На погребенных углях - Келли Коув

Глаза сами закрываются. Сквозь сон я слышу, как открывается дверь. Рохан осторожно укладывает меня на постель из мехов. Его запах окутывает меня со всех сторон. Я поворачиваюсь на бок и, зарывшись лицом в мех, мгновенно проваливаюсь в сон.

— Подожди. — Я вдруг пытаюсь сесть, но комната тут же плывёт перед глазами. — Я хочу попробовать тебя на вкус.

— Что?

Я тянусь к штанам Рохана, и он со смехом накрывает мою руку своей.

— Я хочу попробовать тебя на вкус, Рохан. Я уже касалась тебя, теперь хочу попробовать. Вот здесь. — Я кладу ладонь ему на твёрдый член. — Мм… Такой большой. Можно? Пожалуйста?

Он стонет, но в этом стоне больше муки, чем удовольствия.

— Утром, Алара. Ты слишком много выпила. Не проси меня так.

— Я в нормеее.

Он смеётся и осторожно укладывает меня обратно.

— Для меня важно всё, что ты говоришь. Но для таких решений у тебя должна быть ясная голова. — Он целует меня в лоб. — Спи. Завтра нам собираться в дорогу.

— Хорошо, — зеваю я.

Рохан уже собирается уйти, но я ловлю его за руку.

— Ты куда?

— Нужно поговорить с Доркином. Он получил письмо.

— Об Играх?

— Пока не знаю. Он сказал, что это срочно.

— И ты вернёшься? — Я приоткрываю один глаз, замечаю волосы, всё ещё обёрнутые вокруг его запястья, и улыбаюсь.

Он их не снял.

— Конечно.

— Ты меня не оставишь?

— Я оставлю тебя себе. Навсегда. — Он на мгновение замолкает. — Что бы ни случилось. Ты всегда будешь моей. А я — твоим.

Я довольно мычу.

Мне нравится это слышать.

— Мне понравился этот праздник, — бормочу я. — Сегодня мне не было страшно. И ты был рядом. — Я с усилием открываю глаза. — С тобой всё становится лучше… Так что возвращайся поскорее, ладно?

Его пальцы ласково скользят по моей щеке.

Сон уже затягивает меня, и я не понимаю, действительно ли слышу его голос или он мне снится.

Но слова звучат отчётливо.

— С тобой всё тоже становится лучше.

Я стону и переворачиваюсь на другой бок. Голова раскалывается, каждый вдох отдаётся болью. Кто-то облизывает мне лицо, маленькие коготки скребут по коже. Я отмахиваюсь от Спаркса, чувствуя, что меня вот-вот вырвет.

— Только не сейчас, — жалобно бормочу я, натягивая мех до подбородка и заходясь кашлем. — Спаркс…

Я снова недовольно ворчу, когда он рычит в ответ.

Надо было оставить его в пещере.

Я нащупываю рукой волосы Рохана, обёрнутые вокруг моего запястья, но их нет.

Странно.

Я с трудом разлепляю глаза. Спаркс начинает покусывать кончики моих пальцев, и, тяжело застонав, я сажусь. Откидываю с лица выбившиеся из косы пряди и уже собираюсь отчитать дракончика, как замечаю дым, просачивающийся из-под занавески.

— Рохан?

Я оборачиваюсь к постели Рохана, собираясь разбудить его, но она пуста. Спаркс жалобно скулит. Я подхватываю его на руки, выбираюсь из кровати и отдёргиваю занавеску.

Передняя часть хижины объята пламенем.

О боги.

— Рохан?! — зову я, прикрывая рот ладонью, чтобы не закашляться. Заглядываю в купальню, но и там никого.

Где он?

— Идём, Спаркс. Нужно уходить.

Я бросаюсь к задней двери, крепче прижимая его к себе, но дверь распахивается раньше.

— Не входи! Тут пожар!

Я осекаюсь.

На пороге стоит человек.

В руке у него окровавленный нож.

— Что…

— Ты идёшь с нами.

— Ч-что вам нужно? — Я лихорадочно оглядываюсь, ища путь к бегству.

— Ты. Пошли. Сейчас.

Он протягивает ко мне руку.

Я не двигаюсь.

— Не усложняй.

— Думаю… вы ошиблись. — Я морщусь: жар пламени уже обжигает меня.

— Как хочешь.

Он бросается на меня.

Я вскрикиваю и шарахаюсь назад. От неожиданности Спаркс выскальзывает у меня из рук.

— Беги! — кричу я ему.

Мужчина надвигается на меня с занесённым ножом. Я пятюсь в глубь горящей хижины. Огонь трещит и шипит, жадно пожирая дом Рохана. Я вскидываю руки, пытаясь защититься. Краем глаза замечаю, как Спаркс обегает мужчину.

Это мужчина. Высокий, широкоплечий. Руки покрыты татуировками. Из-под тёмного капюшона виднеется борода.

— Ч-чего ты хочешь? — спрашиваю я.

Он не отвечает.

Снова бросается вперёд.

Я кричу и отскакиваю, прячась за низким столом. Хватаю кружку и швыряю в него. Он с лёгкостью отбивает её, глухо рычит и продолжает наступать. Я делаю вид, что бросаюсь влево, а потом резко сворачиваю вправо, к задней двери. Он покупается на уловку.

Я бросаюсь к выходу и на ходу подхватываю Спаркса.

В следующую секунду тяжёлое тело валит меня на пол.

Я вскрикиваю, неудачно падая на руку, и отчаянно пытаюсь вырваться, пока боль волной расходится по всему телу.

Меня переворачивают на спину. Я царапаюсь изо всех сил и всё-таки задеваю ему лицо. Краем глаза замечаю занесённый нож и отворачиваюсь, крепко зажмурившись. По щекам текут слёзы. Но прежде чем удар успевает опуститься, раздаются рык и пронзительный визг. Я резко поворачиваю голову.

Спаркс вцепился зубами в руку, державшую кинжал. Клыки глубоко вошли в плоть, по запястью мужчины струится кровь. Дракончик рычит и яростно трясёт головой. Мужчина вопит, роняет нож и второй рукой пытается оторвать Спаркса. Но тот не разжимает челюстей. Я продолжаю отбиваться, отчаянно лягаясь, и наконец мужчина заваливается набок, всё ещё пытаясь стряхнуть с себя маленького дракона. Он осыпает его ругательствами, кровь льётся всё сильнее.

— Отвали от меня, блядь! — орёт он и со всей силы бьёт Спаркса.

Потом ещё раз.

И ещё.

Маленькое тельце безвольно обмякает.

— Спаркс! — кричу я.

Мужчина с размаху швыряет его через всю комнату, прямо к пылающей стене.

Он не шевелится.

— Нет!

Я бросаюсь к нему, падаю на колени и подхватываю его на руки. Слёзы застилают глаза, огонь обжигает кожу. За спиной слышатся тяжёлые шаги и хриплое дыхание. Я резко оборачиваюсь, ещё крепче прижимая дракончика к груди.

— Ты его не тронешь! — кричу я.

Увернувшись от его руки, бросаюсь к валяющемуся на полу кинжалу, не выпуская Спаркса. В ту же секунду мужчина грубо хватает меня за волосы. Голова дёргается назад, но я успеваю схватить нож и вслепую всаживаю его в нападавшего.

Он вскрикивает.

Я разворачиваюсь и снова вонзаю нож ему в живот.

Раз.

Другой.

Третий.

Я кричу, прижимая к себе Спаркса и изо всех сил стараясь вырваться.

Мужчина пятится. Потом грузно оседает на пол. Под ним быстро растекается кровь.

Я стою, не в силах пошевелиться. Рука с ножом всё ещё вытянута перед собой. По пальцам стекает кровь. В следующую секунду меня сгибает пополам от кашля. Дым становится таким густым, что вокруг почти ничего