, которую можно ненароком разбить, спровоцировав на аффект недостаточной отзывчивостью. Другую сложность для терапевта может представлять недостаток эмпатии, понимания и дифференцирования собственных потребностей, устойчивости.

Этап связи с пересечением границ: психолог поддерживает клиента в том, что он может, в том, чего не может, а также в том, чтобы это различить. Этот этап характерен для ситуации, где клиент запутан, не понимает, что в происходящем к нему относится, а что нет; при работе с интроектами; в парной и детско-родительской терапии; с темой созависимости, где клиент увязает в чужих проблемах; в работе с семейной системой и перенятыми чувствами.

Терапевту важно помогать прояснять, возвращать клиенту его чувства в ситуации, учить различать свое и чужое, желаемое и навязанное, чему говорить «да», а чему «нет». Психолог дает много поддерживающей обратной связи.

На этом этапе помогут техники проясняющих вопросов, фокусирования, отражения чувств. Психологу важно ясно осознавать свои собственные чувства и импульсы, рефлексировать и включать в терапевтический процесс проекции, перенос и контрперенос, сохраняя метапозицию.

Сложности здесь могут быть, если психолог сам окажется во власти проекций и начнет навязывать свое, спасая или преследуя клиента. Или напротив, из страха перед трансферентными процессами не признает свою часть ответственности, двусторонний характер контакта, вклад в психическую жизнь клиента, отбрасывая его словами «Это все ваше, а не мое».

Связь на границе контакта: лицом к лицу, полный контакт. Способность быть в контакте с разными аспектами опыта, выдерживать дистанцию, негативную обратную связь (критику) без впадения в вину.

Субъект-субъектное взаимодействие (танец). Одновременно проживание реальности себя, другого и мира. Переживание равноценности, сотрудничества. В таком контакте человек проявлен своим настоящим, индивидуальным; встречен в диалоге вторым. Только ощущая отдельность и независимость второго, его влияние, можно пережить момент полной близости, не растворяясь и соглашаясь с инаковостью. Авторство и ответственность.

Существует две стороны ответственности:

1. Задача терапевта – транслировать адресно (в тот возраст/состояние, когда это было нарушено).

2. Задача клиента – взять и разместить туда, где этого опыта не хватило.

➧Упражнения для самоанализа психолога

Какие образы, ассоциации, метафоры возникают у вас, когда вы читаете описание разных этапов формирования связи:

• слияние?

• контейнирующая связь?

• связь с наложением территории?

• связь на границе контакта?

• субъект-субъектное взаимодействие?

Какой из способов связи вам кажется наиболее освоенным, узнаваемым? Какой сложнее представить и прочувствовать?

Нарисуйте ваше переживание каждого этапа. Какие эмоции вы испытываете, глядя на рисунок?

Анализ практики: с какими клиентами вы испытываете подобные эмоции и состояния?

Понаблюдайте за чувствами, телесными ощущениями и образами, которые возникают в работе с вашими клиентами. Как вы думаете, как это связано с актуальным для клиента способом выстраивать контакт?

Сепарация

«Хорошая мама» нужна нам, чтобы