Меж двух королей - Линдси Штрауб

— И это все? — спросила Тэмми, уже страшась ответа.

— Как только ты сделаешь свой выбор, ты скрепишь его поцелуем.

Тэмми моргнула. Ей придется поцеловать каждого из претендентов?

Аделаида, должно быть, заметила выражение ее лица, потому что сказала:

— Поцелуй — это только начало, Темперанс.

Конечно, так оно и было.

— Турнир будет проходить по определенной схеме, — продолжила Аделаида. — Будет три уровня состязания — один, основанный на силе, другой, основанный на обольщении, и третий, основанный на сердце.

Тэмми ждала подробностей. Ей уже не нравилось, к чему все идет.

— Первый этап прост: в нем участвуют только Каспенон и Роу. Они трансформируются и будут сражаться за твою руку.

Тэмми это совсем не понравилось.

— А потом?

— Оставшиеся претенденты проведут… демонстрацию.

— Демонстрацию чего?

— Своей… мужской силы.

Тэмми скрестила руки на груди.

— Мне нужны точные подробности.

Аделаида улыбнулась.

— Ты всегда такая с Каспеноном? Твоя настойчивость меня утомляет.

— Да.

Прекрасная василиск усмехнулась.

Тэмми только покачала головой.

— Подробности, пожалуйста.

Аделаида все еще улыбалась, когда сказала:

— Оставшиеся претенденты должны будут довести себя до оргазма в твою честь.

Тэмми непонимающе уставилась на нее.

— В мою честь? И в чем, собственно, смысл этого?

— Это должно впечатлить тебя. Мужчины, которые смогут закончить быстрее всех, больше всего подходят для брака с тобой.

— Быстрее всех? Разве не должно быть наоборот?

— Не в этом случае. Они будут ласкать себя при виде тебя; если им потребуется слишком много времени, чтобы кончить, тебе следует расценить это как оскорбление.

Тэмми было очень трудно осознать это. Но она предположила, что в каком — то извращенном смысле это имело смысл. Она не хотела бы быть с кем — то, кто не был бы возбужден ею. Тем не менее, она не могла представить себе группу мужчин, которые пялятся на нее и одновременно ласкают себя. Она была всего лишь женщиной.

— Ты сказала, что этапов три. Что происходит на последнем?

Теперь Аделаида замолчала. Но Тэмми уже знала, к чему всё идет. Ей следовало понять это в тот самый момент, когда турнир вообще был упомянут.

— Дай угадаю, — прошептала она. — Я должна буду заняться с ними сексом.

— Да, — просто сказала Аделаида. — Должна.

То, что эта новость ничуть не смутила Тэмми, было свидетельством её приобщения к культуре василисков. Её человеческая сторона, возможно, содрогнулась бы от этой мысли, но сторона василиска почти рычала от восторга. Теплое, густое предвкушение наполнило её нутро. Она подумала о ритуале — о том, как она трахалась с отцом Каспена в ладонях Коры.

— И как именно я должна это сделать? — спросила Тэмми.

— Мужчины выстроятся в ряд, и ты будешь принимать их одного за другим.

У Тэмми отвисла челюсть.

— Я должна трахнуть их всех подряд?

— Да. Мы делаем это так, чтобы тебе было легко определить, кто лучший. Это должно быть довольно просто.

Тэмми чуть не рассмеялась. Мысль о том, чтобы пройти через ряд из двенадцати мужчин, была нелепой. Ничего простого в этом не было. Но она понимала, почему Аделаиде это кажется логичным — как, в её представлении, оседлать один член за другим было лучшим способом проверить их ценность. Тэмми давно перестала пытаться найти разумное зерно в их обычаях. Теперь она просто принимала всё как есть и старалась не сойти с ума.

— Как только ты завершишь последний этап, твое сердце сделает свой выбор, — сказала Аделаида.

— Я выберу Каспена.

— Возможно. А возможно, ты выберешь кого-то другого.

— Как ты можешь так говорить?

— Турнир связан магией Коры — он призван раскрыть высшие истины, позволить судьбе идти своим чередом. Хотя результат технически определяется тобой, это не совсем твой выбор.

— Я не понимаю.

— Главный постулат культуры василисков заключается в том, что мы не можем лгать. Турнир заставит твое сердце раскрыть свою правду. Оно позовет того, кто подходит тебе лучше всего. Никто, даже ты сама, не может знать заранее, кто это будет.

— Ты хочешь сказать, что оно может воззвать к Роу.

— К Роу, к Аполлону, к любому из двенадцати претендентов. Возможно всё.

Тэмми не могла постичь, как её разум может желать победы Каспена, в то время как её сердце может позвать кого-то другого. Что, если оно позовет Лео? Но Лео даже не был василиском — он не жил под горой; он вообще не был частью турнира. А может, и был. Она любила его, она была связана с ним, и сейчас они должны были покончить с этим. Возможно, эта связь потянет её к нему.

Прежде чем храбрость оставила её, Тэмми спросила:

— Может ли сердце позвать того, кто не является василиском?

Аделаида внимательно посмотрела на неё.

— Я… не знаю.

Страх поселился в животе Тэмми. Наверное, ей не стоило этого спрашивать.

— Я понимаю, что это может казаться тебе пугающим, — сказала Аделаида. — Но для нас это торжественное событие. Это будет первый турнир за десятилетия. Все с нетерпением его ждут.

Все, кроме Тэмми.

— Темперанс, — мягко сказала Аделаида. — Тебе нечего бояться.

Но, конечно, было чего. Тэмми боялась абсолютно всего. Если смысл турнира в том, чтобы раскрыть высшие истины, то для Тэмми не было худшего времени для их раскрытия. Она хранила слишком много секретов, держала в руках слишком много жизней.

Прежде чем Тэмми успела спросить что-то еще, рядом с ней появилась Кипарис.

— Адди, — сказала она. — Вот ты где.

Её взгляд упал на Тэмми.

— Ты не против, если я заберу её ненадолго? Я сразу же её верну.

— Конечно. — Тэмми махнула рукой. Она и так слишком долго задерживала Аделаиду.

— Идите. Развлекайтесь.

Кипарис просияла. Аделаида в последний раз ободряюще улыбнулась Тэмми и исчезла в толпе. Тэмми ничего не оставалось, кроме как бродить по пещере в одиночестве, попивая эликсир и наблюдая за празднеством. Она была окружена василисками, все они касались друг друга, все стонали в коллективном вожделении.

В конце концов этого стало слишком много. Слишком много тел, слишком много звуков. Тэмми шла, пока не дошла до озера, издав вздох облегчения в тот момент, когда её ноги коснулись воды. Чем глубже она заходила, тем дальше распространялось облегчение. В итоге она поплыла вдоль края озера, минуя гроты, сгрудившиеся по периметру. Тэмми не нужно было заглядывать внутрь, чтобы услышать, что они заняты.

К тому времени, как она добралась до пустого, её руки начали уставать. Настала тишина, когда она достигла зияющего входа. Мгновение спустя её ноги коснулись камня, и она вышла из воды на толстый слой мха. Грот был высоким; она могла легко стоять, там было много