Подарок для рыцаря смерти - Дарья Верескова

— Жаль, что у меня с Тристаном почти нет возможности поговорить по душам. Он постоянно занят, постоянно с леди Мар… другими людьми, — Элоиз показательно осеклась, вовремя поймав себя на слове.

Она знала, что теперь в её красивых светлых глазах, лучившихся добром, отчётливо читалась затаённая грусть.

— Но не будем обо мне. Ты уже бывала на таких турнирах?

— Я уверена, всё будет хорошо... Я каждый день молюсь Кроффу за вашу пару, за ваших будущих детей и благосостояние Гратана. Хотела бы я помочь… — служанка, чьё обожание было многократно усилено, отчаянно желала быть полезной, и именно эта эмоция требовалась леди Каноссе.

— На самом деле есть кое-что, что ты можешь сделать…

— Что угодно! — горячо воскликнула Клара.

— Я просто хочу поговорить с ним, но знаю, что у него сви… встреча завтра с самого утра, после празднеств. Можешь дать ему этой настойки? Она вкусная, она успокоит его, расслабит, и он… пропустит эту встречу. А я смогу поговорить с ним позже, пока все отвлечены, и никто на нас не смотрит, соблюдая при этом все приличия. Ты же понимаешь, я не могу позволить себе остаться с ним наедине просто так, потому что это неприлично.

Клара доверяла Элоиз в этот момент так, как не доверяла, наверное, никому в своей жизни. Она без раздумий приняла склянку с настойкой, тут же спрятав её в многочисленных карманах внутренних юбок. Последняя фраза сделала леди Каноссу в её глазах ещё ближе — Клара была девственницей и тоже считала, что оставаться наедине с мужчиной неприлично. Она искренне сочувствовала бедной леди Элоиз, у которой не было даже возможности поговорить с суженым из-за разгульной любовницы.

Идеально. У Элоиз всё всегда получается идеально.

Передав настойку и стараясь скрыть торжество, леди Элоиз терпеливо наблюдала, как Клара поправляет её рукав. Внизу, на специально подготовленной поляне, всё оживало в преддверии турнира. В какой-то момент ей показалось, что она увидела каэри, но после поняла, что ошиблась — Сабин настолько замучила её своим присутствием и невежеством, что теперь мерещилась повсюду.

Где она, кстати? Вроде бы всех должны были проводить на трибуны ещё полчаса назад.

Каэри появилась словно ниоткуда.

И не так далеко — буквально в нескольких креслах от добропорядочных леди. Абсолютно одна, без какой-либо поддержки, она явно не знала, как себя вести, и неловко мялась, как настоящая деревенщина. Впрочем, заметив каэри сэра Винсента, девушка быстро подошла к ней.

Элоиз не могла поверить, что их разместили так близко. Разве это справедливо? Ещё одно унижение для благородных дам, многие из которых были законными жёнами. У этих девиц нет ни стыда, ни совести, раз они позволяют себе так откровенно выставляться напоказ.

Внизу громко протрубили рога, объявляя начало турнира. Элоиз привстала, подходя к парапету.

Низкий, протяжный звук прокатился над поляной, над деревянными трибунами и морем людей, собравшихся вокруг поля. Разговоры тут же начали стихать. Даже лошади, привязанные у дальних ограждений, беспокойно вскидывали головы, чувствуя общее возбуждение. Элоиз сразу заметила Валора — этот конь был достоин самого короля, хотя всё ещё выглядел уставшим после долгого похода. Высокий белый скакун Тристана, украшенный иссиня-чёрной попоной, тоже был здесь. Его вывели и тренировали именно для турниров, и, насколько Элоиз знала, он никогда не проигрывал.

Турнирное поле было огромным — вытоптанная земля, ограждённая частоколом и расписанными щитами великих родов, включая род Нокс.

Когда-то, при другом короле, щит её семьи тоже красовался здесь. До того, как Августин загорелся безумной идеей сопротивления. Почему Гектор не убил его, для чего схватил?!

По центру тянулся длинный барьер для конных сшибок — тяжёлая деревянная перегородка, разделявшая всадников во время заезда. На солнце поблёскивали железные наконечники копий, развевались знамёна. По краям поля уже выстроились пажи и слуги, держащие запасное оружие и щиты. Рыцари готовились к выходу.

Толпа оживилась, когда герольды в ярких накидках вышли вперёд.

— Да благословит Пресветлый Крофф сегодняшний турнир! — прогремел голос одного из них. — Во славу Его Величества и процветания Меритана и Альмерэ!

Под оглушительный крик толпы — несдержанных простолюдинов — начался парад. Сегодня участие примут не все, но те, кто выиграет хотя бы пять поединков, пройдут в следующий этап. Элоиз знала, что лорд Бастиен планировал свести двух своих сыновей здесь, в первый же день.

Рыцари в полном обмундировании долго кружили по центру, давая всем рассмотреть себя, но Элоиз не сводила взгляда только с него — самого огромного, облачённого в доспехи, которые не сияли на солнце, потому что прошли через настоящие сражения. Царапины и вмятины на металле сразу выдавали разницу между ним и его соперниками, хотя вряд ли сегодня таких найдётся много.

Сейчас…

Один за другим всадники начали подъезжать к трибунам. Толпа вновь восторженно ахнула, когда один из рыцарей спешился, опустившись на одно колено, и молоденькая девушка повязала ему на плечо голубую ленту, почти плача от счастья.

Такое доказательство любви на глазах у всех.

Более опытные участники, конечно, направлялись к своим жёнам и невестам.

Элоиз отчаянно желала, чтобы и сэр Гектор, и Тристан одновременно подъехали к их трибуне и попросили её платок. Она понимала, что это вряд ли случится — её жених давно поглядывал в сторону леди Маржеты, — однако Элоиз не позволяла смущённой и доброй улыбке сойти со своего лица.

Глаза её зажглись ещё ярче, когда сэр Гектор остановил коня именно у их трибуны.

«Леди Элоиз… Окажете ли вы мне честь?» — она почти слышала эти слова.

Рыцари всегда произносят их громко, чтобы слышали окружающие, понимая, что этот момент важен и для них, и для прекрасных дам, во имя которых они сражаются. Ради этой секунды каждая леди сегодня выбрала свой лучший наряд.

— Сабин… Окажешь ли ты мне честь?

Элоиз сначала подумала, что ей послышалось.

Но по ледяной тишине, воцарившейся вокруг, она поняла, что это не дурной сон. Нет…

Сэр Гектор, её сэр Гектор, сильнейший мужчина этого королевства, просил платок у каэри. После всех обещаний, что он ей дал.

Сама каэри, судя по бледности и расширенным зрачкам, тоже не верила в реальность момента. Однако она не отводила взгляда от первого рыцаря королевства, а он, в свою очередь, без тени сомнения смотрел на неё. В карих глазах девушки постепенно разгоралась решительность.

Кивнув, каэри достала платок и повязала его на копьё сэра Гектора.

— Леди Элоиз… Окажете ли вы мне честь?

Элоиз с трудом