Тысячи испытаний - Тан Ци

Гу Жун была ошеломлена. Она на миг утратила дар речи, затем с некоторой неуверенностью спросила:

– У третьего принца было так много любовных историй, разве вы?..

Сюэ И взглянул на нее, и девушка сразу замолчала. Богиня света наконец устроила подушку за спиной.

– Что я? Мне нужно удивиться? С чего бы? Лянь Сун относится к жизни как к игре, мало кого уважает, нравы его свободны, он привык потакать своим прихотям. Я не первый день это знаю.

Увидев сложное выражение на лице Гу Жун, богиня света с пониманием усмехнулась:

– А, ты же видела его лишь дважды, когда он тут притворялся приличным небожителем. Тебя обманул его благопристойный вид.

Цзу Ти произнесла это все так спокойно и безмятежно, что Гу Жун не знала, радоваться ей или плакать. Сюэ И говорил, что сейчас и ее госпожа, и бог воды забыли о своей прежней любви и, скорее всего, сблизились вновь лишь потому, что по воле случая дали клятву Пожирания костей. Но Гу Жун привыкла слушать доводы сердца и предпочитала верить в любовь, а не во что-то еще. Она думала: госпожа и бог воды сблизились необязательно из-за клятвы. Что, если это все же естественное чувство? Это означало, что еще немного и старая любовь воспылает снова. Если так, Гу Жун должна была поддержать их.

Однако у нее имелись свои соображения на этот счет: Лянь Суну полагалось быть безупречным. Только если он будет достоин госпожи, Гу Жун с радостью благословит их союз.

Она несколько дней размышляла, одобряет она Лянь Суна или нет, и в конце концов пришла к выводу, что таки одобряет. Но увидеть сегодня у озера Соло многочисленных возлюбленных третьего принца было сродни удару по голове.

Гу Жун хорошо понимала, что происходит между мужчиной и женщиной, вступившими в любовные отношения. Одна мысль о том, что те богини когда-то были рядом с Лянь Суном, что когда-то Лянь Сун, возможно, тоже улыбался им, держал их за руки, обнимал… приводила ее в ярость. Она задала вопрос Цзу Ти, чтобы и выразить свое недовольство богом воды, и предупредить госпожу. Не дать ей запутаться в сетях любви, показать, что этот путь таит в себе много опасностей.

Но под взглядом Сюэ И она не могла высказать все, что было у нее на сердце. Подумав, Гу Жун только мрачно произнесла:

– Просто мне кажется, лучше бы третьему принцу не быть таким ветреным. Ни к чему хорошему такое отношение к жизни не ведет, потому что…

Инь Линя и Чжаоси, сегодня не было, поэтому надеяться оставалось только на Сюэ И. Только он мог проследить, чтобы эти два гения – Шуан Хэ и Гу Жун – не сболтнули чего лишнего. Тот как раз боялся, что Гу Жун еще что-нибудь скажет, и потому, заваривая чай, прервал ее:

– Хотя у третьего принца репутация любителя цветов, я слышал, что он не был особенно близок с теми богинями, он лишь восхищался их красотой. Наша госпожа собирает цветы и травы примерно с той же целью. – Увидев, как у Гу Жун резко расширились глаза, он невозмутимо добавил: – Ты, Жун-Жун, конечно, другое дело.

Убедившись, что глаза девушки вернулись к прежнему размеру, Сюэ И продолжил:

– Повелительница всегда собирала прекраснейшие цветы и деревья каждого рода. А они, случалось, выясняли между собой отношения, ссорились и спорили, кому повелительница подстригла ветви красивее… Разве это не похоже на то, что сегодня случилось у озера Соло?

Богиня света сидела на кровати слева, Шуан Хэ пристроился на ней же справа. Оба слушали Сюэ И и кивали. Более того, Цзу Ти довольно серьезно заметила:

– Мне кажется, есть своя прелесть в том, как они ссорятся, выясняя, к кому я лучше отношусь.

Гу Жун не могла выносить происходящее. Это было ужасное, неприемлемое сравнение! Уперев руки в бока, она возмущенно воскликнула:

– Но многие цветы и деревья гор Гуяо только обрели сознание, они еще несмышленыши, это понятное дело. Но эти богини-то взрослые! Они кичатся тем, что обладают хорошими манерами и хранят душевную чистоту, а сами целыми днями грызутся из-за мужчины, что в этом прелестного?

Она хлопнула рукой по столу.

– Не знаю, что с нынешними богами не так. В последние дни я видела только толпы влюбленных девушек, бегающих за мужчинами. Неужели нет ни одной выдающейся девы, за которой бы бегали толпы влюбленных мужчин? Разве среди богов мало прекрасных женщин?

Цзу Ти молча наклонилась и подняла вазу, которая упала со стола, когда Гу Жун ударила по нему от полноты чувств. Пожалуй, только хорошо осведомленный Сюэ И мог ответить на животрепещущий вопрос Гу Жун.

– Ты просто не знаешь – в восьми пустошах есть список красавиц, – спокойно начал рассказывать он. – Первое место в нем занимает высшая бессмертная Бай Цянь из Цинцю. Но Бай Цянь – нареченная наследного принца Е Хуа, никто не осмелится соперничать за нее с Небесным кланом, так что, хотя она и редкая красавица, у нее мало поклонников. Второе место в списке красавиц занимает Белая владычица Се Хуалоу. Однако она спит тысячелетиями, а когда бодрствует, то редко покидает Загробный мир, поэтому поклонников у нее тоже немного. Однако среди демонов есть принцесса Сян Юнь. Говорят, в красоте она почти не уступает и Бай Цянь, и Хуалоу. Эта принцесса – другое дело. Мужчин за ней бегает даже больше, чем за третьим принцем – девушек. Так что можно сказать, что она постояла за всех женщин мира.

– Ну, хотя бы так, – сухо произнесла Гу Жун.

Сегодня она просто замечательно вошла в роль страстного спорщика, так что, помолчав мгновение, снова рассвирепела:

– Да что ж это за времена такие? У богов и демонов других дел нет? Целыми днями одна любовь на уме, это ни в какие ворота не лезет!

Сюэ И помолчал, затем сказал:

– Ну, у большинства все же не только любовь на уме. Например, у Небесного владыки. Говорят, вчера он всю ночь читал доклады, а сегодня вовремя явился на утреннее собрание.

Шуан Хэ нахмурился и поднял руку:

– Кажется, эта история не так интересна, как предыдущие.

Сюэ И с Гу Жун одновременно поперхнулись.

Все эти долгие споры утомили Цзу Ти. Она прикрыла рот, зевнула и положила разговорам конец:

– Это хорошо, что у всех на уме одна любовь. Значит, Небо и Земля пребывают в мире. Четыре моря спокойны, жизнь легка