Принцесса Ардена - Софи Анри (российский автор)

Другое дело сирень. Он готов был многое отдать, чтобы вдохнуть полной грудью любимый аромат, сладкий до головокружения.

– Неплохо выглядишь, – улыбнулся Вириан, но с места не сдвинулся.

– Ты тоже.

Изану говорил правду. На загорелых щеках князя играл румянец, глаза задорно блестели, а с губ не сходила улыбка. Впрочем, как и всегда, и раньше это очень раздражало Изану.

– Зачем ты это сделал? – без обиняков спросил он, пройдя в комнату и усевшись в кресло напротив стола.

Вириан опустился на соседнее кресло и закинул ногу на ногу.

– Что именно?

– Спас меня.

– Разве не очевидно? Ты светоч, магия дарована тебе Единым, чтобы ты помогал людям и использовал ее во благо. Было бы ужасной трагедией, если бы дар пропал или, что еще хуже, попал не в те руки.

– Тогда почему ты не предотвратил события того вечера? – От одного воспоминания о том, как он душил Роксану, у Изану вновь встал ком в горле. – По словам отца, ты знал, что это случится. Зачем позволил мне причинить вред… ей? – Он не смог произнести ее имя вслух при князе Севера.

Вириан, наконец, перестал улыбаться, и его лицо приобрело суровое выражение.

– Потому что я тоже светоч. И Единый одарил меня даром предвидения не для того, чтобы я распоряжался судьбой так, как мне заблагорассудится. Я слышал Зов судьбы, понимал, что должен действовать именно так, как поступил, и никак иначе.

– Зов судьбы? – удивленно переспросил Изану.

– Да. Другие называют это внутренним чутьем. Я просто знал, что ты должен лицом к лицу столкнуться с тем, кто пытался пленить твой разум.

– С Верховным жрецом. – Изану задумчиво нахмурился, и до него вдруг дошло: – Ты знал, что я его убью? Вот почему не вмешался заранее. Верховный должен был умереть.

Вириан приподнял уголок рта.

– А ты догадливый. Сихар, так звали жреца, слишком заигрался, возомнил себя вершителем судеб и сотворил слишком много зла. Его должен был кто-то остановить. Ты себе даже не представляешь, сколько убийств и страданий других людей предотвратил, убив его.

Изану верил ему, да только от этого легче не стало.

– Не вини себя, – сказал Вириан, будто почувствовав его терзания.

Взгляд Изану ожесточился.

– Я чуть не убил ее.

Вириан тяжело вздохнул. Потом потянулся к вазе, вытащил цветок ромашки и принялся перебирать пальцами белые лепестки.

– Изану, за свою жизнь ты совершишь еще немало ошибок, за которые будешь себя винить. Не надо заполнять душу ненужными сожалениями – она не бездонный мешок для мусора. Роксана любит тебя, ты любишь ее, остальное не имеет значение.

– Ты хотел на ней жениться. – Изану не смог скрыть раздражения в голосе.

Вириан покачал головой.

– Я лишь помог ей избежать помолвки с принцем Асвадом.

– Ты поцеловал ее. Это тоже нужно было, чтобы помочь ей избежать союза с Асвадом? – едко спросил Изану.

Князь растянул губы в нахальной улыбке.

– Прости. Но мне было так весело видеть твою ревность. В тот день я почувствовал твою ауру еще до того, как ты вошел, и хотел подразнить тебя. К слову, совет подарить Роксане благовоние с ароматом, который прочно ассоциируется с тобой, был просто гениален. Я бы поступил так же, если бы хотел отвадить от возлюбленной приставучего жениха.

Изану вспомнил, как во время бала-маскарада застукал Вириана, целующего Люсьену, но не стал расспрашивать его об этом. Ему было достаточно и того, что они теперь побратимы. Не хватало еще задушевных дружеских бесед.

– Ты гораздо сильнее меня, – вместо этого сменил он тему.

– Да, – без притворной скромности ответил Вириан. – Я учился контролировать свой дар с самого детства.

– А ты… – Изану непривычно для себя замялся. – Ты сможешь обучить и меня?

Вириан вмиг стал серьезным.

– Для этого я и приехал. Но, Изану, ты же понимаешь, что обучение займет не один год?

Он угрюмо кивнул.

– Ты готов отправиться со мной в Колыбель Зимы?

Снова кивок.

Вириан задумчиво покрутил в руках стебель ромашки, потом заложил ее себе за ухо и снова заулыбался, напомнив Изану простодушного деревенского мальчишку. Только глаза его прищурились – так хитро и прозорливо, будто он знал все потаенные секреты Изану. Собственно, наверно, так и было. Ведь ему открыты тайны будущего.

Следующие полчаса они обсуждали поездку на Север вместе с царской делегацией. Она была запланирована на конец августа, а значит, у Изану оставались считанные недели, чтобы провести время в кругу семьи и близких.

Он уже стоял у самой двери, собираясь уходить, когда Вириан окликнул его?

– Изану?

– Что?

– Нас называют светочами. От слова «свет». Наша магия по природе своей светлая, и во время сражения с Сихаром ты это увидел. Но знаешь, что в наших душах должно светить еще ярче?

Изану вопросительно выгнул бровь, и Вириан улыбнулся. Снова. И как у него щеки не болят от постоянных улыбок?

– Свет надежды. Не теряй его. Это я тебе говорю как провидец.

* * *

Каждый шаг к покоям принцессы ощущался так, словно Изану поднимался на неприступную гору. На душе было горько и до того больно, что хотелось выть раненым волком. Все, чего он достиг, чтобы быть с Роксаной, пошло прахом и обернулось против него. Все его поступки на пути к достижению цели оказались лишь чередой непростительных ошибок. И теперь он должен обратить в пепел осколки разбитых надежд.

Проходя мимо зимнего сада, Изану замер – почувствовал ее присутствие. И его догадки подтвердились, когда он заметил у входа в оранжерею стражников. Они знали, что король разрешил ему встретиться с принцессой, и пропустили без расспросов.

Роксана сидела на скамье у отцветшего куста пурпурной сирени и невидящим взглядом смотрела на вышивание на своих коленях. Игла с нанизанной на нее алой нитью зависла над лоскутом ткани, на котором угадывались очертания яблока.

Сердце Изану сжалось от боли, когда он увидел темные круги у нее под глазами, впалые щеки и болезненную бледность. Роксана выглядела истощенной.

Услышав его шаги, она встрепенулась и выронила пяльцы с вышивкой.

– Изану, – выдохнула она. Улыбнулась с таким облегчением и нежностью, что ему захотелось плакать, а потом сорвалась с места и бросилась в его объятия. – Отец никуда меня не выпускает, усилил охрану, запечатал все тайные ходы. Я не могла выбраться из замка, чтобы увидеть тебя. Я так скучала! Как ты себя чувствуешь? Я каждый день расспрашивала о тебе у Триса.

Она без умолку тараторила, положив голову ему на плечо, гладила его спину и шею, зарывалась пальцами в его волосы,