Печать безумных. Безымянные - Екатерина Ивановна Гичко

пустынному проулку. Солнце щедро обливало мостовую светом, с двух сторон поднимались стены жилых домов, но стояли они так близко, что крыши-то особо взглядом не окинешь. Пока Нарий и Ёрих переругивались, она осмотрела окна верхних этажей и слегка замедлила шаг. Если бы она за кем-то охотилась, то выбрала бы место для засады, похожее на это. Ряды домов плотно примыкают друг к другу. Если стрелять с кровли, то можно потом уйти от погони по крышам.

«Просто пристрелить тебя не вариант, — прицокнул Иррес. — Кто-то должен забрать печать. Засаду следует ждать не сверху, а вни…»

Короткий свист, Лирка резко отпрыгнула и нырнула под прикрытие дверного козырька. Арбалетный болт звякнул о камни, Нарий и Ёрих бросились в разные стороны. Ещё два коротких свиста, металлическое цоканье и тишина. Лирка бросила взгляд на прижавшихся к стене товарищей и лихорадочно осмотрела окна и видимую часть крови стоящего напротив дома, опасаясь, что стрелки могут быть и там.

— И часто тут такое? — тихо спросил Ёрих, напряжённо шныряя по округе глазами.

— Где там твои охранники, а? — Нарий осторожно выглянул из-за угла и тут же нырнул назад. Арбалетный болт по прямой прошёл вдоль стены и воткнулся в стык между камнями.

— Куда-то исчезли.

— Очень вовремя! — оценил блондин. — Именно сейчас они решили дать тебе побыть наедине с друзьями.

— Похоже, только там засели, — Ёрих глазами указал на край крыши над головой. И одними губами предложил: — Высадим окно и пройдём насквозь?

Нарий кивнул. Стянув зубами перчатку, рыжий осторожно потрогал оконную раму и поманил Лирку.

— Давай тихонько своей волшбой.

Кивнув, женщина вдоль стенки подобралась ближе и потянулась к раме. В следующую секунду — одну-единственную секунду — всё смешалось. Ёрих круто развернулся к Лирке, вскидывая нож и оскаливаясь. Нарий страшно зарычал и бросился к ним с искривившимся от ярости и страха лицом. Едва слышный звук рассекаемого воздуха, и рыжий оборотень страшно захрипел и забулькал, потянувшись к торчащему из горла ножу. Дотронуться не успел. Подоспевший Нарий схватил его за вскинутую руку и дёрнул на себя, но, увидев торчащую в горле рукоятку, в ужасе распахнул глаза.

— Ёрих!!! — взвизгнула Лирка и метнулась к другу, но вместо этого забилась в чьих-то руках. — Пустите-пустите!

Пелена ужаса накрыла сознание, когда Ёрих рухнул на мостовую и задёргался, засучил ногами и, выронив нож, начал шкрябать ногтями себя по шее. Оцепеневший Нарий словно в изваяние превратился. На его лице были написаны ужас и непонимание.

«Стой! — рявкнул Иррес. — Посмотри на его руки!»

Боль сдавила горло, и Лирка отчаянно захрипела.

— Всё хорошо, хорошо!.. — лихорадочно шептал кто-то на ухо.

«Лиркая, приди в себя! — рыкнул уже господин Наэш. — Посмотри на его руки!»

Голос рассудительного бывшего хайрена слегка привёл Лирку в чувство, и она заскользила рассеянным, мутным от ужаса взглядом по рукам убитого. Левая рука была всё ещё в перчатке, а вот правая…

«Ноготь! — обратил её внимание Иррес. — Ноготь на безымянном пальце!»

Лирка посмотрела… и ощутила, как отступает ужас. Её всё ещё лихорадило и колотило, но разум стремительно прояснялся. Ногти у Ёриха были широкие, крупные. На безымянном пальце по центру ногтевой пластины полосой шёл бугор. Когда-то оборотень сломал ноготь, но тот вместо того, чтобы почернеть и отпасть, сросся, и вот спустя уже много лет его продолжал украшать роговой нарост.

Но сейчас его не было.

— Не… н… — Лирка с трудом проглотила застрявшие в горле слова. — Не он…

Нарий вскинул на неё обезумевший непонимающий взгляд.

— Ноготь…

Блондин растерянно посмотрел на руку убитого и оцепенел. Пару секунд он стоял неподвижно, а затем резко присел, торопливо перевернул тело и задрал мундир и рубаху на спине. Родимого пятна в виде куриной лапки на пояснице не было. Стон облегчения одновременно сорвался с губ Лирки и Нария.

— Это не Ёрих, — женщина нервно рассмеялась.

— Уверена?

Опомнившись, Лирка наконец сообразила, что её держат едва ли не на весу, и удивлённо посмотрела на хайнеса, к груди которого была прижата спиной. Собранный и серьёзный, он успел оттащить её под дверной козырёк и прислушивался к чему-то.

— Господин, мы закончили, — донеслось откуда-то с крыши.

— Так ты уверена? — повторил вопрос хайнес.

— Я… Да… У Ёриха есть очень приметное пятно на спине и… ноготь на пальце…

— Да и пальцы по форме не совсем Ёриховы, — Нарий сосредоточенно осматривал тело. — То-то он с утра в перчатках ходит. Но… — мужчина нервно сглотнул и запустил пальцы. — Где настоящий?

Лирка увидела его испуганно бегающие глаза, и страх Нария передался ей.

— Вчера он точно был настоящий. Перед тем, как уйти пить, он мылся, и я видел его спину с пятном, — вредитель растёр лоб. — Мне надо вернуться. Боги, почему я не заметил?

А что, если Ёриха уже убили?

«Живой он им вряд ли нужен», — заметил Иррес.

«Помолчи», — попросил господин Наэш.

— Вон они!!!

Вопль прокатил по всей улице, и вскинувшаяся Лирка увидела растрёпанного и запыхавшегося Мхяна. А рядом с ним Ёриха!

— Ёрих, — задыхаясь от радости, прошептала женщина. — Ёрих!

Узнать его можно было только по рыжим волосам. Опухшая физиономия посинела, и правая её сторона была больше левой. Он ощутимо хромал, а правая рука болталась на перевязи. Увидев Нария, оборотень остановился и начал орать на всю улицу:

— Сухляда ты долбанная!!! Друг ещё называется! Какого Хрибного ты без меня уехал⁈ Я едва до таверны доволокся, а он уже лапы смыл! Засни ты ещё рядом со мной! На башку твою золотую горшок ночной наверну! Жрало тебе в задницу!

По лицу Нария расползлась дурашливая улыбка, и он, упёршись ладонями в колени, затрясся от хохота.

* * *

[1]Сарѐн (женский титул сарѐна) — один из титулов Салеи. Почти то же самое, что граф, но со своими особенностями. Является господином какого-либо региона.

Глава 32

Переменчивая химера

— Чего ржёшь⁈ — ещё сильнее разъярился Ёрих. — Мхян болтает… Ох ты ж Хрибный! — рыжий наконец заметил труп и изумлённо распахнул рот. — Надо ж, истинно как я…

— Вот это да! — восторженно выдохнул Мхян, во все глаза рассматривая убитого.

— Ты уверена, что это твои сослуживцы?

Лирка растерянно посмотрела на хайнеса, который с подозрением оглядывал и Мхяна, и избитого Ёриха, и Нария. Последний на всякий случай отступил и тут же предложил:

— Спроси нас о чём-то, о чём можем знать только мы, — голос его всё ещё подрагивал от облегчения.

Сложно было выудить из каши в голове что-то дельное. Даже Иррес не помогал, спрятался из-за