Отроверт. Дар непринадлежности - Рами Камински

эмпатией, а не выученной привычкой быть вежливыми. Одна из заповедей отроверта (и я в ней глубоко убежден) гласит: лучшие вещи в жизни не требуют жестокости. Выбор всегда есть – помочь или проявить враждебность. Но слишком многие склоняются ко второму варианту без видимой причины.

Отроверты не стоят перед таким выбором: они чувствуют внутреннюю необходимость быть чуткими. Вне зависимости от количества людей вокруг отроверты воспринимают каждого как отдельную личность. Ирония в том, что человечество в теории превозносит доброту и благородство, а на практике соперничество, противостояние и дискриминация гораздо более распространены, чем принятие и сострадание.

В лучшем случае общество рассматривает добродетель как форму социального капитала, а не как самоценность. А ведь доброта по-настоящему обогащает и человека, и окружающих. Мы должны стремиться к ней с искренним рвением. Но реальность такова, что, хотя доброта и почитается, люди больше уважают власть. А власть – ресурс, которым редко делятся. Практически в любой сфере деятельности до самых влиятельных позиций добираются те, кто идет по головам. Так создается порочный круг, в котором чем больше власти накапливает человек, тем эгоистичнее и ревнивее он становится. В результате настоящие альтруисты среди нас могут заслужить восхищение, но редко добиваются денег, высокого статуса и прочих атрибутов общепринятого успеха.

Внимательность к другим, исходящая из эмпатии, а не из натренированного навыка, приносит не только больше удовлетворения, но и делает жизнь окружающих более приятной: это взаимовыгодно. Просто представьте мир, в котором все деликатны и тактичны. Где каждый может вести спокойную жизнь, свободную от конфликтов и злобы. Где общество не наказывает за отказ продвигаться к успеху по головам других. Звучит как утопия, но я уверен: она станет реальностью, если уроки, извлеченные из опыта отровертов, получат широкое распространение.

В детстве я не раз перечитывал замечательную книгу «Король Матиуш Первый»[26] о юном принце, который становится королем после смерти отца. Он пытается издать справедливые законы на благо детей, но его замыслам мешают взрослые, действующие из корыстных интересов. Автор книги – Януш Корчак, польский педиатр, основатель и руководитель еврейского сиротского приюта в Варшаве. Когда нацисты захватили Польшу и пришли за сиротами, доктор Корчак выбрал смерть вместе с ними. Важно ли, что его последний поступок был благороден? Безусловно, равно как и то, что отпечаток его доброты продолжает жить. В моей системе ценностей доктор Корчак – великий человек, даже если мало кто сегодня помнит его самого или Матиуша Первого.

Оставить подобный след не так сложно. Для этого достаточно пробудить в себе внутреннего бунтаря. Вместо покорного соблюдения статус-кво есть право на сомнение и критическое осмысление. Не обязательно быть отровертом, чтобы отвергнуть консенсус, выработанный коллективным разумом. Требуется просто держать определенную дистанцию между собой и группой.

Удовольствие от причастности к чему-либо не стоит жестокости. Будь вы отровертом или нет, вам не нужно ничье разрешение, чтобы отказаться от злобы, грубости и эгоизма. В эпоху, когда коллективный разум сторонников Трампа все громче и настойчивее требует напористости и агрессии, мы вправе выбрать путь мягкости и доброты. Как писал Ибсен в пьесе «Враг народа», когда общество отворачивается от истины, долг человека – остаться верным ей, даже в одиночестве.

Благодарности

Вы прочли книгу, написанную отровертом. По своей сути она не может быть плодом коллективных усилий, поэтому список благодарностей будет коротким. Однако те, кого я упомяну ниже, внесли неоценимый вклад в создание этой книги. В этом разделе мало имен, но много искренней признательности.

Во-первых, я хочу поблагодарить Майю Бейзер, мою спутницу жизни и самого значимого человека в ней. Искренне признателен также нашим детям, Ориэль и Дориану. Семейная жизнь в мире и гармонии была и остается для меня величайшей привилегией и радостью. Благодаря жене и детям я обрел убежище от внешнего мира, а вместе с тем смысл и путь к участию в нем.

Мое исследование непричастности продолжалось много лет. Оно было самостоятельным, но не оторванным от реальности. Мои взгляды формировались под влиянием самой продолжительной деятельности в моей жизни – работы с пациентами. Многие принципы, изложенные в книге, особенно те, что касаются облегчения жизни, родились в разговорах с пациентами, отровертами и не только. Я наблюдал заметные различия между жизнью тех, кто легко вписывается в общество, и жизнью аутсайдера. Я стремился находить ответы на вопросы, волновавшие каждого моего собеседника. Со временем я научился воспринимать мир глазами пациентов без осуждения и предубеждений – так, чтобы мои собственные взгляды не мешали эмпатии. В каком-то смысле я прожил множество жизней, глядя на мир глазами пациентов. Благодаря им за все эти годы у меня сложилось многогранное, калейдоскопическое отношение к человечеству. Без этих встреч книга не появилась бы на свет. Я навсегда останусь благодарен моим пациентам.

Особая благодарность тем, без кого создание этой книги было бы невозможно: Бет Дэйви, моему замечательному и преданному литературному агенту, и Талии Крон, талантливому и проницательному издателю и редактору. Это те профессионалы, у которых все схвачено: они помогли мне отточить мысли и превратить голос в текст. Мне очень повезло встретить Бет и Талию. Их мудрость и доброта открыли двери в издательский мир, с которым я раньше не был знаком, – и этот опыт укрепил мое желание продолжать писать.

В процессе работы я познакомился со множеством людей – не пациентов, – готовых поддержать меня. Позволю себе перечислить их имена: Мелани Рихак, Линдси Тэйлор, Эми Фелан, Мими Стернлихт, Эми Юрковиц, Фаина Шмулиян, Джеймс Стоун, Джоан Шейнбрук, Йехуда Перл, Джозеф Шпигель и Эли Мелцман.

Наконец, не могу не поблагодарить моего первого и главного наставника в психиатрии – доктора Каллмана. Все, что я знаю о работе психиатра-отроверта, я почерпнул, наблюдая за его взаимодействием с пациентами и внимая его размышлениям. Не представляю, сколько времени у меня заняло бы освоение этой профессии, если бы он не поставил меня на ноги. Доктор Каллман, если существует особый рай для отровертов, уверен, зная вас, что вы уступили бы свое заслуженное место одному из пациентов или студентов. Моя благодарность вам вечна.

Об авторе

Рами Камински – психиатр-новатор с более чем сорокалетним опытом работы с пациентами самого разного профиля: от мировых лидеров до людей с хроническими психиатрическими заболеваниями. В его специализацию входят расстройства настроения, обсессивно-компульсивные расстройства, тревожность, зависимости и нейрокогнитивные заболевания. Метод доктора Камински, основанный на интегративном психиатрическом подходе, объединяет гуманистические ценности и инновационные терапевтические концепции.

В Нью-Йорке доктор Камински развивает систему здравоохранения с помощью