День из жизни мозга: Что происходит в голове, пока мы спим, работаем и пьем кофе - Бент Фрайвальд

минут и не съешь его — получишь второй. После чего взрослые выходили. Лишь около 30% детей дожидались и получали награду — то есть отказывались от немедленного удовольствия ради большего позже. Остальные съедали маршмеллоу до возвращения экспериментатора. Но этот результат, по сути, был не главным.

Знаменитым эксперимент стал не из-за цифр, а из-за их интерпретации: долгое время считалось, что этот простой тест на самоконтроль у детей способен предсказать будущий интеллект и жизненный успех. Дети, которые дожидались второго маршмеллоу, действительно оказывались успешнее во взрослом возрасте. Но справедливости ради: уже в первой работе Мишел оговаривался, что на бóльшей выборке корреляция может ослабнуть. И что результат не означает причинно-следственную связь: научить ребенка терпению — еще не значит сделать его успешнее. В 2015 году Мишел сказал в интервью: представление, будто по одной-единственной детали — сколько ребенок продержался и не съел маршмеллоу — можно предсказать его будущее, — это чепуха.

Именно это подтвердил психолог Тайлер Уоттс из Нью-Йоркского университета, когда воспроизвел эксперимент. Уоттс и его команда предусмотрительно учли то, что первоначально осталось за кадром: ситуацию в семье, домашнюю обстановку и поведение более чем 900 детей. Результат оказался отрезвляющим: дети из обеспеченных семей справлялись с ожиданием значительно лучше, чем дети из бедных.

Значит, дети из бедных семей просто научились хватать, пока дают? Брать что есть, пока не отняли? Даже если и так, это лишь часть картины. Вторая часть — стресс. Бедность — это стресс. И не только на интуитивном уровне: нейронаука это подтверждает. Мы уже видели, как многообразно стресс перестраивает мозг. Одно из последствий — ухудшение работы префронтальной коры. А ведь именно она, по всей видимости, отвечает за контроль эмоциональных реакций на стресс. Она же играет ключевую роль в обучении и памяти. И — это особенно важно в нашем контексте — именно она активируется, когда мы подавляем сиюминутные желания ради более далекой цели. Стресс ослабляет эту функцию. А значит, может подрывать и самоконтроль.

Есть и еще один фактор. Метаанализ 2019 года, охвативший более 30 000 близнецов, показал: способность к самоконтролю и сила воли отчасти заложены генетически. Насколько ребенок способен устоять перед соблазном и насколько волевым он вырастет — вопрос не только личной дисциплины. Среда, семья, уровень стресса — все это играет не меньшую роль.

Из всего этого следует вывод: да, вы сами решили читать эту книгу. Но к этому решению привели разные процессы, о которых вы даже не подозревали. И все-таки странно было бы утверждать, что самоконтроль и принятие решений целиком зависят от внешних обстоятельств. Это не так. Кое-что по-прежнему в ваших руках.

Можно ли натренировать силу воли

Вы входите в комнату, и вас окутывает невероятный запах свежей выпечки. На столе — две тарелки. На одной — еще теплое печенье, только из духовки. Ну, вы знаете: с шоколадной крошкой и орехами. А рядом — тарелка с… редиской. И тут вам говорят: редиску — ешьте, пожалуйста. Печенье — ни в коем случае.

Второй группе разрешили угощаться печеньем. А затем, когда обе тарелки опустели, всем предложили головоломку. Нужно было нарисовать определенные геометрические фигуры, не отрывая карандаша от бумаги и не проводя ни одну линию дважды. Попробуйте, например, так нарисовать куб. Не получится — задача неразрешима. Но настоящий вопрос был не в том, кто лучше ест редиску и кто лучше рисует фигуры. Речь шла о силе воли. Исследователей интересовало, как долго «редисочная» группа будет биться над невозможной задачей по сравнению с теми, кому досталось печенье.

Можно было бы предположить, что «редисочная» группа продержалась дольше — все-таки витамины. Но нет. Те, кому досталось печенье, продержались более чем вдвое дольше и предприняли почти вдвое больше попыток, чем те, кому пришлось довольствоваться редиской. Исследователи объясняют это так: сопротивление печенью израсходовало бóльшую часть волевого ресурса. Выходит, сила воли — вроде аккумулятора смартфона: чем больше энергии мы тратим на сопротивление, тем меньше остается на все остальное. «Редисочная» группа подходила к головоломке уже на разряженной батарейке. «Группа печенья» — с полным зарядом.

Впервые я прочитал об этом эксперименте в статье моей коллеги Терезы Бойерляйн для Krautreporter— я тогда был ее редактором. Тереза подробно разбирала связь между сахаром и силой воли, а заодно — от чего еще зависит волевой ресурс и можно ли его натренировать.

После публикации результатов эксперимента в конце 1990-х ученые изменили точку зрения на силу воли. До этого она считалась чертой характера: либо есть, либо нет. Но теперь выходило, что на нее можно влиять. Внимание быстро сосредоточилось на сахаре. Мозг, как мы уже знаем, потребляет его в огромных количествах. Любая энергозатратная задача — волевое усилие, сосредоточенная работа, жаркий спор — физически изматывает и роняет уровень глюкозы в крови.

Одно исследование 2011 года показалось мне особенно изобретательным. Участники выполняли задания на самоконтроль — например, тест Струпа. Если вы с ним не сталкивались, поясню: на экране появляются слова — названия цветов, но напечатаны они другим цветом — скажем, слово «синий» красным шрифтом. Задача — назвать цвет шрифта, а не прочитать слово. Мозг спотыкается: время реакции растет, ошибок становится больше. После этого изматывающего задания одна группа получила напиток с сахаром, другая — такой же сладкий на вкус, но без сахара, плацебо. Затем обе группы получили новую серию задач, требующих пристального контроля над мышлением. Те, кто выпил сахар, справились заметно лучше. Глюкоза подкрепила способность к когнитивному контролю — а это один из надежных индикаторов силы воли.

Тереза обнаружила еще один фактор, влияющий на силу воли, — и, признаюсь, он застал меня врасплох. Но обо всем по порядку; сначала, как водится, эксперимент. Одна группа участников получила простое задание: вычеркивать все буквы «е» в тексте. Другая — задание куда сложнее, требовавшее максимальной концентрации и точности. Затем всем предложили новые задачи. И вот что поразительно. Если первое задание было легким, со вторым участники справлялись хорошо. Если первое было трудным — ошибок во втором становилось значительно больше. Но — и здесь начинается самое интересное — только у тех, кто был убежден, что сила воли ограниченна. Участники, которые в это не верили, справлялись одинаково хорошо с обоими заданиями.

Выходит, сила воли все-таки не аккумулятор смартфона. Она зависит и от внешних факторов — вроде сахара, — и от внутренних убеждений. Кэрол Дуэк, профессор психологии Стэнфордского университета6 и автор этого исследования, формулирует это так: сила воли — ресурс ограниченный, но только если вы верите, что он ограничен. Из этого вытекает и практический метод, который Дуэк подтвердила экспериментально. Ее тезис: любого человека можно подвести к мысли, что его волевой ресурс не так уж конечен. Чтобы это проверить, участникам