Подарок для рыцаря смерти - Дарья Верескова

Глава 50. Я встану вровень с ними, буду сильнее них

* Сабин *

Тяжёлые копыта загрохотали так сильно, что деревянные трибуны задрожали под ногами зрителей. Люди вскрикнули, вскакивая и подаваясь вперёд. Копья опустились почти синхронно, и на каждом из них развевался шёлковый платок.

Гектор мчался напролом, словно живой таран. Его противник попытался сместиться ближе к барьеру, удерживая щит выше, но было уже поздно.

Удар сотряс меня изнутри, отдаваясь в кончиках пальцев и растекаясь по груди, застилая взор пеленой. Казалось, каждый раз я видела, что именно первый рыцарь станет тем, кто упадёт, но он неизменно выходил победителем.

Словно весь мир сговорился против него.

Гектор был мощнее почти любого из присутствующих рыцарей, однако он был истощён долгим походом, и сегодня его вызывали на бой в надежде остановить именно на этом этапе. Пользоваться подобным — что может быть ниже? Но к моему рыцарю применяли другие стандарты.

Бастард, ещё и выбравший в качестве дамы, во имя которой он будет сражаться, каэри.

Невероятный, оглушительный скандал. Прекрасная Хелена, сидящая рядом со мной, шепнула, что такого никогда прежде не случалось. Даже сэр Винсент просто не просил ничей платок, лишь бы не расстраивать её.

Сделал ли Гектор это потому, что я его предупредила?!

***

— Ты уверена? — Гектор выглядел так, будто ему было физически больно, и я в который раз подумала, что он по-прежнему хранит чувства к леди Элоиз. После всего, что произошло… — Она просила меня встретиться с ней завтра, ночью, в то же время, после пира.

— Я уверена, — произнесла я, отходя на шаг.

Леди Элоиз играла им, стравливая братьев. Я понятия не имела, что именно находилось в настойке, которую она приказала подлить в напиток лорда Тристана, но не ждала ничего хорошего, зная о дружбе хозяйки Гратана с леди Матильдой.

В том, что именно леди Матильда была ответственна за срыв Гектора в Рошгейте, я не сомневалась. И теперь, когда я выложила перед ним всю правду, он всё ещё верил в чистоту помыслов леди Элоиз?

Неужели он всё ещё любит её?!

— Возможно, она хочет навредить ему твоими руками. Подставить тебя или кого-то другого в твоём присутствии, но в любом случае в том зелье нет ничего хорошего, — горько произнесла я, вновь отступая.

Заметив моё движение, он недовольно нахмурился, но обида от его сомнений была слишком острой, неожиданно горячей.

Впрочем,… чего я хочу? Он ведь подвержен её магии. Кто знает, если бы леди Элоиз прикоснулась ко мне — возможно, и я растеклась бы в преданности и влюблённости.

— Сабин… — произнёс он и я подняла глаза на мужчину.

Я только хотела, чтобы он не покупался на это. Несмотря на планы сбежать ещё до его женитьбы, я не желала сэру Гектору зла. Но если он так любит леди Элоиз…

— Я просто хочу, чтобы ты не стал жертвой манипуляций и чужой игры. Если ты будешь что-то делать — делай это ради себя, потому что действительно этого хочешь и веришь, что это правильно! Твой отец… Даже то, что он велел вашему роду участвовать сегодня, после похода и твоего истощения — мы все понимаем, ради чего он это делает.

Что было в этих чёрных глазах? Я не могла читать его мысли…

— Когда мне было четыре… Мою маму избили по приказу леди Нокс. За воровство. Избили так сильно, что она больше никогда не могла полноценно пользоваться обеими руками. Позднее украшения, в похищении которых маму обвинили, обнаружились у самой леди Нокс.

Вздрогнула от ядовитой боли в его голосе. Я совершенно не ожидала этого — что он впустит меня в свою душу, в самые тёмные её уголки.

— Я видел это. Видел момент, когда её ломали. Не понимал, почему мы живём настолько по-разному. Я хотел быть с отцом, хотел быть ровней Тристану, но со мной обращались как со слугой. Единственная причина, по которой я стою сейчас рядом с тобой, — это проснувшаяся во мне сила. С того самого дня я твердил себе, что встану вровень с ними, что буду сильнее них, даже политически.

— Тогда сделай это, — охрипшим голосом ответила я. Скорее всего, он говорил мне не всё, умалчивал о том, как его самого избивали и может, морили голодом. — Покажи, что ты сильнее них, это уже так. Король видит только тебя. Тебе подарят титул, крепость, благородную жену…

Он не дал мне договорить. Подошёл и поцеловал — жёстким, кусающим поцелуем, на который я ответила не менее зло, вцепляясь в его доспехи до побелевших костяшек. Крупная мозолистая ладонь лежала на моей шее, притягивая ближе, и даже губы ныли от того, с какой силой их расплющило.

Сквозь гул крови в ушах я услышала протрубили в рог и Гектор отстранился от меня, тяжело дыша.

— Ты должна вернуться. Как ты вообще здесь оказалась? — он огляделся, и я только сейчас заметила, что слуги и некоторые рыцари пялятся на нас.

В их взглядах читалось осуждение, но одновременно… и похоть. Я видела это, почти осязала. Они гадали, каково это — обладать собственной каэри, иметь доступ к её телу и её силе…

— Ты знаешь как, — улыбнулась я, быстро удаляясь.

На трибуну, где сидели сторонники сэра Гектора, я вернулась так же незаметно, как и покинула её. Обращаться к своей силе становилось всё легче, а дар удерживался всё дольше.

Только леди Элоиз бросила на меня недоумённый взгляд, будто не понимая, откуда я взялась.

***

Из воспоминаний меня вывело объявление очередного результата — сэр Гектор победил своего соперника, сэра Арлотто. Оба копья в этот раз сломались, но первый рыцарь удержался в седле, в отличие от противника.

Сейчас Гектор перевязывал мой белый платок на новое тяжеленное копьё, расторопно поданное пажем. Глядя на них, я невольно ощущала давящую тяжесть. Совершенно не верилось, что в этих доспехах и с огромными щитами в руках вообще можно двигаться — тело ломило от одного только взгляда на участников. Валор недовольно тряс головой и фыркал, но, к счастью, не выказывал признаков повреждений. Только сейчас я заметила, что его шкура блестит совсем не так, как у холёных декоративных коней соперников.

Валор — настоящий воин, такой же, как сэр Гектор.