Печать безумных. Безымянные - Екатерина Ивановна Гичко

Она чувствовала, что тот будто в чём-то их подозревает. Но она и сама подозревала друзей невесть в чём, глядя на их лица. Настолько серьёзно они ругались один-единственный раз.

— Торопишься сбежать от меня? — Узээриш возмущённо на неё посмотрел.

— Я хотела бы успеть проводить их и вернуться к сыну, — появилось поганое ощущение, что она прикрывается ребёнком.

— Сбегаешь, — убеждённо заявил хайнес. — Ладно, идите. С тобой мы увидимся завтра. И хватит сбегать от охраны! Я им из-за тебя жалованье урежу.

— Я не сбегаю, — уверенно соврала Лирка. — Я их даже не вижу.

— Прочь с глаз моих, врушка, — отмахнулся от неё Узээриш, и женщина, поспешив подхватить товарищей под руки, заторопилась к воротам.

Риш проводил троицу подозрительно прищуренным взглядом и приобнял Саврия.

— А позови-ка мне одного из моих охранников.

— Зачем? — увы, Саврий не был тем подчинённым, который исполнял приказания без вопросов.

— Одежда мне нужна, прогуляться хочу. А эта, — хайнес ткнул в чёрный кафтан, — лишком заметна.

— У вас полно дел, — холодновато напомнил подчинённый. — Вы и так потратили кучу времени на какую-то хриппуту.

— Не какую-то, а единственную во всей Салее!

— Вы могли отправить любого подчинённого на переговоры, а не сами ехать.

— Любого на переговоры с Маришем? — ехидно вскинул брови Узээриш. — Кто-то из этих надменных снобов ляпнет ему что-то, а мне потом тратить недели и месяцы, чтобы снова с ним договориться?

— Отправили бы кого-нибудь из молодых. Из недавних выпускников дипломатического корпуса. Они ещё не зазнались.

— Чтобы он их сожрал. Уехал гонец и сгинул!

— Здесь нужно было поговорить только с госпожой Лоэзией.

— А она почти дочь Мариша. Он за своего птенчика обидчика с сапогами сожрёт, даже если ноги немытые.

— У вас не было никакой необходимости для поездки…

— Саврий, — Риш проникновенно посмотрел на помощника, — кого ты так не любишь, что хочешь отправить его сюда? Скажи мне. Я, может, его сам закопаю для тебя.

— Господин, нам опять придётся работать до глубокой ночи. Я скоро сам стану тем, кого закопают. И вам придётся отмазать мою супругу в благодарность за мою хорошую службу.

— Вот и иди сегодня домой пораньше. Позови только кого-то из охранников. Я знаю, дядя сказал тебе пароль для общения с ними.

— Господин… — устало начал Саврий.

— А если не скажешь, я одолжу одежду здесь, в этом гостеприимном доме, и всё равно пойду погуляю. И потом всю неделю буду ходить по бабам, а ты останешься дохнуть над кипами документов в одиночестве. Как тебе?

Саврий раздражённо стиснул зубы.

— Что у вас произошло? — зашипела Лирка, когда они уже хорошо удалились от дома главного мага хайнеса.

— Да этот себе в голову что-то вбил! — Нарий раздражённо фыркнул, не глядя на Ёриха. — Сам надумал, сам обиделся.

— А то я не заметил! — с тем же раздражением и также не глядя на друга вторил Ёрих. — Мнишь себя выше других, а всего-то и чести, что в знатной семье боги подарили удачу родиться. Меня достало твоё презрение.

«А где сухлядь, скляда и другие достойные определения для близкого друга?» — удивился Иррес.

Действительно. Ёрих обычно не стеснялся обложить Нария так, что у того лицо красными пятнами от злости шло. Неужто так сильно обиделся?

— Так, говорите, с чего началось? — потребовала Лирка.

— Мне откуда знать? — вызверился Нарий. Всё его напускное спокойствие слетело, как вуаль при порыве сильного ветра. Сразу стало заметно, как его злит ситуация. — Он как баба отмалчивается. Мол, дорогой, догадайся сам, где я решила, что ты меня обидел.

Ноздри Ёриха яростно дрогнули, но на провокацию он не повёлся. Продолжил презрительно отмалчиваться. Только крепче стиснул руки в перчатках.

— Я вас сейчас обоих обездвижу и оттаскаю за волосы, — пригрозила Лирка.

«Может, они выпили, и Нарий спьяну позволил себе какое-то высокомерное высказывание о происхождении Ёриха?» — предположил господин Наэш.

— Вы пили?

— Я не пил. А этот в последнюю ночь пути нажрался как свинья, — Нарий недовольно посмотрел на Ёриха. — Едва заполз в комнату, которую мы в трактире сняли, и уснул прямо в корыте для умывания.

«Ну это на Ёриха похоже», — хохотнул Иррес.

— Сам ты свинья… высокородная! — вскинулся Ёрих.

— Ты ему что-то сказал? — Лирка посмотрела на Нария.

— Ничего такого, чего не говорил бы раньше, — тот действительно не понимал, в чём проблема. — Может, ему приснилось что-то. Мы куда идём?

— А? — Ёрих недовольно на него посмотрел. Рыжий шёл немного впереди и задавал путь. — Пожрать мы идём. Я этими плюшками не наелся.

— Так чего от обеда отказался? Предлагали же.

— А я не благородный, чтобы с всякими там вилками-ножами вошкаться!

Лирка нахмурилась. Ёриха откровенно несло, и он не хотел признаваться, что же его так задело. Разница в происхождении была извечной темой для шуток и подколов между Ёрихом и Нарием, но они никогда из-за этого не ссорились. Они ссорились-то серьёзно, вот как сейчас, один раз, когда Нария лишили жалования за поход на территорию Хоётора без приказа командира. Знал об этом только Ёрих, вот Нарий и решил, что тот его сдал. Рыжий жутко обиделся. Потом выяснилось, что возвращение вредителя засёк кто-то из часовых. Нарий запихнул гордость куда подальше и извинился, Ёрих на него наорал, после чего они первый раз вместе напились.

— Чего ты взбеленился⁈ — Лирка требовательно дёрнула Ёриха за рукав.

— Это наше с ним дело, — насупился тот.

— Это наше общее дело!

— Ты лучше скажи, чего за тобой охрана хайнесова ходит? — ловко перевёл тему вредитель.

— Вот да… — начал было Нарий.

— Вы с темы-то не соскакивайте…

— Лирка, мы правда сами разберёмся, — поморщился блондин. — Что у тебя произошло?

— Хоёторцы у меня произошли, — поморщилась женщина. — Сюда за нами приехали. За печатью охотятся.

— На тебя нападали? — обеспокоился Нарий и тут же поспешил прикрыть женщину собой.

— Пытались. На территорию храма Ваирака не так просто пробраться.

— Вот прилипалы, — сплюнул Ёрих. — Ты печать-то с собой носишь?

— Куда она её теперь от себя денет? — Нарий зыркнул на него.

Сегодня Лирка проснулась и обнаружила, что печать переползла на повязку на боку. Видимо, её приманила кровь. Иррес заверил, что вампирскими замашками артефакт не обладает, просто любит ощущение тока жизни.

— Хватит ко мне цепляться, — прорычал Ёрих.

— Прекратите уже!

«Лирка, — голос Ирреса зазвучал напряжённо. — Я что-то хайнесовых охранителей не чую. Мне они не нравятся, но странно, что они пропали, а мы от них ещё не сбегали».

«Так мы ещё у Вотых их сбросили», — напомнила Лирка.

«А у дворца они вновь привязались».

Женщина невольно напряглась. Шли они, как назло, по