Ветеринарка-попаданка. Невольная хозяйка приюта для драконов - Диана Фурсова

так, будто делала это всю жизнь: коротко, ясно, без лишних эмоций. Томас, ворча, таскал доски и ставил новые засовы. Марта кипятила воду и ругалась на “все эти ваши умные слова”, но приносила отвар точно вовремя. Грета записывала каждую каплю, каждую повязку, каждую порцию корма, и в глазах у неё впервые появилась не только тревога — азарт.

— “Карантин. Блок Б. Симптомы: зуд, вспышки”, — бормотала она, прикалывая табличку к двери. — “Ответственная: леди Валерия. Магическое сопровождение: Лис.” Пойдет?

— Пойдёт, — сказала Валерия. — Только добавь: “Доступ ограничен.” И подпись.

Грета послушно поставила подпись так аккуратно, будто расписывалась под судьбой.

Когда они вели Бурого в карантин, он был уже не тем диким зверем, что вчера ломал стены. Он шёл тяжело, с опущенной головой. На шее у него зудело — он пытался почесаться о воздух, и это было страшнее, чем клык.

— Тише, — говорила Валерия, шаг за шагом. — Я знаю, неприятно. Я знаю. Но ты не сорвёшь себе кожу, слышишь?

Бурый фыркнул и вдруг резко мотнул головой. Цепь звякнула. Томас ругнулся и напрягся.

— Не держи так, — резко сказала Валерия Томасу. — Не тяните его! Он не бык.

— Он дракон, леди! — вспыхнул Томас.

— Именно поэтому, — холодно ответила она. — Если вы его унизите, он вас сожжёт. Держи рядом, но не дави.

Томас сжал челюсть, но послушался.

Лис ставил тепловые руны на порог карантина — не чтобы греть, а чтобы стабилизировать магический фон, как грелку кладут на судорогу. Руны светились мягко, ровно.

— Это… красиво, — неожиданно сказала Марта, остановившись у двери.

— Это функционально, — отрезала Валерия, но потом чуть смягчилась. — Красиво — бонус.

— Леди! — крикнул Шэн от ворот. — Они!

Валерия почувствовала, как всё внутри собралась в кулак. Она вытерла руки о ткань, расправила плечи и пошла к воротам так, будто у неё за спиной не приют на грани, а крепость.

У ворот стояли трое: инспектор Арвель Тис — неизменно гладкий, неизменно неприятный — и двое сопровождающих в более дорогих плащах. Один держал папку, другой — маленький кристалл, который мерцал, как глаз.

— Леди Валерия, — протянул Тис, улыбаясь слишком вежливо. — Раннее утро, а вы уже… бодры. Похвально.

— У нас много работы, — ответила Валерия ровно. — Проходите. Только по правилам: сначала — дезинфекция рук. И запись посетителей.

Сопровождающий с папкой моргнул, будто не ожидал, что его попросят “записаться”.

Тис прищурился.

— Дезинфекция? — мягко переспросил он. — Вы боитесь заразиться от… проклятых?

— Я боюсь, что вы притащите грязь туда, где и так хватает проблем, — так же мягко ответила Валерия. — И потом скажете, что это “нарушение санитарных норм”. Поэтому — пожалуйста.

Марта за её спиной фыркнула так громко, что это было почти смехом.

Тис бросил на неё взгляд, но промолчал. Демонстративно окунул пальцы в миску с травяным раствором у входа.

— Что ж, — сказал он. — Показывайте.

Валерия показала. Не “водила” — вела. Как на экскурсии по больнице, где всё построено на протоколах. Карантинный блок — таблички, руны, журнал. Лазарет — перевязки, дозировки, учет. Склады — новый замок, руны-ловушки на пальцы, книга выдачи.

Сопровождающий с кристаллом всё время держал его на уровне груди, и кристалл то ярчал, то тускнел.

— Магический фон нестабилен, — заметил он наконец с холодной важностью. — Здесь были вспышки.

— Были, — спокойно сказала Валерия. — Поэтому карантин. Поэтому тепловые руны. Поэтому седативные отвары для тех, у кого приступы.

Тис остановился так резко, что Валерия чуть не врезалась в него.

— Седативные? — переспросил он сладко. — Вы даёте седативы проклятым драконам?

— Да, — ответила Валерия, не отводя взгляда. — В минимальной дозе. Под наблюдением. Чтобы они не разорвали себя и окружающих.

Тис улыбнулся шире.

— Интересно. А вы имеете лицензию магистрата на применение…

— У меня есть результат, — перебила Валерия. — И есть журнал: дозировки, реакция, осложнения. Хотите — подпишите, что видели.

Его улыбка дрогнула на секунду, но тут же вернулась.

— Подпишем, — пообещал он. — Если всё будет… законно.

В этот момент за воротами раздался шум — не инспекторский, не людской. Глухой удар, как будто в камень врезалось что-то тяжёлое.

Шэн мгновенно дёрнулся к воротам.

— Леди, — выдохнул он, — там…

Валерия ещё не успела повернуть голову, как ворота распахнулись — и в двор шагнул Рейнар Дорн.

Без плаща. Без выправки. Слишком бледный. На рукаве — тёмное пятно, которое не было пеплом. Он держал руку чуть иначе, будто боль была привычной, но неприятной.

Тис замер. Его сопровождающие одновременно вытянулись, словно увидели не человека, а силу, которая может раздавить их одним словом.

Рейнар оглядел двор — таблички, руны, люди на местах — и его взгляд упёрся в Валерию.

— Ты… — сказал он тихо, и в этом “ты” было всё сразу: и удивление, и раздражение, и нечто, похожее на облегчение.

Валерия почувствовала, как внутри что-то отпустило — всего на миг. Потом она заставила себя не показать этого.

— Вы вовремя, генерал, — сказала она вслух. — У нас повторная проверка. По жалобе.

Рейнар медленно повернул голову к Тису.

— По жалобе, — повторил он, и от его голоса воздух стал холоднее.

Тис натянул улыбку.

— Господин генерал. Я рад, что вы… — он запнулся, будто подбирая слово, — вернулись.

— А я не рад, что вы здесь, — спокойно ответил Рейнар. — Это мой приют.

— Он под управлением леди Валерии, — сладко напомнил Тис. — Временным. До…

— До тех пор, пока она справляется, — оборвал Рейнар. — А судя по тому, что я вижу, она справляется лучше многих магистратских “управляющих”.

Валерия поймала взгляд Тиса — и увидела в нём короткую вспышку злости. Он не ожидал, что генерал появится. Тем более — что встанет на её сторону.

— Леди Валерия, — Тис быстро повернулся к ней, словно хотел выбить опору. — Вы применяли седативы. Без лицензии. Без одобрения…

— С одобрением генерала, — резко сказал Рейнар, даже не взглянув на Валерию.

Валерия резко повернулась к нему.

— С каким одобрением? — прошипела она так тихо, что услышал только он.

Рейнар не моргнул.

— С тем, которое я дал сейчас, — ответил он столь