День из жизни мозга: Что происходит в голове, пока мы спим, работаем и пьем кофе - Бент Фрайвальд

И в-шестых, поощрение. Празднуйте каждый маленький рубеж. Вознаграждение и ощущение «я это сделал» помогают не сбиться с ритма — даже после простуды, отпуска или просто тяжелой недели.

Я убежден: каждую тренировку стоит отмечать как маленькую победу. И все-таки заставить себя выйти из дома бывает невероятно трудно. Внутренний лентяй изобретателен. Даже если вы знаете все правильные методы, даже если рутина выстроена — для многих барьер остается слишком высоким. Почему? Не хватает силы воли? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно сначала разобраться, что такое сила воли. Потому что, как выясняется, сила воли на удивление часто с волей совсем не связана.

От чего зависит самоконтроль

Перенесемся ненадолго к началу книги. Вместо того чтобы бродить по своим сновидениям, в три часа ночи вы обнаруживаете у кровати маленьких зеленых пришельцев. Они будят вас и забирают на космический корабль, где оборудована ультрасовременная нейрохирургическая операционная. Вы лежите на столе, а инопланетяне решают, какой эксперимент провести над вами, прежде чем вернуть на Землю. Вариантов два. Первый: они перестраивают мозг так, что вы навсегда лишаетесь всех импульсов, влечений, желаний и эмоций. Второй: они остаются на месте — но исчезает способность их контролировать.

Выбор, мягко говоря, непростой. Настолько, что зеленые человечки великодушно предоставляют его вам. Вот так. Что бы вы решили? Отказаться от эмоций и импульсов — или от способности их контролировать? Вы бы попытались сбежать, разумеется. Но корабль висит в километрах над Землей, деваться некуда. Итак: что важнее? Мой выбор после короткого раздумья был бы однозначен: к черту самоконтроль. Последствия, конечно, катастрофические — я бы регулярно ставил себя в неловкое положение. Но кем бы я был без эмоций? Остался бы я собой? Вряд ли. Откуда бы я знал, чего хочу? На чем строил бы решения? Эмоции побеждают самоконтроль.

Но стоп. Прежде чем приступить к операции, пришельцы вдруг довели до ума свою новейшую технологию (мало нам было проблем). Теперь они могут перестроить не только ваш мозг, но и мозги жителей целого города — пока те спят. Впрочем, вам повезло: пришельцы решают оставить вам и эмоции, и самоконтроль. Почему — непонятно. Пришельцы есть пришельцы.

Но перед возвращением на Землю — еще один выбор, посложнее. Что должны потерять все жители вашего города: эмоции и импульсы — или способность их сдерживать? Что бы вы ни выбрали, последствия затронут каждого. Вы вернетесь либо в город, где люди живут на чистых эмоциях, без тормозов, — либо в город, где все безупречно спокойны и контролируют себя. Мой выбор снова был бы однозначным — но ровно противоположным. Жить в городе, где люди крушат мебель, когда злятся, или толкают начальницу локтем за то, что она перенесла совещание? Нет, спасибо. Это примерно как поселиться навсегда в пивном шатре на Октоберфесте. Не хочется.

Довольно инопланетных мысленных экспериментов. Оба сценария придумал Мэттью Либерман — американский социальный психолог и нейроученый, один из основателей социальной нейронауки. По его мнению, история с пришельцами обнажает важную асимметрию: самоконтроль в других мне важнее, чем в самом себе. И наоборот: окружающим гораздо важнее, чтобы я держал свои эмоции в узде, чем чтобы они контролировали собственные. От моего самоконтроля выигрывают прежде всего они.

Что такое эмоции и импульсы — вопрос сложный. Способность к самоконтролю определить проще: по сути, это конфликт между главной целью и сиюминутной. На практике — борьба двух версий вас самих. Человек-сейчас хочет немедленно. Человек-потом встает на весы и злится на себя за то, что каждый день съедал мороженое. Самоконтроль — как подсказывает само слово — вроде бы относится к нам самим. К нашей способности подавить желание ради большей цели. В западной культуре мы одержимы целями и убеждены: если мы чего-то добились — это наша заслуга. Мы верим, что контролируем свои решения.

Ну вот, вы же сами решили читать эту книгу, правда? Я не собираюсь этого отрицать. Хотя… отчасти собираюсь. Потому что то, как мы решаем и как себя ведем, пугающе часто не зависит от нас.

Покажу, что я имею в виду. Представьте офисную кухню. Рядом с кофемашиной — коробка для «честной оплаты»: на стене — прейскурант, в коробку нужно бросить деньги за каждый напиток. Вы в комнате один, никто не увидит, если вы недоплатите. Всегда ли вы заплатите полную цену? А теперь другой вопрос: изменится ли что-нибудь, если над кофемашиной повесить плакат — просто пару больших глаз, которые смотрят прямо на вас? Никакой камеры, никакого текста, никакого предупреждения. Только молчаливый взгляд с фотографии.

Именно такой эксперимент поставили исследователи поведения Мелисса Бейтсон, Дэниел Неттл и Гилберт Робертс из Ньюкаслского университета: повесили такой плакат над кофемашиной в собственном офисе и стали наблюдать. Результат: добровольные взносы в кофейную кассу утроились по сравнению с неделями, когда над кассой висела картинка с букетом цветов. Больше ничего не изменилось — ни новых камер, ни предупреждений, ни угрозы штрафа. Только ощущение, что за тобой наблюдают.

Исследователи заключили, что даже символического намека на чужой взгляд — пары нарисованных глаз — достаточно, чтобы заметно изменить поведение. Наша мораль зависит не только от внутренних ценностей, не только от нас самих, но и от ощущения, что мы не одни.

Еще один эксперимент — на этот раз с детьми. Хеллоуин, дети ходят от дома к дому за сладостями. У одного из домов хозяин открывает дверь, но говорит, что ему нужно вернуться к делам: угощайтесь сами, коробка вон там. Единственное условие — каждый берет только одну штуку. Соблазн, разумеется, огромный: хозяин не видит, сколько вы взяли. Дети не подозревали, что за ними наблюдают. Результат: 46% детей от девяти до двенадцати лет и 72% тех, кому больше тринадцати, взяли больше одной сладости. Безобразие! Но картина радикально менялась, если за коробкой стояло зеркало. Увидев собственное отражение, больше одной штуки брали менее 10%. Зеркало делало нарушение нормы примерно в пять раз менее вероятным.

Мэттью Либерман в книге «Социальный вид: Почему мы нуждаемся друг в друге» формулирует это так: достаточно увидеть себя глазами другого — увидеть свою внешность, свой облик, — чтобы включился самоконтроль и отступили асоциальные импульсы. Мы подстраиваемся под ожидания общества, даже когда общество — это пара глаз на плакате.

Самоконтроль зависит не только от нас — внешние обстоятельства тоже влияют на наши решения и на то, каким импульсам мы поддаемся. В одном из самых знаменитых экспериментов в истории психологии это долгое время не принималось в расчет. Возможно, вы о нем слышали: эксперимент с маршмеллоу американского психолога Уолтера Мишела. Схема проста. Ребенка приводили в комнату. Клали перед ним маршмеллоу и обещали: если продержишься 15