Невеста орка-кузнеца - К. Л. Уайат

— Он ее украл? — приподнимает Иви бровь.

— Мы, орки, не очень-то хитры, когда чего-то хотим? — вздрагиваю я.

— Это преуменьшение века, — закатывает Иви глаза, но выпускает меня из своей хватки.

— Ладно, значит им не нравиться кровосмешение, это понятно, — говорит она, нервно заламывая руки.

— Но клан «Залк» — единственные, кто так думает. Мой народ любит Риву и примет тебя точно также, как и ее, — это утверждение, кажется, немного снимает ее напряжение.

— Почему мы остановились?

Иви, наконец, понимает, что мы ходим кругами по одному и тому же участку мха.

— У тебя это заняло достаточно много времени, — бормочу я. — Мне нужно установить гамак и развести костер, пока не стемнело и температура не понизилась.

— Так вот где мы будем спать?

Она неуверенно оглядывается по сторонам. Мне это нравится примерно так же, как и ей, но у нас нет особого выбора.

— Эй, посмотри на меня, — мой голос привлекает ее внимание, и она перестает осматривать окрестности, чтобы посмотреть на меня. — Я позабочусь, чтобы ты была в безопасности. Не волнуйся. С тобой ничего не случиться.

Иви с облегчением выдыхает. Это успокаивает ее. Мне нужно немедленно натянуть гамак, чтобы я мог заключить ее в объятия.

— Тебе нужна помощь? — спрашивает она.

Моя женщина слишком упряма, чтобы я мог ей отказать, это я знаю наверняка. Иви хочет чувствовать себя полезной, так пусть будет полезной.

— Нам нужно развести костер. У меня в рюкзаке есть немного сухого войлока, но нам нужен торф. Там есть немного…

— Я знаю, что такое торф, — перебивает меня Иви и направляется к тому месту, на которое я указал.

Она ходит вокруг, изо всех сил делает вид, что знает, что делает. Я не могу удержаться от смеха, когда она наклоняется и начинает вычерпывать грязь.

— Что в этом смешного? — говорит Иви, презрительно глядя на меня.

— Ничего, ничего. Просто грязь не очень хорошо горит.

— Знаю. Я просто… — она пытается найти оправдание. — Щупаю ее. Это приятно.

— Правда?

— Мммг, — упрямо заявляет она и растирает грязь между пальцами.

Качаю головой и не могу сдержать улыбку, которая расползается по моему лицу. Я самый счастливый орк на свете. И сосредотачиваюсь на том, чтобы развесить гамак между двумя деревьями, пока Иви делает вид, что ей нравиться копаться в грязи.

— Ах-ха! Я нашла! — гордо заявляет Иви, но, когда я оборачиваюсь, и вижу нечто поистине ужасное.

— Иви, отойди от воды! — кричу я, но уже слишком поздно.

— Что?

Она стоит там, слишком невинна для своего же блага, а из-под тины подплывает аллигатор.

Иви вскрикивает, когда монстр бросается, чтобы схватить ее за ногу. К счастью, он промахивается, но она теряет равновесие. Она падает навзничь в… нет.

Прежде чем я успеваю понять, что происходит, я выхватываю меч из-за спины и бросаюсь на чудовище. Я слышу всплеск, когда Иви соприкасается с водой, и с яростью бросаюсь вперед. Я должен защитить свою пару.

Клинок пронзает верхнюю челюсть аллигатора, и я изо всех сил вгоняю свой меч в голову твари.

— Иви! — кричу я, оставляя мертвого зверя пригвожденным к болотному дну.

Это не имеет значения. Могло быть и хуже. Он мог бы уже схватить ее. Черт, где же она?

Она выныривает, кашляя, и я бросаюсь в болото, не заботясь о собственной безопасности. Мы — легкая добыча, ожидающая, когда кто-нибудь до нас доберется. В этих водах водятся не только аллигаторы.

— Эврин! — Иви выкрикивает мое имя, как молитву, и я чувствую, как мое сердце разбивается на миллион кусочков. Я наконец добираюсь до нее, и она в отчаянии хватается за меня.

— Ты со мной. Ты со мной, — я повторяю эти слова снова и снова ради нее и ради себя. Я вытаскиваю наши промокшие тела из воды на сушу, чтобы никто не смог подкрасться к нам незаметно.

Иви продолжает кашлять, отчаянно пытаясь втянуть воздух в легкие.

— Ты в порядке?

Я поворачиваю ее, осматривая каждый сантиметр тела.

— Прости, прости меня, — повторяет она свои извинения.

— Иви, тебе не за что извиняться. Я подвел тебя. Черт… Мне не следовало просить тебя достать этот торф, — упрекаю я себя.

Мне противно. Как я мог быть таким глупым?

— Н-но я все-таки нашла его, не так ли?

Ее слова застают меня врасплох. Ее чуть не съел аллигатор, а она еще шутит?

Я недоверчиво хмыкаю.

— Ты невыносимая женщина, — рычу, и она широко улыбается.

Я не могу удержаться и целую ее. Момент отчаяния и страха быстро перерастает в страсть. Она, не колеблясь, отвечает взаимностью. Ее губы мягкие и приветливые. Она дразнит мой язык своим, словно приглашает меня войти. Я снова издаю рычание, но на этот раз оно звучит гораздо более угрожающе. Иви не понимает, что она затевает. Я не могу доверять себе рядом с ней. Боюсь, что мы собираемся начать то, что я потребую закончить.

Я мысленно возвращаюсь на несколько мгновений назад, к аллигатору, бросившемуся вперед, и Иви, которая падает в воду. Эти ужасные воспоминания позволяют мне собраться с силами и вырваться из ее объятий. Но когда я отстраняюсь, она тихонько хнычет. Боги, дайте мне гребаные силы пережить эту ночь.

— Ты замерзнешь, если я не разведу огонь.

— Здесь даже не так холодно, — жалуется она.

— Это потому, что солнце еще не полностью село.

Я поднимаюсь на ноги и собираю торф, который Иви уронила перед тем, как на нее напали. Не спускаю с нее глаз, а она сидит в своем промокшем белом белье. Меня охватывает стыд. Она заслуживает лучшего. Мужчину, который не стал бы тащить ее через это гребаное болото.

Я беру торф и складываю его в небольшую кучку рядом с ней. У нее громко стучат зубы, и мне не терпится развести огонь.

— Дай мне войлок из моего рюкзака.

— П-пожалуйста, — бормочет она.

— Что?

Я смотрю на нее, и, несмотря на то, что она мокрая, она улыбается мне. Она снова дразнит меня.

— Ты не сказал «пожалуйста», — она обхватывает себя руками. — Дай мне войлок из моего рюкзака, пожалуйста, — она делает ударение на последнее слово.

От ее шутки у меня немного расслабляются напряженные плечи.

— Ах, да. Не могла бы ты передать мне войлок из моего рюкзака, пожалуйста? — спрашиваю я.

— Конечно могу, — говорит она с улыбкой.

Я не могу сдержать смех, который вырывается у меня сквозь зубы. Иви также улыбается. Между нами все так просто. Я отчаянно хочу, чтобы это чувство длилось вечно.

— Прошу прощения за свою невоспитанность. Прошло слишком много