Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры - Леси Филеберт

эти странные восторженные взгляды генерала в мою сторону на торжественном обеде, и то, с какой напряженной улыбкой Лунтьер всё это переводил... Я тогда списала это в целом на нервное напряжение, так как денёк у нас выдался тот еще. Но теперь понятно, что я стала жертвой намеренного обмана — ради чего? Ради желания выставить меня посмешищем? Или?..

Я на миг прикрыла глаза, пытаясь справиться с обуреваемыми чувствами из-за выходки Лунтьера. Цензурных слов у меня не было, одни лишь ругательства вертелись на языке.

Как он посмел так эпично наврать про меня? И слабительное зелье я зря варила, да? Проклятье, а что было бы, если бы я сейчас успела передать его генералу?! «Вот, генерал, специально для вас, чтобы ваша любовь ко мне... э-э-э... вышла естественным путем!» Интересно, с какой скоростью я бы уже летела за границу Геросса?

Ну Лунтьер! Вот же... жук жучный!!!

Дэлар тем временем продолжал переводить слова генерала:

— Мистер Каллос, к сожалению, не знает международный язык, и теперь весьма раздосадован этим, потому что ему хочется сказать вам много слов любви, но он вынужден прибегать к помощи посредника. Это не делает ему чести перед вами, но в качестве доказательства серьезности своих намерений относительно вас мистер Каллос выучил несколько фраз, чтобы сказать их вам лично. Мистер Каллос никогда не говорил на международном языке, даже с самыми высокопоставленными особами, считая это ниже своего достоинства, но ради вас он готов на всё.

Генерал неожиданно взял мою ладонь в свои руки и, заглядывая мне в глаза, произнес с сильным акцентом:

— Ваши глаза — как два колодца, в которых я хочу утонуть. Я восхищен вашей красотой и звучанием вашей магии. Мое дыхание сбивается рядом с вами. Если это не судьба, то почему моё сердце бьётся в ритме, которого нет ни в одном эльфийском гимне?

Ну приплыли...

— Я знаю, что у вас есть жених, но...

— Нет у меня никакого жениха, — тихо буркнула я.

Но не подумала, что Дэлар это услышит и моментально переведет генералу.

Тот замер на миг, потом перевел на меня совершенно восторженный взгляд.

— Генерал уточняет: вы расстались со своим женихом?

Которого и не было, ага...

— Ну... Можно и так сказать, — промямлила я, чувствуя себя ужасно глупо.

— Это значит, что путь к вашему сердцу свободен, мисс Штольценберг?

У меня разве что пар из ушей не повалил в попытке осмыслить всю сложившуюся идиотскую ситуацию и придумать, как бы так ответить, чтобы откровенно не послать и чтобы увильнуть от свиданий с генералом. Задачка с тремя звёздочками, скажу я вам.

Ну, Лунтьер, ну удружил. Вот только попадись мне на глаза! Ты будешь молиться, чтобы я дала тебе только лишь слабительное!

[Лунтьер]

Когда я понял, что, увлекшись работой, упустил Елению и позволил Эльмару Каллосу остаться с ней наедине, меня прошиб холодный пот.

Только этого не хватало!

Я не сомневался, что Каллос будет вместе с личным переводчиком, и вряд ли они с Еленией будут говорить о работе. А значит, мой нелепый обман вскроется, и это будет очень, очень плохо.

Я хотел сам поговорить об этом с Еленией, честно. Хотел, но... Думал, что у меня еще есть время, и я успею расположить к себе лисицу достаточно для того, чтобы она не бежала от меня в гневе, когда я признаюсь в том, что наворотил на эмоциях. Что я успею растопить ее сердце, очаровать, заставить поверить, что я не полное чудовище, а потом осторожно так, между делом, признаться: «Ах да, насчет того, что я тогда ляпнул, что у тебя есть жених... Это, знаешь ли, было небольшое преувеличение. Чисто чтобы Каллос от тебя отстал. Ты же не злишься?». Тем более что сейчас я всерьёз собирался на ней жениться, но в тот день вранья наши с Еленией отношения были весьма далеки от адекватных романтических.

А сейчас... Что она подумает обо мне сейчас? Она точно будет злиться. Кочергой мне по темечку, например.

Эльфийка на стойке регистрации в отеле Елении любезно подсказала, что та направилась в Лиственничную рощу, и я мысленно зарычал от раздражения.

Ну конечно, Каллос потащил ее на ритуальный запуск светящихся кувшинок на озере. Вот только Еления не знает, что на эльфийском языке приглашение мужчины разделить запуск кувшинок означает приглашение вступить в серьезные отношения, и согласие будет являться положительным ответом. Не то чтобы это к чему-то обязывает пару, но всё-таки это считается красивым жестом, демонстрирующим серьёзные намерения мужчины по отношению к женщине. Скажет ли об этом генерал своей спутнице? Хотя... Эльмар, может, и скажет, вряд ли он будет скрываться и ходить вокруг да около. Тем хуже для меня, по правде говоря... На фоне честности генерала моё вранье с этим дурацким «облегчительным зельем» будет выглядеть чудовищной подставой. Особенно после всего того, что я в тот день сдуру наговорил, поспорив с Еленией о том, как быстро ее вышвырнут из Геросса и толсто намекнув на то, что могу этому активно поспособствовать... Вот бес меня за язык тогда потянул!

Ладно... Сам к этому привел, сам и расхлёбывать буду.

Я мчался на своем экипаже по геросским улицам с грацией разъяренного кота, которому наступили на хвост, и непрестанно ругался себе под нос. Тихо матерился, проклиная себя — за идиотизм, Каллоса — за коварство, всех эльфов — просто так, для симметрии.

Лиственничная роща сегодня была необыкновенно красиво украшена, но вся красота блёкла перед желанием как можно скорее найти Елению и поговорить с ней.

Нашел ее почти сразу: это было несложно, учитывая, что они с генералом стояли на берегу около беседки, предназначенной для высокопоставленных лиц. И, судя по отплывающим от них желтым огонечкам по воде, они уже успели запустить ритуальные кувшинки на воду.

Проклятье!

Мне понадобилось некоторое время, чтобы пробиться через толпу празднующих эльфов, но на подходе к самой беседке путь мне преградили два эльфийских стражника с невозмутимыми лицами.

— Проход закрыт, — сухо произнес темноволосый эльф. — Частное мероприятие генерала Каллоса. Сказано никого не пускать.

Я попытался изобразить деловую спешку:

— Всё верно, господа! Но я как раз срочно нужен мистеру Каллосу, и вызван по делу.

— Ваше имя?

— Брандт. Лунтьер Брандт.

Стражники переглянулись, и у меня по спине побежал неприятный холодок плохого предчувствия.

— У нас имеется отдельное распоряжение на ваш счет. Генерал предупредил, что если вы появитесь, то вас не следует пускать.