В целости и сохранности в объятиях элитного рыцаря. Книга 3 - Фую Аоки

Хлоя кивала снова и снова, внимая каждому слову.

– Иэн… Все так понятно. Восхитительно…

– Это лишь знания из книг… Я просто применил их на практике.

– На практике?

– Ах, нет, ничего. Главное, что они оказались полезны, – загадочно произнес он и мягко улыбнулся.

– Можно еще вопрос?

– Да, конечно.

– Меня пугает то, что я не понимаю чувства Ллойда.

– То есть вы не уверены, что он вас действительно любит?

– И-именно! Кажется, вы все же обладаете какими-то способностями…

– Если читать много книг, то до некоторой степени можно научиться понимать людей. Там полно описаний переживаний и конфликтов персонажей, причин их поступков.

Хлоя согласилась с его словами. Несмотря на небольшой опыт, за время чтения она не раз сталкивалась с тем, что только что описал Иэн. Тревоги героев и впрямь часто совпадали с тревогами настоящих людей – вот почему, вероятно, он так быстро все понял. Девушка прямо-таки увидела, как одно из полезных свойств чтения проявляется на практике.

– Но оставим это. У меня есть догадка, почему вы так себя ведете. И это – один из тех главных страхов, о которых часто говорят писатели.

– Что же это такое? – нетерпеливо спросила заинтригованная девушка.

– Хлоя, вы не уверены в себе.

Эти слова были словно нож в сердце.

– В-вы в порядке? – встревоженно спросил он.

– Да… – пробормотала она, прижав руку к груди и медленно вставая. – Все-таки со стороны это видно?

– Верно. В манере говорить и действовать проявляется характер человека. Ваше общение с другими выдает эту черту.

– Вы правы…

Похоже, кто умеет видеть, действительно может это заметить. Долгое время в родительском доме ей повторяли: «Ты – проклятое дитя». Оскорбления, побои, постоянное внушение, что ее жизнь не имеет ценности, – все это оставило след, и в конце концов она уверовала, что недостойна любви.

– В последнее время я чувствую, что меняюсь… но глубоко в душе настоящей уверенности по-прежнему нет. Наверное, остается только ждать, пока со временем это пройдет?

– Да, похоже… – сказал Иан и снова приложил руку к подбородку, словно внезапно что-то поняв. – Кстати, вы только что сказали, что между вами обоими появилась неловкость, верно?

– Д-да… После того как мы признались друг другу, Ллойд начал вести себя… иначе.

«Может, стоит ему сказать, что даже холодно? Или… что он не может понять, как правильно держать дистанцию? С ним явно что-то не так, поэтому я даже не могу поднять тему признания. К тому же меня пугает, что я не могу понять его чувств».

– Понятно. Тогда почему бы вам просто не поговорить по душам?

– П-поговорить…

– Да. Расскажите Ллойду все, что думаете, все свои переживания.

– Но… это будет нормально? Не сочтет ли он меня слишком сложной, если я откроюсь полностью?

– Не узнаете, пока не попробуете. Но если продолжите держать все в себе, оба будете мучиться в неизвестности, – уверенно сказал Иэн. – Вы ведь возлюбленные, поэтому стоит делиться мыслями хотя бы в какой-то мере. Молчать, накапливать все внутри, а потом взорваться – гораздо хуже. Переживания, как и радости, у вас общие, поэтому их нужно обсуждать и вместе искать пути решения. Разве не так идут по жизни влюбленные?

В ответ на это девушка лишь захлопала ресницами. Спокойный тон книготорговца проникал ей в самое сердце, а его слова заставляли задуматься.

– Не слишком ли я много я наговорил? – Он смущенно почесал щеку. – Это всего лишь мое мнение, так что воспринимайте его всерьез лишь наполовину.

– Нет… на самом деле, вы совершенно правы. Спасибо, – глубоко поклонилась Хлоя.

До беседы с Иэном она была в растерянности и не знала, как справиться со своими чувствами. Теперь она точно понимала, что обратиться к юноше за советом было правильным решением.

– Я понимаю, что вам страшно открыться, но Ллойд точно примет ваши переживания. То, что он любит вас, очевидно даже мне.

Иэн вспомнил отчаянное выражение лица рыцаря, когда тот искал похищенную девушку. Увидев это лицо, невозможно было не понять, как сильно он заботится о ней.

– Ллойд не станет сердиться, если вы расскажете о своих тревогах, а ваши отношения это тем более не разрушит. Это, думаю, вы понимаете лучше всех.

Слова Иэна придали Хлое уверенности, она сжала руки в кулаки. Молодой человек был прав – рыцарь не стал бы сердиться из-за таких вещей.

Девушка вспомнила тот момент, когда впервые рассказала ему свою историю: про родимое пятно на спине, за которое ее все считали «проклятой», про ужасные издевательства и тот день, когда мать ее чуть не убила.

Обычному человеку было бы трудно такое выслушивать, а вот Ллойд с нежностью принял все ее прошлое. Он не мог пройти мимо того, кто в беде. Честный человек, который ненавидит ложь, несправедливость и неблагодарность…

«И именно за это я его и полюбила», – снова и снова она убеждалась в этом. Не открыться сейчас означало бы, что она не доверяет ему. Это, в свою очередь, оскорбило бы их обоих.

– Я… люблю вас, Хлоя, – произнес вдруг Иэн.

– Ч-что? – воскликнула она, едва не подпрыгивая от удивления.

– А, вам неприятно? – спросил юноша с озорной, игривой улыбкой.

– Н-нет, мне это не неприятно… просто очень неожиданно… – сбивчиво произнесла девушка. Ее взгляд заметался, выдавая смущение.

– Я люблю вас, Хлоя, за вашу доброту, усердие, трудолюбие и очаровательную улыбку.

От такого напора она только сильнее растерялась и, почувствовав себя неуютно, замкнулась.

– Я очень рада… но п-простите! – с выражением искреннего раскаяния на лице она склонила голову. – Мне приятно ваше чувство, Иан, но принять его я…

Для нее это был первый случай, когда у нее появился кто-то вроде поклонника, и одновременно первый раз, когда она таковому отказывала. Радость и чувство вины соединились в странном, невыразимом чувстве, которое ошеломило ее.

Прикрыв рот рукой, Иэн засмеялся.

– Вы и правда… очень добры. – Когда она подняла голову, он улыбался легко и свежо. – Это шутка, просто шутка. Я, конечно, люблю вас, Хлоя… но как друга.

– К-как друга… – пробормотала Арденн и, опустив руки, расслабилась. – Ах, простите, я вас неправильно поняла.

– Нет-нет, вы ни при чем. Извините меня, что выразился так двусмысленно.

Лавочника, казалось, произошедшее ничуть не встревожило, поэтому успокоилась и Хлоя. В груди стало легче. Хотя… неужели ей только показалось, что на его лице проступила едва заметная грусть?

– Вы замечательный человек – это я говорю искренне. Неудивительно, что Ллойд в вас влюбился. Так что верьте в себя.

– С-спасибо, мне приятно это