Проклятие ледяного принца - Данна Леднива

— Я умерла, — сказала она тихо. — В прошлой жизни. Меня сожгли на костре по приказу герцога и моей мачехи. А потом я вернулась. В тот день, когда мне исполнилось восемнадцать. С воспоминаниями о том, что было. О том, что будет.

Кассиан не отвёл взгляда. Не засмеялся. Не назвал её безумной. Он просто смотрел — долго, внимательно, будто проверял каждое слово на прочность.

— Вы говорите правду, — сказал он наконец.

— Почему вы верите?

— Потому что проклятие в моей груди затихает, когда вы рядом. Потому что вы знаете вещи, которых не может знать девушка из провинции. Потому что вы смотрели на меня на балу так, будто видели насквозь. — Он шагнул ближе. — И потому что я сам чувствую: вы не лжёте. Не знаю как, но чувствую.

Элария выдохнула. Впервые за всё это время она почувствовала, что не одна. Что кто-то верит ей.

— Хорошо, — сказала она. — Тогда слушайте дальше. У герцога есть союзник в Церкви. Епископ Малькольм. Он ваш враг. Он подделает доказательства вашей ереси, если понадобится. И он будет первым, кто потребует вашей казни.

— Епископ? — Кассиан нахмурился. — Я знал, что он не любит меня. Но чтобы настолько…

— Он любовник герцога, — сказала Элария. — Уже десять лет. Они вместе планировали падение Лунарии. Вместе делили власть. И вместе хотят вас убить.

Кассиан замолчал. Потом медленно кивнул.

— Это многое объясняет.

— Есть ещё кое-что. — Элария сжала медальон под плащом. — Герцог знает, кто я. Или подозревает. Он ищет наследницу Лунарии. Не потому, что боится мести. А потому, что ему нужна кровь лунной династии для ритуала.

— Какого ритуала?

— Я не знаю. Но он связан с проклятием. С вашим проклятием. Герцог не просто так наложил его. Ему нужен был носитель. Живой сосуд. Вы — не жертва. Вы — инструмент.

Кассиан побледнел. В свете факела его лицо стало почти серым.

— Инструмент для чего?

— Для того, чтобы открыть что-то. Что-то, что было запечатано в Лунарии. Что-то, что герцог хочет выпустить.

Гром грянул ближе. Первые капли дождя упали на землю. Элария подняла лицо к небу. Холодные капли стекали по щекам, как слёзы.

— Нам нужно в столицу, — сказала она. — Быстрее, чем планировалось. Если герцог узнает, что я уехала из Нордвуда, он поймёт, что мы что-то задумали. Он ускорит свои планы.

— Сколько у нас времени?

— Месяц. Может, меньше.

Кассиан кивнул. Он смотрел на неё, и в его глазах было что-то новое. Не холод. Не расчёт. Что-то другое.

— Вы удивительная девушка, леди Элария.

— Я не девушка, — ответила она. — Я наследница Лунарии. И я вернулась, чтобы закончить то, что начала двадцать лет назад.

Дождь усилился. Кассиан снял плащ и накинул ей на плечи. Тёплый. Пахнет дымом и кожей.

— Идёмте, — сказал он. — Нам нужно ехать.

Она вернулась в карету. Кайен спал. Иоланта открыла глаза, посмотрела на неё, улыбнулась. Элария села, прижалась к брату. Плащ Кассиана всё ещё лежал на её плечах.

За окном лил дождь.

К рассвету дождь стих, но дорога превратилась в грязь. Карета вязла в ней, колёса буксовали. Всадники спешились и толкали. Элария вышла, чтобы размяться. Воздух был свежим, влажным, пахло мокрой землёй и травой.

Они находились в лесу. Дорога шла через густую чащу — высокие сосны, тёмные ели, подлесок, в котором легко спрятаться. Элария чувствовала тревогу. Что-то было не так. Слишком тихо. Птицы не пели. Даже ветер замер.

Она подошла к Кассиану, который стоял у своей лошади и что-то говорил одному из всадников.

— Ваше Высочество.

Он обернулся:

— Что?

— Здесь слишком тихо. Птицы. Их нет.

Кассиан мгновенно напрягся. Он огляделся, положил руку на эфес меча.

— Сколько людей вы видите?

— Пока никого. Но они там. — Она кивнула в сторону деревьев. — Слева. И справа.

Кассиан не стал спрашивать, откуда она знает. Он просто поверил. Поднял руку, подал знак своим людям. Всадники сомкнулись вокруг кареты. Один из них подошёл к Иоланте и Кайену, велев им оставаться внутри.

— Сколько? — спросил Кассиан тихо.

— Десять. Может, двенадцать. — Элария чувствовала их. Не видела, но чувствовала. Дар позволял ощущать присутствие живых — тепло, которое исходило от тел. — Они прячутся за деревьями. Ждут сигнала.

— Кто они?

— Люди герцога. Я узнаю их… запах. — Она поморщилась. — Они используют тот же яд, что и мачеха. Он пахнет лунным корнем.

Кассиан обнажил меч. Сталь блеснула в утреннем свете.

— Оставайтесь в карете.

— Нет.

— Элария.

— Я не беспомощна. — Она посмотрела на него. — Я умею лечить. Но я также умею чувствовать. Я могу предупредить вас, откуда они нападут.

Кассиан смотрел на неё секунду. Потом кивнул:

— Хорошо. Но держитесь за мной.

Он не успел договорить. Стрела просвистела мимо его головы и вонзилась в ствол сосны. Кассиан рванулся вперёд, заслоняя Эларию.

— Засада!

Лес взорвался.

Люди герцога выскочили из укрытий — тёмные фигуры, вооружённые мечами и арбалетами. Они напали слаженно, профессионально. Люди Кассиана приняли бой. Сталь зазвенела о сталь. Крики, ругань, топот копыт.

Элария прижалась к дереву. Она видела, как Кассиан рубится с двумя нападавшими одновременно. Его меч двигался быстро, точно, смертоносно. «Ледяной клинок» — не прозвище, а правда. Он был холоден. Беспощаден.

Но нападавших было больше.

Один из них обошёл сзади. Элария увидела его — тёмная фигура, занесённый кинжал. Он целился в спину Кассиана.

— Сзади! — крикнула она.

Кассиан обернулся, но слишком поздно. Кинжал уже летел. Элария не думала. Она рванулась вперёд, схватила камень с земли и швырнула. Камень попал нападавшему в лицо. Он пошатнулся. Кассиан воспользовался моментом и пронзил его мечом.

— Спасибо, — выдохнул он.

— Не за что. — Элария посмотрела на свою руку. Она дрожала. — Я…

Она не договорила. Ещё один нападавший выскочил из-за дерева. Он схватил её за волосы, рванул к себе. Элария закричала.

— Отпусти её! — Кассиан рванулся, но путь ему преградил ещё один мечник.

Нападавший прижал кинжал к её горлу. Элария чувствовала холод стали. Одно движение — и конец. Но она не боялась. Она уже умирала. Тогда было больнее.

— Наследница, — прошипел нападавший. — Герцог ждёт тебя.

— Передай герцогу, — сказала Элария, — что я приду сама. Когда захочет.

Она коснулась его руки. Той самой рукой, что держала кинжал. И выпустила дар.

Не исцеление. Не тепло. Другое. Она не знала, что может так. Но чувствовала: дар может не только лечить. Он может отнимать.

Нападавший вскрикнул. Его рука онемела. Кинжал выпал. Элария отшатнулась, упала на землю. Кассиан уже был рядом. Он убил нападавшего одним ударом и подхватил Эларию на руки.

— Вы целы?