Скованная сумраком - Паркер Леннокс

— Это огромный континент. Такой набор навыков точно поможет с ориентацией на местности, — ответил Ретлин, хотя его лоб все еще был изрезан складками недоумения.

— И как мы вообще туда доберемся? — Эффи снова плюхнулась на стул.

— У меня теперь есть свой Вёрдр. Прямо перед встречей Эаскат признал меня. — Мира попыталась скрыть улыбку, но та все равно прорвалась.

Ретлин бросил на нее гордый взгляд.

— Превосходно, Мира…

— Меня больше беспокоит, почему Уркин вдруг это поддерживает, — перебил его Терон. — Утром он был готов арестовать нас всех.

— Что-то изменило его решение, — Векса не сводила с меня глаз.

— Что бы это ни было, — голос Терона стал жестким, — это должно стоить риска нашими жизнями. Не все из нас обладают роскошью срываться на тайные миссии, когда вздумается, и скрывать все от остального отряда, — он впился в меня взглядом.

Эфир сдвинулся, тени под его кожей заколыхались, словно живые, он шагнул навстречу Терону. Воздух вокруг него будто застыл, и когда он заговорил, в его голосе прозвучала жестокость, которой я прежде никогда не слышала.

— Ты больше никогда не будешь так с ней разговаривать.

Угроза в его словах заставила пульс участиться, и я не была уверена, от страха ли это или от чего-то совсем другого.

Все в помещении замерли. Даже Терон, казалось, утратил прежнюю браваду, и на его лице проступило растерянное недоумение.

— Эфир, — осторожно сказала Векса, — что с тобой происходит?

Все взгляды обратились ко мне, вопросы жгли глаза. Правда тяжело лежала на языке, но слова никак не хотели складываться.

Золотые глаза Эфира нашли мои, в них была такая напряженная сосредоточенность, что сердце сжалось в груди. Он ждал моего решения — раскрыть все или оставить это тайной. Но мой разум словно застрял в тумане.

— Фиа? — голос Вексы утратил остроту.

Я открыла рот и тут же закрыла его. Растянулась мучительно долгая тишина.

— Им нужно знать, — тихо сказал Эфир, и все же в его тоне звучало понимание моего колебания. — Она — дочь принца Андриэля Вальтюра, — сказал он наконец, без пафоса, но весомо. — Наследница трона Умбратии.

— Как это возможно? — голос Вексы надломился. — Принц Андриэль умер от болезни, не оставив наследников, еще до того, как успел жениться.

— Нет, — взгляд Эфира стал острым. — Это была версия для публики. В тот день, когда горел Рифтдремар, мы с Уркином были вместе. Когда принц отказался уходить, — его челюсть напряглась. — В отчетах указано, что за несколько месяцев до этого он жил на оба мира. За девять месяцев до ее рождения.

Комната замерла, когда понимание прокатилось по ней волной. Сердце грохотало в груди, пока я наблюдала, как меняются их лица, растерянность уступала место шоку.

— Запретная связь, — выдохнул Рейвен. — Между мирами.

— В тебе обе крови, — сказала Векса, глядя на меня по-новому. — Аосси и Кальфара.

— Да, — подвел итог Эфир.

— Как давно вы знаете? — спросила Векса, почти шепотом. Вопрос, казалось, был обращен к нам обоим.

— С утра, — Эфир снова посмотрел на меня, и в его глазах мелькнула мягкость.

— Вот почему Уркин… — Ретлин не договорил, но на его лице проступило понимание.

— Ты выше его по статусу, Фиа, — выдавила Эффи едва слышно.

— Так как нам теперь тебя называть… Принцесса? — Ретлин нахмурился, его взгляд скользнул по комнате, будто ища подтверждение этой мысли.

— Конечно нет, — сказала я слишком поспешно, и уверенности в голосе было меньше, чем хотелось бы. — Я все еще я. Фиа… просто Фиа.

— Теперь Совет будет вынужден тебя выслушать, — сказала Мира. — После нападения Валкана на наследницу трона…

— Если они в это поверят, — перебил Терон, и прежняя враждебность исчезла из его голоса. — Это меняет все.

— Это ничего не меняет, — слова сорвались резко. И вдруг я почувствовала, что снова могу двигаться, дышать. Я поднялась со стула и вышла в центр комнаты. — Нам все так же нужно попасть в Рифтдремар. Нам все так же нужно найти этот арканит. Мое происхождение не делает нашу миссию менее срочной.

— Нет, — тихо сказал Эфир. — Но оно дает нам преимущество, которого раньше не было, — его золотые глаза встретились с моими через всю комнату. — А сейчас нам нужно любое преимущество, какое только возможно.

Рейвен шагнул ко мне, и в его взгляде, несмотря на тяжесть, все еще вспыхнуло то самое знакомое лукавство. Он едва заметно кивнул в жесте одновременно игривом и серьезным.

— Ну что ж. Тогда пойдем украдем немного арканита.

 

Конюшни гудели, словно натянутая струна: повсюду мелькали тела, спешащие подготовиться к путешествию в Рифтдремар. Рядом с Вексой стояла женщина в доспехах Стражницы, с темными волосами, туго стянутыми в строгий хвост. На груди у нее поблескивал знак Умбры. Представившись Данникой, она коротко кивнула. Рядом с ней переминался с ноги на ногу худощавый мужчина в мантии Архивариуса, выглядевший откровенно неуютно среди Вёрдров. Когда Векса представила его как Тамира, он слегка поклонился.

— Так, — сказала Векса, оценивающе оглядывая новичков. — Данника, ты летишь со мной. Тамир… — она бросила взгляд на оставшихся Вёрдров.

— Он может лететь со мной, — предложил Ретлин, хотя выражение его лица ясно давало понять, что восторга он не испытывает.

Рядом со мной нетерпеливо фыркнул Триггар, зашуршав крыльями. Остальные Вёрдры тоже выглядели беспокойно: Нира била копытом по земле, а Драуг и Раскра переступали с места на место.

Я заметила, как изменились позы Данники и Тамира, когда я подошла ближе: как они выпрямились, как их взгляды на мгновение опустились, прежде чем вновь встретиться с моим. Жесткая собранность Стражников смягчилась до чего-то, похожего на почтительность, а нервная суетливость Тамира перетекла в осторожную внимательность. Новости, как видно, разошлись быстро.

Еще бы.

— Ваше Высо… — начал Тамир, но Векса оборвала его резким взглядом.

— Просто Фиа, — сказала она, и я благодарно взглянула на нее. По крайней мере, друзья все еще видели во мне меня.

— Разрыв не использовался почти два десятилетия, — сказал Тамир, прочистив горло и снова уткнувшись в карту. — Но, если верить старым записям,