В целости и сохранности в объятиях элитного рыцаря. Книга 3 - Фую Аоки

– Ты в порядке?

– Кажется, я сейчас умру от смущения и счастья, – дрожащим голосом повторила она его слова.

– Не хочу, чтобы ты умирала.

– Я-я в порядке! У меня еще столько всего, что я хочу сделать с вами, Ллойд, так что мне никак нельзя!

Резко отняв руки от лица, Хлоя собралась с духом и спросила:

– То есть вы в последние дни вели себя странно тоже потому, что слишком сильно любите меня?

– Да.

– Значит, причина у нас была одна и та же.

– Похоже, что так, – смущенно сказал он, почесывая голову и краснея.

После короткой паузы они вместе расхохотались.

Хлоя смеялась, прижимая ладонь к животу, а Ллойд – тихо, прикрыв рот рукой. То, что они считали серьезной проблемой, оказалось пустяком. Напряжение лопнуло, будто натянутая струна, и им только и оставалось, что смеяться.

Когда они наконец успокоились, Хлоя, вытирая выступившие в уголках глаз слезы, сказала:

– Мы и впрямь похожи друг на друга.

– Вот поэтому, наверное, я и полюбил тебя, – кивнул Ллойд с легкой улыбкой. – Спасибо, Хлоя.

– Нет, это мне нужно вас поблагодарить. Давайте и дальше, если что-то будет на душе, будем говорить, а не молчать. Ведь мы… – Девушка просияла: – Ведь мы теперь пара.

– Да, так и есть, – согласился Ллойд, а потом вдруг тихо застонал и схватился за висок.

– Ллойд? – встревоженно позвала Хлоя. – Ч-что с вами? У вас болит голова?

– Все в порядке… – выдохнул он и поднял ладонь, словно прося ее не волноваться.

Сделав несколько глубоких вдохов, Ллойд постепенно взял себя в руки. Арденн непонимающе смотрела на него, и тогда он тихо пробормотал:

– Прости, что заставил тебя волноваться.

– Н-нет, не стоит… но… – Хлоя на миг задумалась и спросила: – Вы кое-что утаили от меня, верно?

Плечи рыцаря едва заметно дрогнули.

– После того случая с моей сестрой по дороге домой вы сказали, что в прошлом кое-что случилось… и именно из-за этого вы не могли признаться в своих чувствах, – вспомнила она.

В голове вновь всплыли его слова: «Я знал о своих чувствах уже давно. Но… боялся. Все время думал, что меня невозможно полюбить. Что я не имею права любить кого-то. Эта мысль сидела во мне глубоко, и я… не мог признаться».

Тогда в его голосе слышались бесконечное сожаление и тяжелая печаль.

– Я знаю, ваше прошлое было нелегким. Но думаю, есть еще многое, о чем вы мне не рассказали, и это продолжает вас мучить. Хотя, наверное, я слишком много себе надумываю.

– Нет, в целом ты права. Однако… – Ллойд отвел взгляд: – Прошу, подожди еще немного.

Голос рыцаря звучал непривычно – тихо и слабо, так что трудно было поверить, что это говорил он. С тревогой в глазах он произнес:

– Я сам еще во всем не разобрался. Но однажды, когда придет время, я расскажу. Прости.

– За что же извиняться? Вам не о чем переживать, – бодро ответила Хлоя, и юноша удивленно моргнул.

– Тебя это совсем не тревожит?

– Тревожит. И я хотела бы помочь вам справиться с этим, но у каждого есть то, о чем говорить не хочется. Я испытала это на себе. – Прищурившись, будто вспоминая, она продолжила: – Но ведь вы, Ллойд, никогда не спрашивали ни о моем родимом пятне на спине, ни о моем происхождении. Вы ждали, пока я сама захочу поделиться с вами. Потому и я подожду вас, сколько потребуется. Даже если вы никогда в жизни не откроетесь. Только вот… – Светло улыбнувшись, Хлоя посмотрела ему прямо в глаза: – Каким бы ни было ваше прошлое, я всегда буду на вашей стороне. Никогда не забывайте этого.

Едва он успела договорить, как с губ сорвался короткий вскрик – сильные руки внезапно заключили ее в объятия.

– Л-Ллойд!

Тепло рыцаря, его дыхание, запах, от которого кружилась голова, – все это наполнило Хлою ощущением удивительного спокойствия.

– Позволь мне немного постоять так, – прошептал он ей на ухо, голос его звучал непривычно беззащитно.

Хлоя вздрогнула и вдруг поняла: «Он дрожит?»

От тела молодого человека исходили едва заметные, но все же волны дрожи. Девушка невольно обняла его в ответ, словно ребенка, который наконец нашел свою мать.

– Ты все время спасаешь меня… – сказал он, опираясь на нее. – Спасибо.

Идущие из глубины души слова согрели Хлою. Ллойд, который почти никогда не показывал слабости, сейчас доверился ей, позволил себе быть уязвимым. И от этого ее охватила невыразимая радость.

– Не за что, – мягко ответила она, успокаивающе похлопав его по спине. Ей показалось, что сковывавшее его тело напряжение немного ослабло. – Вы ведь меня тоже спасаете, – добавила девушка. В ответ Ллойд лишь крепче прижал ее к себе.

Они стояли в такой тишине, что практически можно было услышать биение их сердец. Еще немного времени они понежились в объятиях друг друга, а затем Хлоя осторожно сказала:

– М-может, пора уже возвращаться?

– Пожалуй… да и есть хочется.

Время ужина давно прошло.

– Я тоже ужасно голодна. Кстати, сегодня главное блюдо – запеченный лосось.

– Лосось? Замечательно. Уже не терпится попробовать.

Они встали и, словно по привычке, не спрашивая и не договариваясь, как-то естественно взялись за руки. Если подумать, в последний раз такое было после истории с Лили. Ладонь Ллойда была такой большой и крепкой…

«Я его безумно люблю», – подумала Хлоя.

Так они и отправились домой. И шаги их были куда легче, чем по пути в парк.

* * *

Наутро после того, как они открыли друг другу сердца, на небе не было ни единого облачка. Казалось, сама погода отражала настроение Хлои.

– Доброе утро, Ллойд, – бодро поприветствовала его девушка.

– Доброе, – пробормотал он, входя в гостиную с немного рассеянным видом.

На кухне уже был готов завтрак, и оставалось только его расставить.

– Сегодня ты встала вовремя.

– Я ж не настолько соня! – возмутилась Хлоя, надув щеки в ответ на поддразнивание Ллойда.

Благодаря тому что они наконец поговорили, ночь у девушки прошла спокойно.

Перед Ллойдом она поставила: салат, суп, яичницу-глазунью с беконом и тосты, намазанные маслом и джемом. Это был сытный, сбалансированный завтрак, будто специально для того, чтобы набраться сил на целый день.

– Очень хороший джем.

– Правда? Это вишневый из лавки Сиэль!

– Редкость у нас. Интересно, вкус совсем не такой, как у клубничного или апельсинового.

– Да! Он даже еще слаще, правда?

– Особенно хорошо сочетается с яичницей.

– Что это за сочетание такое?

– Желток придает джему насыщенность.

– Да это просто потому, что вы яйца обожаете!

В их разговоре не чувствовалось вчерашней скованности. Они словно вернулись в то время,