В шаге от выгорания. Сбалансированный план действий, как вырваться из замкнутого круга хронической усталости - Тимо Шиле

Например, в терапии, а также в нашем окружении мы видим людей, которые, хотя и осознают, что больше не хотят заниматься определенной профессией, не предпринимают никаких действий, чтобы что-то изменить в своем профессиональном пути. Иногда они десятилетиями остаются на работе, в отношениях или в жилищных условиях, будучи при этом стабильно недовольными и несчастными.

Представьте себе мужчину в возрасте около 40 лет, который говорит, что примерно с 20 лет знает, что выбрал не ту работу. Назовем его господин О. Он работает директором образовательного учреждения и со всей искренностью говорит, что ненавидит свою работу. Он считает, что его работа скучная и не требует особых интеллектуальных способностей. В какой-то момент он просто оказался на руководящей должности и теперь в основном занимается расписаниями и поиском сотрудников на замену, когда кто-то из учителей уходит на больничный.

«Я будто увяз в трясине и не могу из нее выбраться». Каждое утро он ощущает, насколько ему противно идти на работу. Его начальство об этом не знает, он продолжает показывать очень хорошие результаты. Несмотря на это, господин О. не хочет ничего другого, кроме как уволиться. Он так хотел бы заняться чем-нибудь другим. Вот только он не знает, что ему делать. И так продолжается уже почти 20 лет.

Но почему некоторым из нас перемены даются так тяжело? Нередко это связано с тем, что собственная идентичность человека сформировалась у него лишь фрагментарно. Это означает, что какой-то этап в развитии не был пройден до конца или вовсе был пропущен. Но получить опыт принятия и наделения ценностью собственных интересов важно не только в детстве и юности. В последующие годы у нас, людей, формируется представление о собственных предпочтениях и их значимости. Если на этом этапе развития нам мешают или нас недостаточно поддерживают, это, попросту говоря, может привести к проблемам. Тогда человек знает, чего он не хочет, но едва ли может четко сформулировать, чего он хочет. Это серьезная проблема, которая тормозит столкнувшихся с ней людей, ограничивает их и заставляет чувствовать себя бессильными.

Однако из исследований стресса мы знаем, что снижаться его уровень будет в том случае, если мы будет действовать решительно, начнем постепенно что-то брать в свои руки, самостоятельно принимать решения. Если же человек этого не может, он продолжает ощущать себя предоставленным воле судьбы, отдающих распоряжения людей и т. д.

Таким образом, в подобных случаях речь идет не о том, что пациенты отдаляются от собственных потребностей или ценностей – они просто не имеют ни малейшего представления о том, что эти потребности и ценности вообще должны собой представлять. А если я не знаю своих собственных потребностей, как мне их удовлетворить? Как гласит реклама: «Ведь вы этого достойны». Но эти пациенты и пациентки не знают, чего они достойны и достойны ли вообще чего-то хорошего. Из-за этого они начинают ощущать, что в их жизни едва ли есть смысл. Они чувствуют, что что-то не так, что они не на своем месте. Но для того, чтобы наверстать упущенную стадию развития, нередко требуется психотерапевтическая помощь. Без должного лечения горение превращает жизнь в бег в беличьем колесе.

Если посмотреть на прошлое господина О., становится ясно, что его родители – главным образом мама – вселяли в него неуверенность, к тому же не самым деликатным образом. Очень часто, когда он чем-то начинал интересоваться и делился этим со своими родителями, он слышал лишь «Как хочешь». В рамках терапии он со слезами на глазах рассказывал о том, как сильно он хотел почувствовать поддержку своих родителей. Вместо этого он чувствовал, что его первостепенной значимости интересы ничего не стоят или даже ничтожны. Это – и многие другие моменты его жизни – поспособствовало тому, что господин О. по сей день мгновенно откладывает все свои порывы в долгий ящик. «Я слишком стар, чтобы переучиваться, на другую работу меня уже никто не возьмет, к тому же я вообще не знаю, чего на самом деле хочу». Так тянется год за годом, и ничего не меняется. Недостатки развития иногда продолжают влиять на человека и в пожилом возрасте. Типичным является и то, что господин О. не увольняется с работы, которая делает его несчастным, и при этом все равно показывает хорошие результаты. Его идентичность, те вещи, которые должны определять его как личность, – все это по-прежнему остается неясным. В раннем возрасте у него не было достаточно возможностей для эмоционального развития при доброжелательной поддержке родителей. Он толком не знает, чем мог бы заниматься вместо своей нынешней работы, и, кроме того, он все еще внутренне зависит от похвалы и признания своего начальства. К сожалению, это идеальные условия для горения.

Социально-демографические аспекты: группа риска

Чтобы проверить влияние так называемых социально-демографических факторов на развитие горения, потребовалось окончательное определение и крупномасштабные репрезентативные опросы среди широких слоев населения. Наши же наблюдения в клинике подсказывают, что социально-демографическая ситуация, то есть социальная структура и такие аспекты, как происхождение и фон развития, доход и статус, также влияют на формирование у человека склонности к горению.

Горение однозначно наступает не в любом возрасте. Младенцев и стариков мы можем исключить из группы риска. Но за этим исключением, теоретически оно может проявиться во всех возрастных группах. Дети и подростки в условиях завышенных требований к результатам, которые ставят перед ними родители или они сами, уже давно обнаруживают признаки синдрома выгорания, поэтому неудивительно, что у них развивается синдром горения. Уже далеко не первый год обсуждается тема детского выгорания, или Burn-Out-Kids [90]. В своей одноименной книге профессор Михаэль Шульте-Маркворт говорит об этом следующее: «Давление на наших детей невыносимо. Все чаще они подвергаются риску появления болезнетворного стресса, потому что наше общество полностью подчинилось принципу продуктивности. Нам остро необходимо пересмотреть свой подход. На благо нашим детям». Нас тоже пугает мысль, что дети и подростки могут переживать контролируемый долговременный стресс горения, который изнуряет их и делает депрессивными. Что мы видим на примере наших пациентов и пациенток: в период получения образования, особенно в университете, молодые люди уже подвержены этому риску. Это считывается в том числе потому, что все чаще люди прибегают к помощи допинга для мозга с такими веществами, как метилфенидат (риталин) [91].

Главным образом это затрагивает работающих много лет взрослых, особенно в возрасте от 30 до 60 лет. Мы видим, что у них горение появляется сравнительно часто. Развитие горения, по предположениям, требует длительного периода напряженной работы. К середине жизни, в возрасте