По ту сторону сознания. Нейронаучный подход в психотерапии - Андрей Владимирович Курпатов

«химера» «хорошей матери». После дополнительных обсуждений, касающихся возникновения этой идеи, Ольга осознаёт, что ею движет потребность в признании и любви. Она ждёт другого отношения со стороны детей, но вместо искренних отношений с ними со своей стороны она скрывается за ролью «хорошая мать» и, в свою очередь, винит детей в том, что они её не ценят, а она «хорошая мать».

В конечном итоге Ольга принимает, с одной стороны, своё желание почувствовать себя внутренне свободной, но понимает, что для этого ей нет нужды провоцировать детей на то, чтобы они её «выгоняли» из своей жизни. С другой стороны, Ольга осознаёт, что на самом деле хочет счастья своим детям и что, вероятнее всего, они так не думают, потому что она сама слишком заигралась в свою роль «хорошей матери».

Влияние на клиента. Ольга начинает осознавать, что зацикленность на прошлом и бессознательное стремление жить жизнью детей мешают ей самой – на самом деле она испытывает тревогу перед той «самостоятельной жизнью», о которой она мечтает на сознательном уровне. Она видит, что её «хорошесть» – это на самом деле лишь «маска», скрывающая и её истинные желания, и её страхи. Терапевт показывает ей, что её попытки наладить отношения с детьми, требуя от них признания её заслуг, лишь усугубляют конфликт.

Ольга осознаёт, что ей надо не бороться за виртуальный приз «Хорошая мать», а действительно понять, что значит для неё «жить своей жизнью» и что на деле позволит ей удовлетворить её желание самореализации. Ольга начинает понимать, что, лишь приняв саму себя со всеми своими внутренними противоречиями, она сможет наладить отношения с детьми, поскольку её дети, на самом деле, ждут от неё не мнимой жертвенности, а искренности её любви.

Клиент. Наталья, 17 лет, говорит, что хочет стать психологом, испытывает, как она их называет, «экзистенциальные страхи» (фобии метро, солнца и т. п.). В беседе с психотерапевтом Наталья пытается показать себя компетентной, всё понимающей, интеллектуализирует свои переживания, но постепенно признаёт, что её поступки достаточно иррациональны и что она не может избавиться от своих страхов самостоятельно. Складывается впечатление, что Наталья, формально желая избавиться от своих страхов, при этом как будто бы заворожена ими, и её самостоятельные попытки «разобраться» со своими страхами приводят лишь к усилению тревоги.

Действия терапевта. Терапевт, выслушав описание девушкой её фобий, показывает ей абсурдность её страхов, обьясняя, что она боится того, чего в принципе невозможно бояться (например, что она «не выберется из вселенной»). Он показывает Наталье, что она зациклена на своих страданиях и что попытки понять их логически лишь заставляют её всё больше в них погружаться. Но при этом Наталья как будто даже боится лишиться своих «загадочных переживаний», словно бы они ей зачем-то нужны на подсознательном уровне.

Терапевт демонстрирует Наталье, что её интеллектуализация – это на самом деле вовсе не поиск решения, а лишь способ «оправдать» нерешительность: девушка боится показаться недостаточно компетентной в процессе обучения на психолога и потому всячески оттягивает момент решения о выборе вуза; кроме того, она боится и отношений с молодыми людьми, потому что они, как ей подсознательно кажется, не будут ценить её (учитывая её небольшой собственный опыт и опыт отношений между родителями).

Терапевт помогает Наталье увидеть, что за её «художественностью» скрывается бессознательное стремление идентифицировать себя как «особенную», пусть и через призму своих страданий. С помощью «химеры» «уникальных страхов» Наталья спасает себя от того, чего она на самом деле боится – выйти в реальную жизнь, начать коммуницировать с людьми, не имея при этом гарантий, что они будут от неё в полном восторге.

Терапевт понимает, что в основе переживаний Натальи – подавленная, бессознательная сексуал ьность, которая проявляется, в частности, избыточными нереалистичными требованиями в отношении потенциального избранника. Однако Наталья ещё молода, неопытна и находится в плену тревог, чтобы в достаточной степени это осознать, поэтому соответствующие темы терапевт обсуждает не прямо, но так, чтобы девушка сама увидела, что на самом деле её беспокоят вовсе не «экзистенциальные страхи», за которые она держится как за спасательный круг.

Влияние на клиента. Благодаря совместной работе с психотерапевтом Наталья осознаёт, что её интеллектуальные игры со страхами не являются реальным способом справиться с ними, а лишь укрепляют эти страхи. Более того, Наталья начинает понимать, что подсознательно сопротивляется избавлению от своих страхов, и не хочет, чтобы её «вылечили», ведь это не только лишит её «уникальности», но и устранит препятствия перед поступлением в вуз, устройством личной жизни и др.

Наталья осознаёт, что подсознательно пытается сохранить свои «страхи» и «глубокие страдания» как своего рода способ самоидентификации, но таким образом делает себя ещё более уязвимой в отношении реальных жизненных проблем, которые её пугают по-настоящему. Теперь Наталье предстоит понять, что она может быть «особенной», но не потому что у неё какие-то «исключительные» страдания, а через реальные действия в реальном мире.

КЛЮЧЕВЫЕ ЗАДАЧИ ЭТАПА

Таким образом, на этапе работы с внутренним конфликтом психотерапевт, опираясь на результаты предыдущих этапов, помогает клиенту распознать противоречащие друг другу стратегии в его поведении, а также скрывающиеся за ними его истинные желания и потребности.

Мы показываем клиенту, как его бессознательные потребности – в безопасности, признании, заботе, восхищении – манипулируют его сознательными установками, создавая «химеры», которые являются тупиковой стратегией, которые не ведут к удовлетворению их действительных внутренних потребностей, а лишь усиливают страдание и дискомфорт.

На этом этапе мы фактически показываем клиенту его подлинные желания, помогая таким образом вступить в контакт, услышать «голос» своего бессознательного и даже в некотором смысле «вступать с ним в диалог». Только после этого клиент найдёт способ удовлетворить свои потребности, не нанося при этом вреда ни себе, ни своим отношениям с другими людьми.

Интеграция и принятие

На этапе интеграции и принятия мы помогаем клиенту перейти от борьбы с самим собой к пониманию себя и своих действительных потребностей, к формированию адаптивных стратегий, которые позволят ему удовлетворять его фактические желания через сознательное создание условий, в которых он сможет чувствовать себя по-настоящему хорошо.

В процессе мы добиваемся осознания, что внутренний конфликт – это не какая-то патология, а естественный результат сложного взаимодействия сознания и бессознательного. Мы помогаем клиенту избавиться от иррациональных, избыточных ожиданий, от нацеленности на невозможное и, с другой стороны, показываем, как можно адаптировать бессознательные стремления к реальным жизненным ситуациям: показываем пути, которые позволят человеку добиваться тех же психологических эффектов – безопасности, заботы, признания и т. п., – к которым он стремится, но в реальных жизненных обстоятельствах.

Мы не пытаемся