Парень подруги гинеколог. Кричи громче! - Полина Нуар

Полина Нуар

Парень подруги гинеколог. Кричи громче!

Глава 1

Врастопырку в гинекологическом кресле в ожидании великого врача — это просто унизительно смешно!

Холодный дерматин липнет к голым ляжкам.

Воздух кондиционера предательски дует прямо в промежность, создавая сквозняк.

Сжимаю бумажную простыню и смотрю в белый потолок с тревожным предчувствием.

Проклятье!

Чувствую себя слишком уязвимо.

Не дай Бог зайдёт кто-то незнакомой, а я тут в правильной позе. Готовая.

Аккуратно убираю ноги с держателей.

Ерзаю задницей по хиленькой салфеточке и сажусь на самый краешек кресла.

Плотно бедра соединяю.

Ширма, отделяющая меня от остального кабинета, легонько колышется.

Слышу тяжелые, уверенные… мужские шаги.

Зашибись!

Гинеколог-мужик!

— Добрый день, начнем осмотр, — бросает заученную фразу, а меня аж встряхивает.

Поворачиваю голову.

И время останавливается.

Сначала вижу накачанные руки, обтянутые врачебной рубашкой.

Потом широкие плечи, в которых угадывается спортивная фигура.

И наконец-то своего врача.

Ваня, блядь!

Это какой-то розыгрыш!

Потому что показывать свою киску парню лучшей подруги — странно и ненормально.

Мы только вчера вчетвером тусили на даче у Ленки.

Спорили том, есть ли жизнь на Марсе.

А, натягивая мясо на шампур, этот придурок пошутил про «глубокий захват».

Его коронный юмор, балансирующий на грани фола.

А сейчас Ваня стоит передо мной.

И в его глазах ни тени удивления.

Только эта его вечная, чуть нахальная, коварная улыбка.

— А-а-а-а-а-а! — из меня вырывается непроизвольный и душераздирающий вопль. — Ты⁉ Что ты здесь делаешь? — тараторю, хватаясь за край салфетки и прикрывая ею сомкнутые колени, словно это щит.

— Какого хрена⁈ Это розыгрыш⁈ Ленка подослала? Это вообще законно⁈

Ваня неспешно подходит к столу, зачесывая назад темную прядь волос.

Длинными пальцами пробегает по лоткам с инструментами.

Проверяет, на месте ли инструменты для осмотра.

— Викуся, — голос у него спокойный, вкрадчивый, как у удава, — проснись, я вообще-то гинеколог.

Ну не мой же!

Точнее мне известна профессия парня подруги.

Но чтобы попасть к нему на кресло — это какой-то сюр.

— Работаю в больнице третий год, если быть точным заведующим отделением.

— Заведующий? — мой голос срывается на фальцет. — Ты — заведующий вагинами⁈ То есть… Не то… Я имею в виду…

Ваня снова улыбается.

А я слишком хорошо знакома с улыбочкой этого парня.

— Не вагинами, а отделением амбулаторной гинекологии, — поправляет, нажимая на дозатор с антисептиком.

Жидкость звучно шлепается на его ладони.

И он начинает их натирать. Медленно.

Втирает между пальцами.

От этого зрелища меня бросает в жар.

— Давай, располагайся поудобнее, — говнюк коварно хмылится. — На сегодня ты моя заключительная пациентка, поэтому и поболтать можем во время осмотра, — шально подмигивает.

И мне в клитор стреляет.

Это пиздец какая неправильная реакция!

— Нет! — выпаливаю, чувствуя, как щеки пылают огнем. — Вань, послушай! Мне неловко! Ты не можешь… Ну, смотреть… туда! Это же странно! Мы вчера только вместе шашлык ели!

А сегодня он буквально должен засунуть мне голову между ног.

— Викуся, — натягивает первую латексную перчатку.

Звук такой, будто резина лопается о его кожу.

Маньячная улыбка гаденыша становится шире.

— Я каждый день вижу вагины — издержки профессии. Поверь, они у всех одинаковые. Размер, цвет, расположение — вариации, но суть одна. Для меня это как… — так мило куксится и кривит губы. — Ну, стоматолог смотрит зубы. Или Ленка, кстати, вчера жаловалась на зуб мудрости, а ты ей в рот заглядывала.

— Это не одно и то же! — почти истерично кричу. — Это абсолютно совсем полярные вещи! И потом… — замолкаю и меня бросает в ледяной пот.

Противно выступает на спине и ладонях.

Гинекологу Ване категорически нельзя смотреть на мою киску!

Потому что у меня там постыдный «сюрприз».

— Слушай, Вань, — перехожу на жалобный шепот. — Я лучше пойду и запишусь к кому-нибудь другому. К женщине. Исключительно к женщине.

Иван натягивает со щелчком вторую перчатку.

Поправляет зеркало на столике.

Его взгляд становится профессионально-холодным, но в уголках губ все еще прячется тот самый бес.

— Категорически нет, — заявляет голосом, не терпящим возражений. — Ты записалась ко мне. Осмотр должен быть проведен. В конце концов, Викуся, это медицина. Не драмкружок.

Ваня решительно приближается, а я вся сжимаюсь.

От парня такая сексуальная энергия исходит.

И снова чуть-чуть развожу бедра, создавая между нами барьер.

Но он подходит вплотную.

— Ты не можешь проводить осмотр! — выдавливаю из себя писк.

— Очень даже могу, Викуся, — уголок его губы дергается в полуулыбке.

Говнюк же не посмеет завалить меня на гинекологическое кресло для принудительного осмотра!

— Нет! — собираю в себе всю силу. — Потому что сверкать пилоткой перед парнем подруги — это дичь, — от возмущения потею и ерзаю на кресле.

Блядь!

Киска жадно пульсирует, требуя либо разрядки, либо покоя.

Если ещё немного посижу бездействуя, осмотр превратится в цирк.

— Неубедительно, Викуся, — прищуривается, а в глазах пляшут черти. — Давай, — его голос становится мягче, но в нем звучит сталь.

Ваня кивает на кресло и поправляет перчатку, натягивая ее на пальцы с такой смачной уверенностью, что у меня поясницу ломит.

— Раздвигай ноги!

Глава 2

— Ну что, Викуся, — голос Вани звучит совсем никак у приятеля по шашлыкам. — Долго мне ждать, пока ты сама решишься?

Говнюк не отстанет!

— Только… только быстро, — шепчу, чувствуя, как горло перехватывает спазм. — И чтобы без твоих идиотских шуточек, — шумно выдыхаю, уже сгорая от стыда за свой тайник в киске. — И не смей ничего говорить Ленке.

— Врачебная тайна, — он кивает с наигранной серьезностью.

Настоящий бес!

Аккуратно откидываюсь на спинку кресла.

Закрываю глаза на секунду, чтобы набраться смелости.

И с испанским стыдом укладываю ноги на держатели.

Чувствую себя распятой.

Потому что мои ноги разведены шире, чем мне когда-либо хотелось.

И самый центр моей вселенной выставлена на всеобщее обозрение.

Киска горячая, пульсирующая, влажная от пота.

Надеюсь, что от пота, прости Господи!

— Уютно устроилась? — спрашивает Ваня, и я слышу, как в его голосе прорезается хрипотца.

Сученыш стоит сбоку, сложив руки на груди, со своей коронной улыбочкой.

Оценивает фронт работ, будто перед ним не киска девушки, а какой-то экспонат в музее.

— Вань, — цежу сквозь зубы, — прекрати паясничать. Делай уже свое… дело.

— Дело так дело, — садится на крутящийся стул.

Металлические ножки скрежещут по полу, когда он подъезжает ближе. Вплотную.

Его мощные плечи между моими разведенными коленями.

Голова в каких-то тридцати сантиметрах от моего самого сокровенного места.

Чувствую его тепло.

Запах антисептика.

И чего-то мужского, от которого внутри все сжимается