Похищенный ведьмой (Ведьма и охотник) - Екатерина Розова

И Раэ крепко дернул врана за хвостовое оперенье. Хвост остался в его руках.

— Мур-рчин! На помощь! — бился вран в хватке Раэ.

— Зачем ты ее зовешь? Ты же ее в расход пустить собирался.

— Мур-рчин! На помощь!

— Нет ее! — злорадно сказал охотник и выдрал врану еще пучок перьев, — сейчас ты станешь такое животное, как я — двуногое и без перьев…

Его желанию не суждено было сбыться. Раздался хлопок, запахло серой и во внезапно образовавшемся портале возникла Мурчин в сиянии нескольких белых осветительных шаров. Она была в нижнем платье и чепце, в одном шлепанце и, что удивительно — заспана. Хоть когда-то ведьма спит!

В еле продранных глазах Мурчин был испуг:

— Что? Что случилось?

Вран не мог ничего объяснить госпоже, а Раэ не хотел, но после секундного замешательства Мурчин поняла, что происходит, окончательно проснулась, расхохоталась и отвесила пленнику подзатыльник. Выхватила из его рук добычу. Покрутила в руках врана как безвольную игрушку, оценила ущерб и еще больше развеселилась:

— Я вижу вы тут хорошо проводите время.

Встревожившийся было Раэ успокоился: он понял, что ведьма не будет его наказывать из-за фамилиара. Как и любой слуга, фамилиар для нее был ничто.

В глазах врана полыхнул синий огонь, он задергал лапами:

— Скор-рми его Эне! Нет, пусти меня, я ему глаза выклюю! Я его печень съем! Мур-чин! Он... он хочет тебя убить!

— Тоже мне новость, — хмыкнула ведьма.

— Он хотел через меня договориться с Эне, чтобы тот передал ему ор-ружие! — верещал вран, — я отказался, он меня ощипал!

— Какая интересная история, — усмехнулась Мурчин, — у много ор-ружия он у тебя просил?

— Я тебе говорю правду! Он просил у меня способ тебя убить! — орал ворон, — он хотел тебя соблазнить и заколоть!

Раэ не выдержал и расхохотался. Вслед за ним и ведьма.

— Ну-ну-ну! Соблазнить, это конечно, заманчиво... Можно и заколотой побыть, если без этого никак... А вообще я тебя предупреждала, чтобы ты не лез к моему ученику! Скажи, я часто предупреждаю?

Освобожденный вран налетел на Раэ, как боевой петух, заставил от него отпинываться:

— Я теперь твой злейший враг! Твой первый злейший враг!

— Я же говорил, что мы с тобой никогда не подружимся, — сказал Раэ.

— Эх, не так я вас хотела бы познакомить, — сказала ведьма, — Фере, когда-нибудь тебе придется обзаводиться собственным фамилиаром. Вран был бы тебе хорошим помощником.

— Никогда, — в голос сказали вран и Раэ.

Мурчин только усмехнулась.

Глава 45. Почему ведьм жгут

Мурчин одним движением ноги скинула шлепанец в ручей и с наслаждением ступила своими ухоженными холеными ножками на грубую землю. Раэ опасливо посмотрел на альвов, которые, потушив фонарики, тихонько скрылись в чаще. Может, ведьма их не заметила?

— Пошутили и будет. У меня к вам вопросы: ты, Фере, вечно ноешь, что я тебя то спать не пускаю, то рано поднимаю. Что ты тут за стирку среди ночи устроил? А ты, вран, нашел мою шишигу?

От этих вопросов у Раэ сердце в пятки ушло. Он почувствовал, как его прошибает жар. Почему она эти вопросы задала за раз? Она их связывает?

— Да искал я ее, искал, — раздраженно каркнул вран, — как сквозь землю пр-ровалилась!

— Плохо искал, — недовольно сказала Мурчин, — наверное, где-то в лесу увидела гриб гнилой, что светится, и пялится на него! Или альвов жжет… Как она надоела!

— Так у тебя тепер-рь полно др-ругих слуг, — сказал вран, — зачем тебе она?

— Хочу ее проучить, чтоб так надолго не исчезала, ишь, чего надумала! Ты как заорал, меня разбудил, я с постели вскочила, не могла шлепанцы найти! И она мне их не подала! Кстати, а ты, Фере, вот ты — шишиги не видел?

— Нет, конечно! — лихо сорвал Раэ.

— Что значит — конечно?

— Так она от меня прячется все эти дни, боится пинка получить!

— А, ну да. Я уж думала, ты ее запер где…

— Мог бы — вообще убил, — сказал Раэ, собираясь держаться той линии защиты, которую для себя выбрал — не скрывать, что доволен исчезновением этой зеленой твари как счастливым случаем, на который сам-то никак не мог повлиять. Ведьма повернулась к врану:

— Живо ищи эту дуру зеленую!

У Раэ немного отлегло от сердца: так, значит, она не чует, что с шишигой… Он в тот миг уяснил одну вещь: между жабой и ведьмой мысленной связи не было, и поэтому Мурчин до сих пор не подозревает, что ее прислужница мертва. А вот между фамилиаром и ведьмой эта мысленная связь все-таки есть, потому как вран до нее уж точно среди леса не смог бы докричаться, рассчитывай он только на свой голос… Надо учесть, надо учесть…

— Я не могу лететь, мне твой урод хвост оторвал!

— Лети без хвоста!

— Я же сказал — не могу!

— Сейчас как пну — полетишь!

— Я без хвоста не полечу! Подонок, чтоб тебе ногу оторвали!

— Фере, где его хвост?

— Какая разница? Где-то тут валяется.

— Людье слепое! — буркнула ведьма, — а ну отойди, на хвосте стоишь! Ничего в темноте своими дурацкими человеческими глазами не видишь!

— Оторви ему, уроду тоже что-нибудь, чтоб справедливо было! Глаз ему слепой вырви, все равно толку с него никакого!

— Заткнись и повернись ко мне задницей!

Ведьма повернула врана вверх ногами, плюнула на подобранный хвост и приставила его к фамилиару, что-то гаркнула на дурном языке, у Раэ заломило под грудиной от близости магии, запахло серой, и хвост прирос врану назад. Нельзя сказать, что стало как прежде. Хвост был потрепанный и смотрелся как-то кособоко.

— Вот! Лети уже! И без шишиги мне на глаза не показывайся!..

Вран, не переставая каркать проклятья, неуклюже разогнался и полетел над деревьями, но полет его был неровен. Ведьма тотчас о нем забыла, как тот поднялся в воздух. Деловитый блеск в ее глазах погас, губы поджались, она снова напустила на себя холодный вид. Смотрела мимо Раэ.

Та-ак. Она тут одна, в нижнем платье, слегка заспанная. Босая. Если и рубить ее совней, то сейчас! Та-ак, надо подгадать, как быстро поднять из травы